Лапочки-дочки из прошлого. Исцели мое сердце - Вероника Лесневская

Если бы в деле фигурировал ребенок, я бы, скорее всего, лично разобрался в ситуации. Ведь маленькая жизнь - это очень важно. А так…

- Нет, - рыжая опускает внезапно потухший взгляд, а я тут же принимаю окончательное решение.

Зажимаю кнопку конференц-телефона, связываюсь с нужным мне отделом:

- Никольский, зайди ко мне, - приказываю громко и четко. - Прими клиентку. Твой профиль.

- Нет. Мне нужны только вы! – испуганно произносит настырная гостья и выбрасывает руку к телефону. Обрывает звонок. - Я ведь… Я заплачу. Сколько скажете.

- Откуда деньги? У вас же муж все отсудил, - прищуриваюсь с подозрением.

В каре-зеленых глазах мелькает тень отчаяния. Отчасти я понимаю ее опасения. Действовать надо быстро, и я объективно справился бы лучше любого из моей команды.

Но нет. Не хочу с ней связываться.

- Я бабушкину квартиру выставила на продажу. Должно хватить, - звучит все тише и тише. И почти шепотом: - На вас.

- Вы меня целиком купить собрались или по частям? – удивленно выгибаю бровь.

- Только ваши услуги. Мне сказали, что вы профессионал в бракоразводных делах. Лучший в городе, - сквозь натянутую улыбку пробивается горечь вперемешку с надеждой. - И что вы единственный, кто сможет мне помочь.

Внутри что-то дергает, но я до конца не понимаю своей реакции. Как и того факта, что до сих пор не выпроводил рыжую из кабинета, а сижу и терплю ее нападки.

- Вас дезинформировали. Я крайне редко веду клиентов лично. Обычно всем занимается моя команда. Если я и берусь за какое-то сложное дело, то защищаю интересы мужчины. Исключительно, - меня вдруг пробивает на откровенность. Что за чертова баба! Пора избавиться от нее. - Можете считать это заскоком или принципами, но говорю как есть. Вы уверены, что я по-прежнему вам нужен?

- Константин Юрьевич, вызывали? – в проеме двери показывается лысая голова Никольского.

- Да, Илья, - поднимаю со стола папку. – Внимательно изучи материалы дела, разберись и подготовь грамотную апелляцию в суд. Займись вне очереди, потому что, если я правильно понимаю, там время поджимает. И еще… - зыркнув на опешившую клиентку, смягчаюсь. Совсем расклеился! - С оплатой не жести, оцени свои услуги по минимуму. Если возникнут непредвиденные расходы, я тебе их премией компенсирую. А то из-за нас дама без жилья останется. Кстати, как вас зовут? – уточняю с легкой ухмылкой.

Моя рука повисает в воздухе, пока медлительный Никольский идет к столу. Он плетется, как черепаха, которую хочется пнуть ботинком.

- Нет. Тогда не надо… - рыжая неожиданно выхватывает у меня папку. - У меня есть только одна попытка, и я лучше поищу другого юриста, в котором буду уверена на все сто процентов. Извините за беспокойство.

Поднимается, оттолкнув стул, взмахивает рыжими кудрями, которые развеваются, как огненные змеи. И раздраженно летит к выходу. Морщусь от громкого стука ее каблуков. Кажется, паркет под ними вот-вот расколется на части. Земля разверзнется – и меня вместе с несчастным, растерянным Никольским затащит в ад.

Фурия ни одного грубого слова не сказала, но ощущение, будто прокляла нас. Наглая, отчаянная и… кажется, ей правда нечего терять.

- Стойте, вы… - запинаюсь. - Вы не представились. Как к вам обращаться? – машинально подскакиваю на ноги.

Если мне еще придется бежать следом за этой бабой, тогда я точно сошел с ума. Благо, она сама останавливается и оборачивается на пороге. Ее обозленный и в то же время разочарованный взгляд не обещает ничего хорошего.

- У вас ведь две дочери? – кидает как бы невзначай, и я на автомате киваю.

Наконец-то вспоминаю, где ее видел. Это она была возле кафе. И о ней мои девочки прожужжали мне все уши, требуя привести им "маму".

Забавное стечение обстоятельств.

- Когда-нибудь они вырастут, выйдут замуж… - продолжает размышлять вслух. – И, представьте, что одну из них обманет муж, лишит всего… Вы тоже останетесь верны своим сомнительным принципам? И будете играть на стороне ее супруга? Ис-клю-чи-тель-но! – дублирует мой тон. - М-м-м? Или перепоручите дело дочки какому-нибудь… Никольскому?

В цель. По больному ударила. Залезла в душу и хозяйничает там, вскрывая нарывы.

Лишаюсь дара речи, потому что все, что касается моих детей, влияет на меня безотказно. Это красная линия, которую нельзя пересекать. Никому. И тем более, какой-то бабе, которую я вижу второй раз в жизни.

Позволяю ей уйти. На хрен!

Падаю обратно в кресло и боковым зрением цепляюсь за Никольского. Ждет моих дальнейших указаний.

- Чего замер? – выплескиваю гнев на ни в чем не повинного сотрудника. - Работать, бездарь! Да так, чтобы от тебя клиенты не сваливали, - указываю рукой на закрытую дверь. – Пошел вон!

Илья испаряется, а я устало массирую пальцами переносицу. К черту всех! И Дашу, и рыжую, и Никольского. Что за день?!

Глава 7

Вера

Апельсиновый ганаш равномерной массой ложится на половинку оранжевого макаруна. Затаив дыхание, веду насадкой из середины круга вверх – и перехожу на следующую порцию. Машинально повторяю однотипные действия, не задумываясь о технике. Все доведено до автоматизма. Руки творят, а мысли витают далеко. Взгляд то и дело мечется на часы.

Слежу за временем, чтобы все успеть, и параллельно прокручиваю в голове мой сегодняшний график. Невероятно плотный.

- Да, Матвей, - отложив опустошенный кондитерский мешок, зажимаю телефон между плечом и ухом.

Ни на секунду не прекращаю работу. Пока разговариваю, быстро, но аккуратно соединяю хрупкие половинки. Складываю макаруны в коробку. Украшаю лимонной цедрой, орехами и листиками мяты. Накрываю крышкой со специальным прозрачным окошком. Посередине креплю фирменный логотип «Сладкая жизнь».

Бывший муж отсудил у меня кафе и все имущество, но не может забрать бренд.

Смешно. От лучшей кондитерской в городе осталось только название. И я…

Впрочем, я не одна.

- Вера Александровна, мы на месте, - отчитывается Матвей. - Заготовки все привезли. Кажется, не забыли ничего. Напоминаю, что с вас основа для капкейков и творожный крем, - делает паузу, будто задумался или осматривается.

- Да, разумеется, - тянусь к коробке, где уложены формочки, и заглядываю в пакет с банками. Перепроверяю все в сотый раз. – Стоп-лист: яйца, мед, орехи, цитрусы. Минус красители, - чеканю, скорее, сама для себя.

- Конечно, все учли. Вера Александровна, вы же лично вчера нас контролировали, - усмехается. Он