Не от мира сего - Мира Грин

Бравада закончилась, когда мышцы на руках у моего противника стали надуваться и становится больше. Мои глаза округлялись, и я встала в ступор. Ей богу, мне даже послышалось, что рубашка треснула по швам.

— Артур! — парень отчаянно пытался обратить на себя внимание.

Бородатый следил за мной. Я следила за Максом. Он наступал на меня, медленно, загоняя в угол. Затем, удар. Я увернулась. Кулак пролетел мимо моей головы и врезался в косяк. Я услышала над ухом треск, и обратила внимание куда прилетел кулак. Сразу представила себя на месте этого косяка — особенно как под ним осыпается штукатурка. А если бы я не увернулась?

Единственным способом остановить озверевшего Макса был мой коронный удар — вырубить с ноги. Но… что-то пошло не так… он схватил мою ногу в полете, потянул на себя и оттолкнул рукой от себя, кидая меня к ногам Артура. Если честно, я думала, он ударит меня в живот, но он этого не сделал. Прекрасно понимая, что одним ударом он выведем меня в нокаут.

Это какая-то игра?

Наш приветственный поединок посетила моя горячо любимая сестрица. Как же вовремя она пришла. Я горела желанием расцеловать её.

— Артур, что здесь происходит? — из комнаты вышла Милена. — Артур?!

Бородатый окликнул Макса, чтобы тот остановился. Он беспрекословно подчинился, одарил меня уничижительным взглядом и удалился вместе с другом, которому видимо надоел творящийся беспредел.

Не вставая с пола, я проговорила:

— Какого лешего здесь происходит? — я сидела на полу, ожидая, что мне кто-нибудь протянет руку, но — нет, даже никто и не попытался протянуть мне руку помощи. И на что я надеялась? Этот бородатый переступил через меня как через бревно и ушел, оставив нас двоих в коридоре.

— Поможешь?

— Помощи от меня не жди. Сама виновата, — резко ответила сестра, и одарила меня взглядом, полный презрения.

— Кто он? — переключилась я на бородатого незнакомца.

Милена ничего не ответила, открыла дверь в комнату и пригласила войти. Увидев просторы комнаты, вспомнила то место, в котором проснулась, и с горечью в сердце поняла, что меня считают за мусор. Что я такого сделала, что не нашлось мне подходящей комнаты?

— Артур — мой жених.

Её слова меня рассмешили.

— А твой Артур знает, что он у тебя не первый? Хочу увидеть рожу Алекса, когда он узнает, что ему невеста наставила рога.

— Алекс — кретин! Мамин сыночек! — вырвалось из её уст.

— Мамин не мамин, но этот кретин не позволит, чтобы его водили за нос и пострадала его репутация.

— Теперь ты его защищаешь?

— Никого я не защищаю. Разве не твои родители хотели заполучить его в зятья и прибрать всё в свои руки? Ты хочешь погубить труды своего отца и лишится своего наследства?

— Ты хотела сказать твоего? — ненавистно и презренно она вкладывала эмоции в эти слова.

— Как это понимать?

— Не прикидывайся больной. Все эти разговоры про твою амнезия — полная чушь!

— Это я-то больная? А не ты ли у нас сидишь на лекарствах? — мне хотелось сильнее уколоть её.

— Да как ты смеешь! Это всё твоя вина… Ненавижу тебя! Из-за тебя меня выдают замуж, — у Милены на глазах проступили слезы.

— Тебе в пору злиться на своих родителей. Причем здесь я?

— А я тебе скажу, причем здесь ты. Когда твои родители погибли, именно мой отец должен был унаследовать всё состояние, но завещание, которое зачитал нотариус, шло в разрез с отцовскими ожиданиями. Всё наследство переходило его дочери, а не родному брату. — Милена оскалилась. — Ты не представляешь, как отец был зол. И когда нотариус сделал оговорку: наследница обязана выйти замуж за мужчину с В-геном, отец зацепился за неё.

— Ты хочешь меня в этом обвинить?

— Если бы ты собственноручно не отказалась от наследства, меня бы сейчас не выдавали замуж.

— Ну, за это скажи спасибо своему отцу. Незачем винить меня в его алчности. Мало того, что он меня обокрал, так он и собственную дочь продал за клочок земли.

— Сама невинность! Ты — ничем не лучше моего отца! Ты пять лет контролировала меня, и дала моей матери надо мной полный карт бланш. Что ты за это попросила? — она ходила по комнате, сжимая кулаки.

Я слушала её, а волосы становились дыбом. «Я не могла, я бы не посмела, я не такой человек!»

— Я не дела того, в чем ты меня обвиняешь. Я…

Милена истерично засмеялась, и когда я снова начала оправдываться, залепила мне пощечину. Она вложила в удар всю свою ненависть, что на секунду заставило меня засомневаться о своей невиновности.

— Моя бедная, невинная овечка! — продолжала Милена. — Я хочу, чтобы ты испытала тоже самое, что я все эти годы.

— Так вот зачем ты меня сюда притащила. Ты будешь надо мной издеваться пока не убьешь?!

— Я не такой монстр, как ты, Далия!

Да, она себя им не считала, но холодный блеск в глазах, говорил об обратном.

Если она думает, что меня её слова напугали, пусть не надеется. И не с такими справлялись!

— Да, кстати, если вздумаешь отсюда сбежать, подумай дважды. Везде стоят камеры, а территория хорошо охраняется.

— Я пока никуда и не собиралась. Очень мечтаю познакомится со своей будущей родней. Как там его, Артур — львиное сердце?! — улыбка поползла вверх по моему лицу.

— Не смей так к нему обращаться! — пригрозила сестра. — Для тебя он — господин Артур Северен.

— Куда не посмотрю одни «господа», — я высказалась с недовольством о всех этих статусах. — Кланяться, надеюсь, не нужно?

Милена выпроводила меня из комнаты, вдалбливая мне в голову манеры приличия и правила поведения в гостях.

…

Дом был оформлен в стиле Тайга: дерево, камин, тяжелые шторы на окнах, мех на полу, и уют — таким я увидела это место. Весь дом был пропитан мужской энергетикой.

Пока персонал накрывал на стол в большой гостиной, обитатели дома ждали приглашения: кто сидел на диване, кто расположился в кресле. Артур стоял рядом с камином, вглядываясь в огонь, пока остальные поддерживали беседу друг с другом.

С моим появлением в гостиной заметно похолодало. Всему виной, та атмосфера, с которой меня встретили домочадцы. Явно никого не интересовала моя личность, кроме девочки-подростка, которая, то и дело, спрашивала, кто я такая.

С барской руки, Артур Северен решил мне представить всех сидящих.

Начальник охраны, он же правая рука — Борислав Лапин, лет тридцать, шатен, нос с горбинкой, с обильной копной волос