Ник и другие я - Татьяна Лаас

– А мы им не поможем? – Сэм заглянула в папины глаза.

– А мы им не помогаем, потому что исследования пыли у нас официально запрещены. Считается, что пыль вызывает тяжелое заболевание, провоцирующее галлюцинации, принимаемые за магию.

Сэм старательно пыталась понять, даже нахмурилась, вспоминая:

– Но, па… Когда мы ездили в Холм Березы, в твой бывший дом, там многие верят в магию. Ты тогда говорил молчать и никуда не лезть…

– Да, моя леди, подземные жители тоже верят в магию. В техномагию, и это тоже ненормально, как и у поверхностных. Только поверхностные не способны пока к изучению того, что называют магией, а подземные, то есть мы, уже не хотим. Все верят Королеве, их устраивает, что сервы собирают необходимые приборы для Холмов, а наны делают тоже самое для людей, называя это магией. Одураченными людьми, Сэм, легче править. Но это тебе совсем рано знать. Давай вернемся к магии и пыли.

Сэм опять вспомнила, что натворила своим списком и заерзала на коленях у отца.

– Моя леди, – папа крепче прижал её к себе. – Успокойся. Все хорошо. Просто нам придется лучше прятаться. Возможно, придется отправиться в небольшое путешествие.

– К…ку…куда? Мама же нас не найдет тогда!

Папа твердо сказал:

– Мы поедем на поверхность, Семечка, там легче спрятаться. А мама… мама последует за нами, не беспокойся.

И тут папа отчаянно запа́х лакрицей.

– Не бойся, Сэм, все будет хорошо. Точно-точно.

– Паааа… Если магии не существует, то как же… Как же подействовал договор?

Он вздохнул, видимо, собираясь с мыслями.

– Сэм… Договор тут совершенно ни при чем. Просто ты… Маг.

Она обиделась и надулась:

– Я не могу быть тем, что не существует!

– Пыль существует, Сэм. И при определенных условиях взаимодействия пыли, макрообъекта-тебя и нанов получается интересный результат – выделение энергии, помнишь, я говорил?

– Пааа?

– Ты не хотела заключать договор о браке с Закатом. Он тоже сильно не горел желанием, когда увидел тебя, только его наны зафиксировали договор и заставили бы его соблюдать. Наны заставили бы его тебя защищать, как свою невесту. Не знаю – кто, но… Кто-то под влиянием пыли, высвободив из неё энергию, устроил нанам роя Бродяги, их еще называют королевскими нанами, перепрошивку – внес новую программу. Или даже более простой вариант – энергия пыли стерла из памяти королевских нанов массив данных о заключенном договоре, давая Закату и тебе свободу от контроля. Сам же Закат наплевал на договор, посчитав его расторгнутым. Только и всего, Сэм. Никакой магии, в которую столь фанатично верит Закат. Никакой магии, а только физические законы мира, которые мы еще не открыли.

– Па…

– Жаль только одного – кроме Зака, мне больше некому доверить тебя… – он помрачнел, но быстро заставил себя улыбнуться. – Ничего, вот исполнится тебе восемнадцать, этот наглый принц еще двести раз пожалеет, что отказался от такой умницы и красавицы, как ты. Придет время, и королевские наны все равно заставят Заката заключить помолвку с тобой.

– Почему?

– Потому что из всех подземных жителей в невесты Заку подходишь только ты. И, Семечка, я очень надеюсь, что к твоим восемнадцати годам все изменится. Я очень надеюсь, что мы к тому времени найдем способ тебя защитить без этого принца. Я хочу верить, что мы не будем нуждаться в Заке и его защите, и ты сама выберешь себе принца по душе. А пока… – он тихо рассмеялся, снова просматривая её записи, – ты крайне жестока к своим будущим принцам. Или Зак крайне изысканно мстителен. Мы его еще научим уметь… Иметь… Белого коня. Моя леди, я, кажется, знаю, какой именно принц тебе подходит… Так что давай-ка внесем небольшие изменения в твой список.

– Просто так?

– Просто из права вредности! – подмигнул отец…

Птицы за окном совсем сошли с ума, обещая своим пением жаркий денек, и Сэм вынырнула из сна. Малышка все так и спала на плече. Маленькая и беззащитная. Пусть Сэм и научилась защищать сама себя, Клауд ей был необходим. Он ей отчаянно нужен – лишь он может помочь ей вернуться в Холмы и найти отца. И где носит этого зеленоглазого наглого принца, хотела бы она знать…

Сэм встала и осторожно направилась к корзине для сна – возможно, ей удастся положить малышку, не разбудив её. Только бы получилось! Ей предстоит еще столько дел. Тот же завтрак не приготовится сам, и белье само себя не постирает… И… Много чего. Надо будет попытаться вырваться в магазин – нужна пачка молочной смеси. Надо попытаться её украсть, раз денег почти нет. И посмотреть свежие газеты – последнее время её клон Ники вела себя крайне неосмотрительно: слишком шумно для той, которая пытается прятаться. Слишком много публикаций в газетах. Слишком на виду, слишком заметна – это становится опасным. За ней может прийти королевское правосудие и уничтожить – отец не раз говорил об этом Сэм. Она, кстати, пыталась предупредить Ник.

Высокий парень, улыбчивый, легкий в общении, простой и, кажется, надежный. Форма стражей как бы намекала, что это у него в крови… Вот зря она тогда поверила ему. Очень зря. Улыбчивые оборотни бывают только в сказках.

Сэм скрипнула зубами, прогоняя ненужное видение. Да, она пыталась, но в тот раз не получилось. А сейчас Сэм и не рискнет приближаться к Ник – слишком опасно, можно легко выдать себя, ведь Ник не беспокоится о соблюдении своей тайны, а у Сэм на руках маленькая, полностью от ней зависящая малышка. Вот станет та чуть постарше, чуть посамостоятельнее, и тогда… Тогда Сэм вновь попытается предупредить Ник об опасности.

Сэм надеялась, что с каждым днем малышка становится сильнее и независимее, только… Та взяла и заболела. Поднялась температура, исчез аппетит, а писк и плач пропали – на них просто не было сил…

Глава 8 Принцы, которые не принцы

Утес спешно заправлял в брюки летнюю, голубую форменную рубашку, и предвкушал вечер в «Алой кошке» – все же не