Фрау (не) хочет в плен - Ариша Браун

Снимая куртку, и развязывая шнурки своих ботинок, которые вскоре аккуратно ставит рядом с моими, она следует за мной на кухню. Нас поприветствовал свистящей чайник.

Пока подруга занимала место за столом, я как настоящая хозяйка этого дома, достала две чашки, и заполнив их кипятком, закинула пакетики. Зефир, который так сильно любила подруга, лежал в блюдечке вместе с конфетами, от которых Даниила за уши не оттащишь. Брат был тем ещё сладкоежкой, в принципе, как и Андреева. Это, наверное, единственное между ними сходства.

Даня, небось сидит в своей скромной комнатке, и смотрит очередную чушь. Раньше он тащился от всяких там «Звездных военных» или же ещё от каких-то фантастических фильмов. У брата было просмотрено более чем триста сериалов. И когда только успевает их смотреть? Пьет же всё время.

— У мамы с папой возникали вопросы по поводу моего вечернего отлучения. Они подумали, что у меня появился парень, — протянула девушка с распущенными светлыми волосами, которые мило завивали на кончиках. Обхватив рукавами своего красного, мягкого свитера, кружку, и дула на чай, пытаясь его остудить.

— Надеюсь ты их успокоила. Сказала, что ко мне пошла?

— Сказала, — протянула Ира. — мама расстроилась, — вздохнула блондинка, переводя взгляд на конфеты.

— Тётя Лена, в своем репертуаре, — усмехнулась я.

— Ничего смешного в этом нет, Насть, надоело уже слушать о том, что со своими сериалами «китайскими» я никого себе не найду, — пожаловалась подруга, напоминая самой себе о том, что ей говорила всегда мама. — Мне девятнадцать скоро же…

— Да, я помню. Отмечать не собираешься? — спрашиваю у неё.

— Вряд ли, — качает головой подруга. — Папу скорее всего в командировку позовут, — грустно отвечает Андреева. Ей всегда было важно присутствие отца в её жизни, тот вечно был занят, но по возможности он был с ней рядом. На восемнадцатый день рождения Ирки его срочно вызвали по работе. Но он, приехав из Крыма, подарил Ирине золотое колечко. Вообще у Ирки родители замечательные, не сильно строгие и понимающе. Я с четырнадцати лет тоже хотела, чтобы со мной была рядом мама. До её измены, которая в корень изменила жизнь в нашей семье, она была рядом. Всегда рассказывала о своей юности, проводила с нами много времени, при этом даже успевала изменять отцу. Но я её не ненавижу. Всё равно люблю. И время от времени вспоминаю о ней. Интересно, она тоже вспоминает про нас? Где же она сейчас?

Моё лицо заметно погрустнело, это заметила Ирина, которая шлепнула меня по плечу.

— Ничего, Настюха, мы с тобой погуляем после, да? — подмигнула мне Андреева. Она понимала мои чувства.

— Естественно, — кивнула я, улыбаясь. Так, Журавлева, только без соплей, ладно? Не заставляй других переживать.

Хватая свою кружку в руки, и другой рукой передавая подруге конфету, я смотрю в её серые глаза и усмехаюсь. Она мне совсем родная, как младшая сестричка. Люблю её.

Всю нашу идиллию, и дружескую атмосферу, портит скрипящая соседняя дверь, и приближающие на кухню шаги. Чувствуя за спиной чей-то взгляд, я резко поворачиваюсь назад. Даниил. Кто бы сомневался. Какого чёрта он приперся сюда? Он же пообещал мне, что не побеспокоит нас.

— Что ты здесь делаешь, ты же мне кровью клялся, что твоя ленивая задница не побеспокоит нас, — шепчу раздраженно я, после чего Андреева так же смотрит на Даниила, который глядя на меня, улыбается.

— Сестричка, милая, не злись. Я пришел за телефоном. Забыл на столешнице, — указывая на неё, проговаривает брат. Телефон и впрямь там лежит. Заранее же всё спланировал гад эдакий. — Привет, Ира, — приветствует подругу тот, после медленно подходит к столешнице и тянет лениво свою ручонку. Давай уходи уже, блин!

— Забрал? — спрашиваю у него я, когда тот оборачивается ко мне, и невинно смотрит. Жук. Хитрый, как лис.

— Настюша, зачем же так грубо? — пропел братец, кладя в карман своих спортивных штанов телефон.

— По делу тебе! Иди уже смотри своих рейнджеров, и не отвлекай нормальных людей! — злостно выплевываю я. Брюнет, останавливается у выхода.

— Вообще-то Настенька, в отличие от тебя, я не смотрю эту ересь. Есть сериалы и поинтереснее, — выдал гордо брат.

— Да что ты? И какие же? — спросила я. Ира сидела без всяких эмоций, и спокойно попивала себе чаек.

— Ну хотя бы «Алые сердца: Корё», — удивил своим ответом Даниил, и не только меня, ибо Андреева от услышанного вообще поперхнулась.

— Ты смотришь дорамы? — откашлявшись, вмешалась в разговор Ирка.

— Да, — кивает с серьёзным выражением лица брат.

— С каких это ты, блять, пор начал смотреть дорамы? Ты же их придурками смуглыми называл.

Ладно, такого он не говорил. Пришлось чуть-чуть преувеличить.

— Ты что-то путаешь, эта твои турки, придурки смуглые, а великие корейские дорамки, с милыми онни — это великое искусство! — выдал этот искусствовед. — Такой, как тебе этого не понять, сестренка, — кинул мой любимый братец напоследок, покинув кухню. Оставив нас с Иркой удивленными.

Да он же выебывался сейчас перед Иркой. Разнюхал где-то, что она по корейцам течет, вот и начал здесь басни Даниссимского рассказывать. Какой хитрый. На что он только не пойдет, чтобы Ирка с ним хоть как-то заговорила. Эх, а ведь когда-то он мамкины колготки рвал для маски, когда играл в Черепашки Ниндзя.

— А ты не говорила, что твой брат смотрит дорамы, — прервала ошеломлённое молчание Андреева.

— Да я, блять и сама не знала, — ответила ей, ставя кружку на стол. Нужно было у него поподробнее расспросить про то, что он смотрит, может наебует нас маленьких.

Ирина проснулась раньше будильника, и настойчиво трясла меня сонную. Я много раз пыталась игнорировать её, но с этой девчонкой невозможно было даже ни на минутку расслабиться. Она могла и мертвого поднять.

Поднимаясь, я, потерла глаза.

— Настя, давай умывайся! — командирским тоном сказала Андреева, натягивая на себя колготки.

— Чего так спешить? — пробурчала я, снова ложась в кровать, но одеяло мгновенно было стянуто и скинуто на