Дочь Палача - Александра Берг

Комната Беатрис была совсем крохотной и располагалась на втором этаже кухонь. Немногие слуги жили в замке, почти все ночевали у себя дома, в городе. Но для Беатрис Дэарин сделали исключение. Её муж погиб на войне, оставив ей в «наследство» кучу неоплаченных карточных долгов. Дом и всё имущество растащили ростовщики и кредиторы, и бедной женщине пришлось идти на поклон к Его Величеству. Король Эдмунд, конечно, не оплатил оставшиеся долги, но разрешил жить на территории дворца.

После этого она всегда говорила, что больше не свяжет свою жизнь с мужчиной. Но что-то мне подсказывало, что Беатрис и мой отец были больше, чем просто друзьями. Я к этому относилась довольно спокойно. Мать умерла от лихорадки и время траура давно прошло. Так что я была бы даже рада, если бы они соединили свои судьбы… Однако и у них всё пошло наперекосяк. Отец уехал… Но куда?

Встав с кровати, на цыпочках подошла к шкафу, куда Беатрис повесила мою одежду. Деревянные доски противно заскрипели, когда я босыми ногами ступала по холодному полу.

Платье было просто в ужасном состоянии. Подол грязный, словно по нему прошлось стадо овец, часть левого рукава в мелких дырах, видимо, от искр пожара.

– Да мне, как всегда, везёт, – совсем уж расстроилась я. – Осталась без дома, одежды и отец куда-то скрылся, – на глазах вновь выступили слёзы. Отбросив платье в сторону, чуть не заревела. Но вспомнила, что дала обещание самой себе быть сильной и не хандрить.

– Уже проснулась? – услышала я знакомый голос.

Беатрис стояла в проёме двери с подносом в руках. Горячие булочки распространяли соблазнительный запах корицы и яблок. Изумительное сочетание продуктов, подметила я, ощущая, что в животе вот-вот начнётся ураган. – Давай, садись ешь, скоро за тобой пожалуют.

Я улыбнулась и подняла с пола своё истерзанное платье. Хочешь не хочешь, пришлось надеть его, так как у меня попросту больше ничего не было.

– Ты думаешь, я выпущу тебя в этом? – рассмеялась женщина, поставив поднос с едой на стол.

– Это единственное, что осталось.

– Не говори глупостей, – Беатрис приблизилась к шкафу. – Сейчас поищу. Я в твои годы была такая же худая, – женщина головой зарылась в полках, выуживая одно платье за другим. – Так, это не то… и это не то, – всё причитала она. – А-а-а, вот, нашла!

Платье было приятного тёмно-синего цвета с вышитыми серебряными узорами. Оно довольно неплохо село на мне, даже выгодно подчёркивало достоинства моей фигуры.

– На вот, – прошептала Беатрис, вытаскивая из своего кармана незамысловатую заколку для волос в виде цветка. – Моя мать носила в своё время

– Я не могу ее взять.

– Можешь. Передать мне ее всё равно некому, – с грустью высказалась женщина и прикольнула украшение к моим волосам.

– Спасибо, – еле выдавила из себя слова благодарности.

– Поешь, – произнесла она, смахивая рукой подступившие слёзы, – я пойду, дел невпроворот. Как закончишь, спускайся. Полагаю, к этому времени за тобой уже придут.

Глава 16

На кухнях было относительно тихо. Несколько служанок мелькали возле столов и печи, а Беатрис отдавала какие-то указания Дее. Девушка показалась мне немного бледноватой и уставшей. С тёмными кругами под глазами и волосами похожими на солому.

Видимо, так и не пришла в себя после случившегося. Быстро спускаясь по лестнице, направилась прямиком к ним.

– Доброе утро, рада тебя видеть.

– И я, – улыбнулась мне в ответ девушка. Лицо её немного просияло, даже щёки порозовели. Но всё равно, выглядела она какой-то болезненной. Хотелось расспросить подробнее о её здоровье, да и вообще узнать как дела. Однако я не успела, так как дверь кухонь резко отварилась и в проёме замаячила, тощая фигура Тироша Эд’Эриса облачённая в ту же тёмно-синюю мантию, что была на нём вчера.

– Элия, идём, – командным голосом прорычал маг.

Я пожала плечами, бросив прощальный взгляд на Дею и Беатрис. Потом с ними поговорю…

Погода была так себе: сильный ветер, приносивший с собой прохладный воздух с ледяных шапок Арденских гор, дул не переставая. Полуденное солнце скрылось за серыми тучами, и мне показалось, что вот-вот опять хлынет дождь.

– Как думаете, чьих это рук дело? – решила задать вопрос идущему впереди магу.

Отчего-то интуиция подсказывала мне, что Тирош знает, кто поджог дом. Да и про Рональда, уверенна, тоже догадывался… Только вот скажет ли правду?

– Ты о поджоге? – переспросил маг. – Не знаю. У твоего отца своеобразная профессия. Может, это был кто-то из родни казнённого?!

Мне совершенно не понравился небрежный тон, с каким Тирош ответил на мой вопрос. Будто его совершенно не волновало то, что случилось. Тогда я решила спросить ещё об одной вещи, которая напрямую была связана со мной и с обучением.

– Почему просто не отправить меня в Хайзен, если моя сила действительно так опасна, как вы говорите.

Эд’Эрис замер, тяжёлая мантия колыхнулась на ветру, обнажив грязные сапоги. Я сделала пару шагов, чтобы поровняться с ним. Маг слегка прищуривал глаза. Вокруг них образовывались морщинки, а тёмные густые брови немного подрагивали, опускаясь всё ниже.

– В Хайзене никто не знает обо мне? Так ведь?

Суровое лицо королевского мага говорило, что я оказалась права. Остальные семьи даже не подозревали, что во мне проснулась магия.

– Пока нет, – хмуро пробасил Тирош. – Но скоро слухи дойдут и до них.

– Разве это плохо?

– Одна половина представителей магических семей захочет избавиться от тебя, – внезапно заявил мужчина, заговорщицки посмотрев по сторонам. – Другая – использовать в своих целях.

– О чём это вы?

Тирош тяжело вздохнул, перевёл взгляд с меня на стражника, который стоял не так далеко от нас, и поправил мантию, отдёрнув её вниз.

– Отец ведь не рассказывал тебе всю правду о вашем роде?

– Только то, что никто из них не перешагнул своё тридцатилетие.

– А знаешь почему?

Я помотала головой.

– Они все были убиты в год зенита силы. Магия растёт вместе с человеком, – пояснил Эд’Эрис. – Она рождается, развивается и умирает. Обычно пик приходится на тридцатилетие мага.

– Как же так? – совсем уже ничего не понимая, удивилась я. – Отец рассказывал…

– Дай угадаю, – перебил меня Тирош, – отец рассказал тебе, что все в семье были убийцами?

Я кивнула.

– А что, по-твоему, сделает человек, если на него объявят охоту?

– Но отец же был на посту королевского мага. Вы ведь сами об этом говорили!

– Мне кажется, я не вправе рассказывать о жизни Уильяма, – процедил Тирош. – Кстати, где он?

– Не знаю.

Маг хмыкнул и еле заметно улыбнулся. Теперь я была уверенна окончательно