Любовь. Путь истинности - Екатерина Гераскина

Сволочь чешуйчатая манипулировала юным созданием. Ангелике пришлось согласиться. Принц подхватил ту под руку. И мы дошли до белоснежной резной беседки, где их ждал невысокий столик, заполненный различными закусками и ароматным чаем.

Принц помог разместиться Ангелике, и сам лично налил той в низкую широкую чашу чай, где плавали голубые лепестки, похожие на васильки. Та оглянулась через плечо на меня и неуверенно задержала взгляд. Но тут принц отвлек ее.

— Принесите еще одну чашку для стража, — властно произнес змей в воздух. Я услышала, как зашуршала высокая трава вокруг. Даже не хочу знать, каких размеров змея там ползла. У меня вся кожа покрылась мурашками, а по позвоночнику скатилась капелька холодного пота.

Я стала в проеме арки, прислонившись к резному столбу. Чашку вскоре принес слуга и, слава богу, на своих двоих. Видеть огромные хвосты змеев мне вовсе не хотелось.

Принц налил мне чая.

— У нас принято всех угощать, — тот бросил брезгливый взгляд на меня. Я усмехнулась про себя. Какой гостеприимный. Он тем временем принялся рассказывать о местных десертах и вкусностях. Ангелика с опаской пробовала все и хвалила, но как-то сдержанно.

— Нежно и сладко произнесла она. Мне понравилось.

— Хм. Это традиционная соленая пастила, моя радость, — поправил принц Ангелику и тихо рассмеялся. Тот снова подлил ей и мне чая. Принцесса дергано улыбнулась и потупилась. — Все хорошо, душа моя. Ты же знаешь… меня нисколько это не беспокоит, — тот дотронулся до ее руки.

Я взяла чашку и хотела отойти, чтобы поразмыслить как следует над такой странной ошибкой принцессы, поведением принца и его словами. Сразу вспомнилась графиня, что потешались надо мной о незнание чего-то личного о принцессе.

Но меня оставил Шир. Он сам лично положил мне долька нарезанного фрукта ярко-розового цвета.

— Попробуй наш аршахас. Он произрастает только у нас.

— Благодарю, — сдержанно произнесла я, но принц был слишком проницательным, я попробовала кусочек, ощущая сладко-кислую плоть. Фрукт и вправду был очень вкусным. Я запила все чаем и понадеялась, что на этом чаепитие вскоре закончится.

Так и произошло. Принц помог подняться Ангелике, и мы отправились обратно. На удивление мы добрались довольно быстро.

— Подумай, любовь моя. Над моими словами.

Произнес на прощание змей. Ангелика кивнула и позволила тому оставить на своих руках поцелуи. Однако, его слишком счастливое лицо не вязалось с тем, что тот так и не смог уговорить Ангелику принять других мужчин.

Я довела процессу до покоев, проверив ее комнату. Та попросилась остаться одна. Я же дошла до своей комнаты. Распахнула дверь. На часах была полночь. Казалось, что в низ живота воткнули металлический стержень и провернули. Я схватилась за косяк двери, царапая тот когтями.

Новый спазм ослабил первый и осел пульсирующей болью. Голова резко потяжелела и затуманилась. Я тряхнула из стороны в сторону, пытаясь прийти себя. На шатающихся ногах добрела до ванной комнаты.

Мои зрачки изменились, щеки раскраснелись, губы налились карминовой краской. Дыхание стало тяжелым, рваным и поверхностным. Кожаная куртка стала стеснять движения, а бинты, что туго стянули грудь, начали причинять боль.

Я плескала холодной водой на лицо, не заботясь о маске. Но ничего не помогало. Жуткое возбуждение прострелило тело, я сжала изменившимися руками края раковины, царапая керамику. Прикусила губу, слизнула каплю крови. Зажмурила глаза, но ничего не помогало.

Новый спазм, заставил выгнуть спину и простонать.

Твою же мать!

Что со мной?

Это близость дракона так на меня действует? Драконица выла и царапалась внутри. Она требовала нашего дракона. Я пока еще могла сохранять рассудок. Но ей-богу. Это давалось просто невероятной силой воли. Я добралась до комнаты графини, чтобы отправить ту за помощью. Но на стук никто не отреагировал.

Я снова и снова стучала, понимая, что каждое действие дается все тяжелее. Жуткое возбуждение просто сжигает меня. Я распахнула дверь, выжигая замок и… оскалилась.

Той не было в комнате. Ее вообще не было в нашем блоке. Я рвано усмехнулась, сжимая откос двери. Драконица взяла верх надо мной. Инстинкты завопили, что кто-то решил скоротать вечер в объятиях нашего дракона. Мысль, что это не так, даже не рассматривалась мною… нами.

Я набросила на комнату принцессы защиту, бросая камень-накопитель у стены. Сама не поняла, как легко набросила в таком состоянии щит невидимости и вышла из покоев. По запаху, словно гончая, я нашла покои принца, что были в нашем крыле. Я даже не стала стучать. Выжгла замок, распахнула полотно, желая разочароваться раз и навсегда в драконе. Показать, как тот решил утешиться в объятиях другой. Как снова повторяется моя судьба.

Я сбросила щит сразу, как ступила в покои. Деректарг сидел в кресле, в практически расстегнутой рубашке и свободных штанах. Он пил, был взъерошен. Напротив сидела графиня и вылезала прочь из откровенного платья, которое более было похоже на ночную сорочку.

Но стоило только дракону вперится в меня взглядом и потянуть носом, как хрусталь треснул в его руках.

— Что ты тут делаешь? Ты без стука ворвался в покои принца? — графиня всклочила, демонстрируя мне почти оголенную, скрытую одним тонким шелком, грудь. Я подошла к ней всего за пару шагов. Втянула носом воздух около ее шеи. Сжала ее плечо, не заботясь, что раню когтями.

— Тебе сегодня повезло… — прошипела той в ухо. — Отправляйся немедленно в наши покои и никого не впускай. Сиди там. Займись, наконец, тем, для чего тебя направили сюда, — я могла гордиться собой, что практически ровно говорила.

— Да что ты?

— Заткнись, ради богов! — я сама оттащила тут за дверь и вытолкнула ее. Захлопнула полотно. Развернулась, но тут же врезалась в мощную грудь дракона. И как он оказался так быстро рядом со мной?

Но графиня была слишком серьезно настроена провести ночь в постели принца. Она дергала ручку и стучала в дверь. Я скалилась в лицо принца.

Тот лишь раз ударил в ответ по полотну ладонью и пророкотал:

— Убирайся.

И это было сказано явно не мне.

Меня снова скрутило жестким спазмом возбуждения. Дракон втянул воздух. Он сжимал челюсти, грудная клетка тяжело опускалась и вздымалась. Он боролся с собой.

Деректарг замер в миллиметре от моих губ и внимательно смотрел в мои явно расширившиеся зрачки. Ведь его запах в таком небольшом пространстве стал еще ярче, стон сдержать было очень сложно, хотелось вцепиться в него, впиться жадным поцелуем в губы: терзать, кусать и грызть их. А еще укусить… Как же хотелось запустить клыки ему под кожу.