Маленькая голубка - Лэйла Фрост

Затаив дыхание, я взяла это в руки, прежде чем добавить к бутерброду небольшую порцию чипсов. Мне потребовалось все мое упрямство, но я справилась с этим, не потеряв ни обед, ни завтрак.

Миска с ягодами была еще меньше, чем утром, но я смаковала каждый вкусный кусочек.

Я только успела доесть, как кто-то постучал, и дверь открылась. Незнакомый мужчина вошел за подносом. Он бросил что-то на диван рядом со мной.

— Что это? — спросила я, не отрывая от него глаз.

Я сомневалась, что он нападет на меня, но не была уверена. Я никому не доверяла, а уж тем более людям, которым я насолила.

— От босса, — только и сказал он, прежде чем уйти.

Как только дверь закрылась, я посмотрела на коробку, лежащую рядом со мной. Поверх серой оберточной бумаги лежал красивый переливающийся бант. Я сняла его, а затем осторожно развернула бумагу. Только через мгновение я поняла, что передо мной.

iPad.

Он подарил мне iPad.

Я подняла крышку коробки и увидела блестящий, гладкий планшет. Он был таким красивым. Я сомневалась, что техника должна быть красивой, но это было так. Мой опыт общения с гаджетами был невелик. Мой старый мобильник был неработающим кирпичом. Компьютер в спортзале был на ступеньку выше машины, работающей на хомяках.

iPad был полной противоположностью и тому, и другому.

Осторожно, чтобы не уронить, я достала его из коробки и заметила под ним записку.

“Запоздалый подарок на день рождения!” — M5.

Откуда он узнал о моем дне рождении?

Нажав на кнопку включения, я обнаружила, что устройство уже настроено и готово к работе.

Из любопытства я попыталась загрузить Facebook, но обнаружила, что он, как и все остальные приложения, был заблокирован. Большая часть Интернета тоже была недоступна, но некоторые сайты я могла посещать. Открыв Google, я ввела в поиск “Максимо Блэк” и обнаружила, что он полностью заблокирован. Ни сайтов, ни картинок, ни новостей.

Ничего удивительного.

Но попробовать стоило.

Я зашла в приложение "Bookstore", но не смогла загрузить ничего, даже бесплатного. Когда я проверила iBooks, там уже было загружено несколько детективов и исторических нехудожественных книг.

С тех пор как библиотеки стали бесплатными, книги были одним из немногих источников развлечений, к которым я имела доступ независимо от того, где мы жили. Я предпочитала биографии серийных убийц или настоящие преступления, изредка вставляя фэнтези, но отчаянные времена требовали отчаянных мер.

Выключив сериал, за которым я почти не следила, я открыла одну из книг и устроилась поудобнее.

Мне было все равно, что на iPad было больше блокировок, чем на ноутбуке тринадцатилетнего подростка. Меня не волновало, что выбор книг просто отстойный. Это был iPad, и он был мой.

Кончики пальцев наткнулись на негладкую крышку задней панели, и я перевернула его, чтобы увидеть гравировку.

“С днем рождения, маленькая голубка.”

Интересно, знает ли он, как мало подарков я получила за свою жизнь… и что этот, безусловно, самый лучший.

* * *

— Вы не знаете, что с телевизором? — спросила я мисс Веру, когда она вернулась с ужином.

Я дочитала один из таинственных романов, несмотря на то, что он был скучным, затянутым и настолько предсказуемым, что я правильно угадала клишированного злодея уже во второй главе.

Моему мозгу нужен был отдых.

— Что с ним? — спросила она.

— Ни один из каналов не работает.

Она посмотрела на него.

— Я спрошу кого-нибудь из мужчин.

— Спасибо.

Она поставила поднос.

— Пришло время для лекарств и мази.

Черт.

— Хорошо, — пробормотала я.

На самокате я поехала за ней в спальню. Как и утром, я приняла таблетку и обработала ноги, прежде чем она помогла мне добраться до спины.

— Спасибо, — сказала я, когда она закончила.

Она улыбнулась мне одной из своих материнских улыбок.

— Иди вымой руки, потом поешь.

Я не стала спорить, потому что мой бутерброд с рыбой оставлял желать лучшего.

Когда я вернулась в гостиную, мисс Веры уже не было. Одиночество захлестнуло меня.

Знакомое чувство.

Вздохнув, я пролистала три работающих канала. На двух шли новости, а на одном — ситком десятилетней давности. Оставив его, я подняла крышку и увидела огромный кусок жареной курицы. Меня даже не волновало, что к ней прилагались несколько обжаренных морковок и тонна отвратительных желтых кабачков. Курица была огромной, и ее одной было бы более чем достаточно.

Отрезав большой кусок, я наколола его вилкой и запихнула в рот.

А потом выплюнула его обратно в салфетку.

Розмарин.

Запах, который я никак не могла определить, был моим заклятым врагом. У меня во рту был такой вкус, будто я только что целовалась с рождественской елкой.

Я сняла шкурку и поковырялась в мясе. Вкус остался тот-же, но уже не такой сильный. От безысходности я съела морковь, а затем попробовала кусочек кабачка. Текстура и вкус были такими же неприятными, как я помнила. Даже больше.

Фруктов не было, только стакан молока, который я выпила, чтобы избавиться от соснового привкуса.

Мисс Вера, должно быть, не сказала мистеру Фредди, что я ненавижу.

Надеюсь, он обратит внимание на то, что я оставила после себя.

Как и после обеда, в дверь постучали, прежде чем вошел вновь оскалившийся парень. Он молча забрал поднос.

— Э-э, эй… — начала я, желая попросить что-нибудь еще поесть. Но когда его сердитый взгляд устремился на меня, я передумала. Прижав колени к груди, как щит, я обхватила ноги руками и заикаясь извинилась. — Простите, забудьте, что я что-то сказала.

Выражение его лица стало страшно жестким, но тон был мягким, когда он спросил:

— Что тебе нужно?

— Ничего, — он нахмурил брови, и я вжалась в диван, что только заставило его нахмуриться еще больше. Поскольку он не хотел уходить, пока я не заговорю, я сказала: — Я хотела извиниться за вчерашнее. Этого больше не повторится.

Выражение его лица оставалось напряженным, но он поднял подбородок и ушел.

Ну что ж.

Извинения приняты?

* * *

На следующее утро меня разбудила не мисс Вера. Это был нахмурившийся козел и он появился даже раньше, чем мисс Вера.

Я была раздражена ранней побудкой после того, как ночь напролет ворочалась в постели.

Я была еще более раздражена, когда, придя в гостиную, увидела, что на моем подносе нет кофе.

И я была ужасно недовольна, когда