Злодейка для ректора - 1 - Василиса Лисина

— Разберётесь, кто кого соблазнял, после занятия, — раздаётся издевательский голос декана травничества. Лёгок на помине… — А сейчас берите перчатки, совки и бегом в теплицу. У вас практика.

Декан скользит взглядом по моей фигуре, отчего хочется поёжиться. Противно. Не обделяет он вниманием и Катарину, а потом уходит в дальнюю часть теплицы. Практику ведёт не он, а полноватая женщина, имени которой я пока не запомнила.

К Катарине подходит её друг и протягивает ей совок для посадки и перчатки.

— Я и на тебя взял, — с застенчивой улыбкой говорит он.

Дебион хмурится, глядя, как его возлюбленная принимает садовый инструмент из рук другого.

Я присматриваюсь. Обычный парень, темноволосый, высокий, худой. Нет, скорее, жилистый. Так и не скажешь, что будет нелепые слухи распускать. Ведь по-любому это он нас видел после физкультуры и доложил Катарине. С другой стороны, свидетелей было полно. Тот же рыжий мог таким образом отомстить мне.

Друг Катарины встречается со мной взглядом и тут же трусливо отводит глаза.

— Вот, я и на тебя взяла, — рядом со мной возникает Мадлен.

Я вежливо благодарю её и отворачиваюсь от компании Катарины. И другие дела есть.

На занятии мы сажаем семена каких-то цветов для какого-то фестиваля. Я не слушаю. Мадлен то и дело бросает на меня странные взгляды. Только в конце занятия я понимаю, что “элита” почти не старается и не пачкается в земле. Скорее делают вид, что работают. Опять я прокололась, но на фоне остальных проблем это кажется мелочью.

В конце занятия преподаватель выделяет несколько адептов и выдаёт им по семечку. Я в числе выбранных. Видимо, за старание.

— Это семя манника. Считается, что плоды растения увеличивают магическую силу. Но они очень капризны. Кто из вас сможет его прорастить, получит зачёт.

Я сразу воодушевляюсь. Если во мне есть хоть крошка магии, это же поможет! Нет, почему я сразу не догадалась купить несколько уже спелых плодов? Надо будет узнать про это.

Мадлен говорит, что уже скоро должны доставить артефакт. Я узнаю, сколько он стоит (для приличия она отнекивается, но потом быстро сознаётся) и благодарю её.

Мы не спеша выходим из теплиц. В коридоре академии я здороваюсь с Мартином. Он выглядит бледнее обычного, и я хмурюсь.

— Всё в порядке? — спрашиваю на всякий случай.

— Ты решила принять моё предложение? — улыбается он.

Мадлен переводит полный любопытства взгляд с меня на Мартина. Я закругляюсь с расспросами и прощаюсь.

Оставшиеся занятия проходят без происшествий. Это просто лекции, и их никто не срывает. Но всё равно меня что-то беспокоит. Как будто я упустила какую-то важную деталь. Сижу как на иголках. Перебираю в уме свои последние проблемы и тревоги. Зря, потому что их так много, что чувство беспокойства только усиливается. Составляю список.

После занятий говорю Мадлен, что мне надо зайти к ректору. Она понимающе улыбается и кивает.

— Так вот чего ты не могла дождаться всё это время. Понимаю, — она мне подмигивает. — Если он нашёл предлог подойти, у тебя есть все шансы. Удачи.

— Спасибо, — я решаю, что проще не спорить.

Опускаю взгляд. Со стороны кажется, что я смущаюсь, но на деле я просто устала. Иду к ректору с лёгкой улыбкой на лице. Пусть лучше обо мне ходят слухи, что я пытаюсь заигрывать со взрослым мужчиной, чем с Дебионом. Легче будет повернуть сюжет в другое русло.

Но у кабинета моя решимость и спокойствие улетучиваются. С ректором не расслабишься. Надо собраться и не давать ему больше поводов выносить предупреждения.

Секретарь говорит, что меня ждут. Прохожу в приёмную и захожу в привычный кабинет. Сколько дней подряд я тут появляюсь?

— Добрый день, Велена Эйрис, — отрывается ректор от бумаг. — Давно не виделись.

Я нервно хихикаю.

— Чего вы так боитесь, адептка? — ректор встаёт из-за стола и с грацией хищника огибает стол. — Подходите ближе.

Я смотрю на него ещё более настороженно. Замечаю, что пиджак остался висеть на стуле, и ректор стоит передо мной в одной рубашке. Сглатываю.

— О чём задумались? — приземляет меня в реальность серьёзным тоном ректор.

— Да так, — отвожу взгляд от натянутой на его груди ткани и наконец смотрю в лицо. — Скажите, это же не больно? Это же будет не обычная проверка.

Ректор прищуривается. Скользит взглядом по моему лицу изучая.

— Не знаю, что за мысли витают у вас в голове, но больно не будет. Сядьте на стул.

Послушно сажусь. Дальше он проверяет меня несколькими артефактами по очереди. Я беру в руки шар, потом касаюсь какого-то кулона. Выполняю сложные команды, нажимая на разные углубления в ещё одном шарообразном артефакте. Капаю каплю крови в пробирку. Ничего не происходит, только ректор всё мрачнее, а моё настроение всё хуже. Не может быть, чтобы у меня не было магии. У Велены же была.

В конце концов ректор просит мою руку и щупает пульс. Интересно, у магов он отличается? Сердце, как ни пытаюсь я его успокоить, бьётся быстрее обычного от того, как долго держит ректор мою руку. Он прикрывает глаза, и я беззастенчиво его разглядываю. С сосредоточенным выражением лица, когда не кидает на меня полные подозрений взгляды и не выдаёт предупреждения, ректор производит очень приятное впечатление. Понимаю местных девчонок.

— Ясно одно, адептка Эйрис, — наконец, произносит он, серьёзно посмотрев на меня. — Я не могу допустить вас до занятий.

Глава 16. Догадка

— Почему? — чувствуя, как мне не хватает воздуха, спрашиваю я. — У меня пропала магия?

— Не пропала, скорее, — ректор подбирает слова. — Редуцировалась. Или деградировала. До состояния пятилетнего ребёнка.

Я ничего не могу ответить, только хлопаю глазами. Похоже, магия сильно зависит от души, которая находится в теле. Главное, чтобы ректор не догадался…

— И что это значит? — спрашиваю я, а у самой руки подрагивают. — Мне её надо заново развивать?

— Предполагаю, что если ничего не делать, то она сама вернётся в прежнее состояние. Лет через пять. У вас во сколько лет получилось использовать