Измена. Сбежать от мужа - Элль Ива

— М-м? О чём?

— Почему у тебя в телефоне моё фото?

Он непонимающе моргнул, а потом потянулся в карман своего пальто.

Я указала на засветившийся экран, и мужчина нахмурился.

— Это ты? — изумился он вдруг, поднимая взгляд и удивленно сравнивая картинку с оригиналом.

Я медленно кивнула, понимая, что сейчас действительно выгляжу совсем иначе, нежели тогда. Вместо вечернего платья на мне бесформенная толстовка, вместо макияжа и красивой прически — полное его отсутствие и гулька на голове.

М-да, Агата… неудивительно, в общем-то. Контраст был разителен.

— Вау, — он откинулся на спинку сиденья, совершенно другими глазами разглядывая моё лицо, словно видел его впервые.

Я закусила губу, жалея, что спросила. Но, раз уж подняла тему…

— Где ты взял это фото? Для чего?

— Сделал недавно, в театре. Очень девушка понравилась. Но увидел кольцо и не стал ничего предпринимать. А ты…

Он скользнул взглядом по моим рукам.

— Да, замужем. Пока что.

— Пока что?

Я кивнула.

Иногда всё же лучше молчать, чем говорить. Но в этот раз всё вышло иначе. Словно кто-то толкал меня под руку, убеждая объяснить отсутствие кольца и непарадный вид.

Как будто я обязана каждый день делать прическу с макияжем и наряжаться, как в театр.

— У нас ничего не вышло. В понедельник еду в суд подавать заявление о разводе.

Он кивнул и понятливо замолчал, не желая лезть в душу. Не настолько мы были хорошо знакомы.

И за это я была ему благодарна.

— А ты всегда фотографируешь понравившихся девушек исподтишка?

Он вздохнул, странно усмехаясь.

— Знаешь, может в это трудно поверить, но тот раз был первым и единственным. Сам от себя не ожидал. Опомнился только, когда уже сделал фото.

— Опасный ты человек, Глеб.

Его улыбка стала шире.

Кажется, он всё еще не верил, что на фото действительно я, его новая соседка. Наверное, так бывает только в дурацких сериалах, и я даже пожалела, что пришлось его разубедить.

Но зато теперь знала, что тут нет никакого подвоха.

Когда мы приехали, я попыталась помочь ему выйти из машины. И Глеб даже сделал вид, что я очень полезна. А потом на пути к подъездным дверям стал демонстративно подволакивать ногу и сильно горбиться, заставив меня зажмуриться от смеха.

— Мне правда уже гораздо лучше, не напрягайся.

Да-да, конечно, признаешься ты теперь. Умирать будешь — не скажешь. Мужчины…

Мы поднялись на этаж. Возле его двери белела коробка с красноречивой картинкой.

— О, точно! Совсем забыл про пиццу. Я ждал доставку и пообещал курьеру, что не стану закрывать дверь.

— Теперь все курьеры будут знать, что ты злостный обманщик.

— Тот еще! Будешь пиццу?

— Нет, спасибо. Лучше я пойду к себе. Уже очень поздно.

Мы остановились у двери, и он подобрал коробку.

— Остыла… да, ты права, я бы тоже от такой отказался. Но её можно подогреть, м-м?

— Лучше отдохни. Помнишь, что сказал доктор?

— Ладно мам… а что, если со мной что-то случится?

Я вздохнула, еле сдерживая улыбку и протягивая ему ключи.

— Стучи в стену. Ну, или звони. Только больше не роняй ничего, ладно?

Забрав у него телефон, я записала свой номер в контакты.

— Мы в ответе за тех, кому вызвали скорую… — пробормотала, возвращая телефон.

— Ты сама на это подписалась.

Я закатила глаза.

— Спокойной ночи.

Не успела я отвернуться, как он вдруг коснулся пальцами моего подбородка, заставляя застыть на месте, и приблизил своё лицо к моему. Так близко, что меня снова окутало ароматом его необычного парфюма. Правда на этот раз с примесью запаха бинтов и спирта.

— Да, — прошептал он, преувеличенно серьезно вглядываясь в мои глаза. — Теперь я вижу, что это ты. Просто до этого не присматривался особо.

Я выдохнула, высвобождаясь из чужих пальцев. Подобная близость не казалась чем-то дискомфортным, но пока что я не была к ней готова.

— Агата? — окликнул он вдруг, стоило мне открыть дверь в свою квартиру.

— М-м?

— Я обманул. Я с самого начала знал, что это ты.

Покачав головой, я скрылась за дверью, чтобы больше не видеть этих насмешливых глаз. По спине ползали странные мурашки, в голове было подозрительно пусто, а с лица всё никак не желала исчезать улыбка.

Откуда он вообще взялся, этот Глеб? И как всё-таки порою запутанна бывает жизнь…

На часах было три ночи, самое время для сна. Благо, завтра еще не на собеседование. Но спать не хотелось от слова совсем.

Стянув с себя пальто и кроссовки, я переоделась в мягкую пижаму и рухнула на диван.

Наверное, заснуть мне уже не удастся.

Так и вышло. Потому что несколько минут спустя раздался звонок. Я взяла с тумбы телефон, представляя себе кого угодно, только не её.

Звонила моя свекровь.

— Алло? — ответила я, донельзя удивленная столь поздним звонком. — Тамара Денисовна? Что случилось?

— Что ты натворила, паразитка?! Ты хоть понимаешь, что это всё из-за тебя?!

15

— Что случилось? — повторила я, чувствуя, как начинает взволнованно биться сердце. — О чем вы?

Вся сонливость слетела в один момент.

— Ты угробила моего сына! Тварь, убийца! — кричала она надрывно, — я всегда знала, что ты такая! Всегда! Я тебя посажу! Тюрьма по тебе плачет!

— Что случилось, вы можете мне объяснить?

— Как будто ты не знаешь?! Ведь ты специально это сделала!

— Что сделала? — выдохнула я, садясь на кровати.

Деликатностью свекровь не отличалась никогда. Поэтому Марк не торопился меня с ней знакомить, каждый раз откладывая на потом. И позже, таки узнав её поближе, я поняла, что к чему.

Это оказалась весьма эксцентричная особа, воспринимавшая всё максимально эмоционально. Тогда Марк признался, что характер матери был лишней мотивацией для него поскорее начать самостоятельную жизнь. А я знала, что из дома он ушел сразу после получения школьного аттестата.

— Маркуша, а тебе обязательно на ней жениться? Она какая-то зелёная еще. Наверное и готовить не умеет совсем? — уговаривала она сына, пока я отходила вымыть руки во время нашего единственного к ней визита.

Причем говорила ни разу не шепотом, с тем умыслом, чтобы я обязательно услышала её ценное мнение.

Марк только огрызался в ответ. Стоило ли говорить, что встречаться с этой женщиной мне резко перехотелось?

И вот теперь она звонила сама.

— Ты будешь страдать так же, как и он! Я об этом позабочусь! — бросила она наконец и отсоединилась.

Глубоко вздохнув, я полистала контакты и набрала, судя