По всем кругам... Ада... - Даниленков

Он швырнул ей папку, которую она подхватила на лету. Их брачный контракт. Она же внимательно читала его в прошлый раз! Но вчитываясь в этот раз, она поняла, что некоторые пункты изменены полностью. Ледяной ужас схватил её своими цепкими руками за сердце. Один из пунктов гласил, что разрыв брака возможен лишь в одностороннем порядке. Только со стороны Даная. Если она попросит развода, обязана будет выплатить ОГРОМНЕЙШУЮ неустойку. В случае невыплаты это будет расценено как мошенничество в крупном размере. А за это дают реальный срок. Она знала это.

Ещё один пункт гласил, что она обязана выполнять супружеские обязанности по первому требованию мужа. Отказ. Неустойка. Невыплата. Срок.

И ещё несколько тошнотворных пунктов. Она уже поняла всю цепочку того, что ей грозит за неисполнение этих пунктов. Её объявят мошенницей и снова упекут в тюрьму. Снова… В то самое страшное место, одна мысль о котором приводит её в дрожь и панику.

— Зачем ты так со мной? — тихо спросила она, — зачем ты так с собой? Ведь ты думаешь, что будешь теперь жить спокойно, превращая мою жизнь в ад? Однажды, тебе это самому аукнется…

— А ты думаешь, я сейчас живу? Я жил все эти годы?! Я существую, я дышу лишь только потому, что знаю, что МОЯ ДАНА будет отмщена. Что её палач НЕ БУДЕТ жить. Будет существовать, так же как и я, так же, как и она.

Лиора сжала кулаки. Она поняла одну истину ещё в детском доме. Больно тебе делает тот, кому самому больно. И даже понимала Даная. Не оправдывала, но понимала! Но как ей оградиться от этого? От его злобы и ненависти. Как защитить себя? Возможно ли это?

В Москве его дом превратился для неё в клетку. Её никуда не выпускали. Она сутками сидела в нём в одиночестве. Даже прислуга с ней не разговаривала, чётко выполняя распоряжения хозяина. И Лиоре иногда казалось, что он просто забыл про её существование. Возможно, это к лучшему?

Но вот в один из дней он передал ей распоряжение через горничную, чтобы она была готова к вечеру. Девушка передала ей два пакета и коробку. В одном пакете было роскошное алое платье, во втором — откровенное чёрное кружевное бельё, а в коробке сногсшибательные туфли.

За пару часов до назначенного времени прибыла целая команда визажистов, которые колдовали с её волосам, макияжем, маникюром-педикюром. Лиора чувствовала себя куклой. Её не спрашивали ни о чём. Какой бы она макияж хотела, какую бы причёску? Ровно в восемь вечера она спускалась по лестнице дома в сопровождении охранников. И чувствовала себя красоткой из одноимённого фильма. Именно потому, что эта героиня казалась ей вульгарной в фильме. Сейчас она чувствовала себя так же. Никогда бы она так не оделась сама. Выставляя почти всё своё тело на показ. Волосы её были высоко собраны, а плечи оголены. Она чувствовала себя незащищённой, беспомощной. Руки то и дело тянулись к шраму на шее, который просто фантастически удалось скрыть визажистам.

И вот, она мчится в роскошном автомобиле по вечерней Москве в неизвестном направлении. Машина останавливается у в хода в большой оперный театр. Дверь ей открывает Данай. Вместе они идут на представление. Царская невеста. То, к чему она готовилась так давно… Теперь ей это не суждено. Никогда!..

Лиора сидела, словно приговорённая к эшафоту. Видеть то, чего её лишили было больно. Слишком больно… Она на мгновение прикрыла глаза: заглушить боль! Не показывать её ему. Ведь он именно этого и добивался. Данай мог бы её ударить — это было бы не так ужасно, по сравнению с этим. Слишком уж хорошо он знал её болевые точки и намеренно воздействовал на них.

После оперы они поехали на ужин в один из самых дорогих и роскошных ресторанов Москвы. Но Лиора не могла есть. Она просто сидела, опустив голову и ждала, пока Данай насытится. Его абсолютно не волновало её поведение, он с аппетитом уплетал свой стейк.

После ресторана он отвёз её в отель. Как всегда, роскошный номер-люкс.

— Раздевайся, — приказал он.

Лиора вздрогнула. Он столько времени не трогал её! И она не хотела этого. Сегодня точно! Но всё же сняла платье дрожащими руками. Он не спеша приблизился к ней, осматривая, словно породистую лошадь. Схватив рукой за подбородок, приподнял голову и впился в губы поцелуем. Лиора не ответила. Вся замерла, обратившись в камень. Он отстранился от неё, задумчиво посмотрел, словно решая, что же ему с ней делать?

Ушёл в ванную и вернулся оттуда с халатом, который бросил ей.

— Одевайся, — сказал он холодно, — поехали.

— Куда?

Он не ответил и, схватив её за руку, буквально потащил за собой. Она едва успела накинуть халат на себя, но не успела завязать пояс. Он же бесцеремонно затолкал её в машину и сам сел рядом. Минут через сорок они приехали к каким-то тёмным безликим зданиям.

Данай совершенно не обращая внимание на то, что ей больно, выволок её из машины за руку и повёл за собой. Они поднимались по лестнице с внешней стороны одного из зданий. Лиора была в неудобных туфлях на высоких каблуках и постоянно спотыкалась, но он безжалостно тащил её за собой. Её неудобство — не его забота. Теперь был его новый девиз.

Распахнув неприметную дверь, он подтолкнул её вперёд. Огромное помещение чем-то напоминало бойцовский ринг, было всё устлано матрацами. У стен стояли кожаные кресла и столики. Здесь было накурено от сигар и кальяна, которые курили мужчины за столиками. Некоторые из них играли в карты. Некоторые в бильярд. Стол стоял у одной из стен.

Заметив её и Даная, эти люди начали приветствовать его.

— Что это за красотка с тобой? — спросил один из них, просто здоровенный амбал.

Лиора затравленно озиралась по сторонам. Зачем он её сюда привёл?

— Хочу научить её послушанию, — спокойно сказал он, — слишком уж она разбалована.

— Правда? Зачётная малышка! — хищно улыбнулся амбал.

— Поиграйте с ней, — с этими словами Данай толкнул её к этому здоровяку. Она, покачнувшись едва не упала.

Наконец, до Лиоры дошло. Но он же не собирается с ней ТАК поступить??!! Она обернулась к Данаю, но он уже выходил за дверь.

Она бросилась следом, но та захлопнулась у неё перед носом, послышался характерный щелчок. Дверь заперта. Лиора, что было сил, стала колотить в дверь и звать Даная.

— Нет! Нет! Вернись! Ты не можешь так со мной