Разбуди Меня - Инесса Рун

— Ты ведь зефирка? — прошептал он — а зефирка слишком сладкая, чтобы съесть ее быстро, поэтому лежи и наслаждайся. — И провел языком от груди до моего пупка.

— Еще! — все, что смогла я вымолвить, и опять где то в сознании, возник звоночек. Я знала этот голос, он был грубее чем у Глеба и с хрипотцой. Да, руки были куда более уверенные, движения четкие, поцелуи собственнические. Такого поведения Глеб не допускал ни когда. Но думать сейчас мне было не когда, внутренне я была спокойна, не было ни какой паники, я чувствовала себя желанной. Всю себя, отдавая процессу, я все сильнее извивалась под этими руками и все сильнее стонала под этими губами. А мужчина все продвигался ниже и ниже.

Ни останавливаясь, ни на секунду, мужчина припал к внутренней стороне бедра и гладил уже набухший бугорок. Переместившись мне между ног, он припал губами к месту концентрации удовольствия. Я уже не могла себя контролировать, выгибалась и двигала бедрами в такт его языка, который доводил меня до исступления. Когда он понял, что я подхожу к краю, резко остановился, поднялся к моему лицу и поцеловал в губы. Я чувствовала сок собственного удовольствия на его губах, и это заводило еще больше. Он вошел в меня резко без предупреждения, двигался быстро и размашисто. Комнату наполнили звуки наших тел и стонов. Когда я уже была на грани, услышала:

— Давай детка, не сдерживайся, сделай это для меня, — и застонал мне в шею.

— Да, да, да… Ро-мааа — прокричала я.

Мужчина сделал один единственный толчок и последовал за мной в эйфорию экстаза. Дыхание ни как не приходило в норму. Так как у меня по прежнему были связаны руки над головой, я не могла обнять мужчину, который по-прежнему лежал на мне и не мог отдышаться.

Пока я не пришла в себя и не начала здраво мыслить, мужчина поднял свое лицо и прошептал:

— Ты прекрасна, у меня вообще ни когда такого не было, что бы тело так отзывалось на мои ласки. Ты как из глины, мягкая и податливая, горячая и страстная, — и начал осыпать мое лицо поцелуями, — прости меня, я пошел на хитрость, готов понести любое наказание, только не отталкивай меня, — посмотрел мне прямо в глаза.

А мне думать вообще не хотелось. Я прекрасно понимала, кто передо мной, от этого нуга удовольствия разливалась еще быстрее. Мне еще не с одним мужчиной не было так хорошо. И плевать, что руки затекли, и плевать, что тело мужчины почти придавило меня к матрасу, я просто наслаждалась своим состояние. Парила в облаках и чувствовала себя самой настоящей зифиркой. Но надо как то включать стерву и уже закатить скандал.

— Развяжи мне руки — прохрипела я — и слезь с меня уже.

— Прости, прости, не могу оторваться от тебя. Ты как?

— Ну, даже не знаю, что сказать. Было хорошо, спасибо. А теперь объяснись, как ты здесь оказался? И где Глеб?

— Если ты получила, чего хотела, разве имеет значение, как я здесь оказался, — говорил Роман, пока развязывал галстук у меня на руках.

— Отвечай на вопрос! — я начинала закипать.

— Я его перехватил в холле отеля, — смотрит на меня не мигающем взглядом, ждет моей реакции, — И объяснил, что сегодня у тебя изменились планы, — пожимает плечами, но взгляд от меня не отводит, пытаясь понять, как я отреагирую.

Я потерла затекшие запястья, прикидывая как сейчас поступить. После мощного оргазма, мозг соображал туго и достаточно вяло. В голове проносились мысли, простить его и продолжить прекрасный вечер, плавный перетекающий в ночь. Но стерва во мне просилась на свободу.

— Планы. Значит. Изменились. Ах, ты… — я схватила первую попавшуюся подушку и начала лупасить его по всем частям тела. — Я тебе покажу планы.

Рома побежал от меня в гостиную и перевалился через спинку дивана, мне пришлось попытаться ее оббежать. Но в какой-то момент Рома выхватил у меня подушку, и я не поняла, как сама начала от него убегать. Все это сопровождалось диким хохотом Ромы. Он настиг меня у барной стойки. Схватил меня за талию, притянул к себе и впился в губы страстным поцелуем. Я отвечала без сопротивления, поняла, что хочу продолжение сегодняшней ночи, а о последствиях буду думать утром.

Рома усадил меня на барную стойку и встал у меня между ног. Я зашипела, от прикосновения голой попы с холодной столешницы, по телу пробежал табун мурашек. Наши лица были практически на одном уровне.

— Хочу тебя, — шептали его губы между поцелуями.

— Так я вроде не сопротивляюсь.

— А если я скажу, что хочу всегда так проводить вечера с тобой?

— Это лишнее Ром, — и поцеловала его первая. Он мгновенно ответил, его руки блуждали по моему телу, вызывая волны возбуждения.

Надо было уходить с опасной темы и я не нашла лучшего выхода, как сменить разговоры на прямые действия. Мы целовались как ненормальные, как путники в пустыни, которые пришли к долгожданному водопою. Рома провел рукой у меня между ног, убедившись, что я достаточно возбужденная и готова принять его ворвался в меня. Я запрокинула голову назад и наслаждалась процессом. Рома был искусен в этом деле, сменив угол проникновения и припав к моей груди, в прямом смысле выбивал из меня весь воздух.

— Еще!!!

— Еще!!!

— Еще — повторяла я без остановки, это с родни улететь в космос и обратно. Оргазм настиг меня неожиданно, я выгнулась дугой в руках Ромы и выкрикнула его имя. Пока билась в его руках в судорогах оргазма, он догнал меня.

Стоит, тяжело дышит, оперевшись лбом мне в плечо. Смотрит затуманенным взглядом. Приходим в себя медленно, тело расслабленно. Подхватив меня на руки, Рома отнес меня на кровать.

Набросав побольше подушек, улегся рядом и как в прошлый раз притянул меня к себе. Голова не думала, тело ныло в приятной истоме. Я не заметила, как погрузилась в сон. В течении ночи, мы еще не раз возвращались к ласкам и неистовому сексу.

Глава 15

Роман

Просыпаюсь, от того, что в глаза бьет солнечный луч. Не понимаю, где нахожусь, сознание расплывается. Который сейчас час? Хотя в субботу можно и подольше поваляться и не отказываться от утренних ласк с феечкой. Медленно потягиваюсь, в памяти всплывают события минувшей ночи. Провожу рукой по постели, пусто. Не понял! Открываю глаза, шарю по кровати, часть постели, где лежала феечка холодная. Может в душ ушла, но в номере тихо.