Завтра выпадет снег - Марина Сумцова

подругой даже попытались слепить снеговика на радостях, только получилась странная неказистая глазастая кучка. С наступлением первых холодов родители звали к себе на выходные, хотели увидеться. Они мечтали всучить мне ненужное варенье и солёные огурцы, которые мы ели в общежитии раз в столетие. И я каждый раз отказывалась приезжать, ведь работу никто не отменял, как и учёбу, а поезд до нашей деревушки ходил раз в трое суток. Поэтому, когда мне удавалось впопыхах между делами пообщаться с мамой, она обижалась.

С каждой неделей учёбы нагрузка увеличивалась. Преподаватели не жалели нас, словно готовили к защите докторской, а не дипломной работы. Одногруппники в какой-то момент вообще отчаялись. Их долги уже намного превышали сданные зачёты, за что все учителя ополчились целиком на нашу славную двадцать вторую группу. Они считали: «Раз не учится большинство — значит не учится никто». Из-за этого нас стабильно таскали на ковёр к директору, отчитывали, пытались выбить дурь, угрожали. Ничего не действовало против разгильдяйства парней и девчонок.

После успешной сдачи промежуточных работ мы решили отпраздновать всем курсом. И, конечно, выбор пал на «Клетку» — то злосчастное место, где я застала Стаса в объятиях другой. Нехотя мы согласились с мнением большинства, и уже в пятницу вечером приехали на место. Я для такого случая купила чёрное блестящее платье из струящейся ткани. Открытая спина и присборенная ткань в районе груди выглядели элегантно, если бы только не экстремально короткая длина.

Катя выбрала более целомудренный наряд: бежевое платье до щиколотки из плотного шёлка на бретелях, плечи они закрыла палантином. Альбина вообще ушла в отрыв: её вызывающая кожаная юбка едва прикрывала задницу, как и топ — бесстыдную пышную грудь. Конечно, она могла себе позволить такое, её поведение не ограничивалось рамками. Девушка всегда делала, что хотела, и ни в чём себе не отказывала. Влиятельные родители помогали ей в этом. Впрочем, её подруга Анжелика копировала поведение нашей королевы: смотрела на всех свысока и при каждом удобном случае унижала. И сейчас наши с Катей наряды не обошли стороной внимание подпевалы Альбины.

— На панель собралась? — едко выдавила девушка, потягивая коктейль и обводя толпу знакомых лиц скучающим взглядом. — Тебе не идёт, Архипова, уж лучше совсем разденься.

— Зато тебе одеться бы не помешало, — беззлобно фыркнула, оттолкнула наглую девушку в сторону и отправилась на поиски туалета.

Торопова куда-то запропастилась. Светка вообще приглашение проигнорировала, зависнув со своим суперкрутым парнем где-то в городе. Я сразу же набрала номер Катьки, но из динамика раздалось механическое «аппарат вызываемого абонента выключен».

Гулянка у ребят только набирала обороты. Они успели выпить две бутылки текилы и отплясывали на танцполе с такой жадностью, что я засомневалась в своём решении. Ещё и подруга куда-то делась. Попытки расслабиться вместе со всеми успеха не принесли: парни то распускали руки, то несли чушь, то старались поддеть.

Самым странным за весь вечер были видения. По крайней мере, я хотела считать именно так. За одним из столов мне причудился Женя в обнимку с белокурой красоткой. Я обошла зал вдоль и поперёк, заглянула во все туалеты и потаённые места. Мне хотелось верить, что Женя не привёл новую пассию в клуб. Хотелось чувствовать себя особенной. И, к своему ужасу, хотелось вновь оказаться в его объятиях. Теория не подтвердилась — парня не было ни в клубе, ни на улице, да и охрана ничего не смогла добавить вразумительного в моё расследование.

То ли от обиды на свой мозг и его игры, то ли от бессилия, что Катя меня кинула, то ли от злости и накопившейся усталости, но я пошла домой. Забрала пуховик и принялась одеваться.

В такое время общественный транспорт давно не ездил, да и вообще город по большей части умирал в безлюдности и покое. Я планировала ехать в общежитие не одна, а с другими девчонками, так было бы проще расплатиться с такси: поделить на всех сумму и не страдать. Вот только никто домой тащиться рано не планировал, и мне пришлось одной топтаться на холоде в ожидании авто.

В приложении всё никак не удавалось вызвать машину. Никто не желал брать заказ — доехать можно было за двадцать восемь минут, а сумма за дорогу получалась ничтожно мала за получавшийся километраж.

— Уже уходишь? — знакомый голос разорвал тишину. Я нервно обернулась.

Стас стоял около входа в клуб и расслабленно крутил в тонких пальцах телефон. Он сделал буквально пару шагов и встал так близко, что дыхание перехватило от подобной дерзости.

— Одна домой едешь? — прошептал он и внезапно ласковым движением убрал выпавшую из-за уха прядь волос. Я отшатнулась от этого лёгкого прикосновения и вскинула ладони вверх в останавливающем жесте.

— Не приближайся! — это слабо походило на угрозу, и всё же я вложила в слова максимум злобы.

Парень не послушал. Сделал ещё шаг, и в следующий миг я уже фактически упиралась носом в его куртку. Он схватил меня за рукава и не дал сдвинуться с места.

— Отпусти, — проскулила слабо. Вся жизнь в последнее время превратилась в кавардак, и добавлять в неё ссоры я не собиралась.

— Знаешь, я очень многое понял, — он проворковал это приторно сладко. — Я осознал, что только ты мне нужна, понимаешь? Ты сегодня очень красива.

Я испуганно обернулась и дёрнулась. На улице никого не было. Абсолютно.

— Серьёзно, хватит, — всё своё спокойствие постаралась вместить в одной фразе. Но голос предательски дрожал.

Стас с силой дёрнул мою руку, отчего я завалилась на него и уткнулась носом в грудь. Его длинные ледяные пальцы проворно достали до края платья и смяли попу.

— Ты специально надела эту тряпку? Чтоб меня позлить и возбудить? — он шептал это фактически мне в лицо, с самодовольной улыбкой.

— Отпусти, — толкнула кулаками широкую грудь, отчего пальцы до боли сжали мою пятую точку. На лице Светлова играла какая-то злобная усмешка, не имеющая ничего общего с возбуждением. Сказать, что я испугалась — значит очень сильно приуменьшить. Сердце ухнуло куда-то вниз. Тело пробрала крупная дрожь. — Прекрати сейчас же! Отпусти! Немедленно!

— Девушка попросила отпустить, разве ты не слышал? — голос Морозова раздался, как раскат грома. Неожиданно и резко.

Пальцы Стаса медленно разжались, а улыбка превратилась в звериный оскал. Я моментально отскочила от него на метр и замерла в нерешительности.

— Я вас очень ждал, Евгений Геннадьевич! Как нехорошо получилась: мы спокойно разговаривали, а вы вмешались, — поцокал языком бывший.

— Садись в машину, Саша, — спокойно кивнул головой на припаркованный около въезда к клубу седан. Я сразу же