Элиас - Алиса Мейн

– Ох, это покупатель, – Лия обернулась на дверь, а затем неуверенно взглянула на меня. – Ты тут справишься?

Не то, чтобы я горела желанием снова оставаться наедине с Митчеллом, но и принуждать Лию меня караулить тоже не могла.

– Конечно, иди.

Лия натянула на лицо приветливую улыбку и направилась к кассе.

– Сможешь снять обувь? – спросил Элиас.

– Что?!

– Нужно понять, что у тебя с ногой.

– Ты же сам только что сказал, что растяжение.

– А если бы я сказал, что у тебя перелом, ты бы и в это не глядя поверила?

Думаю, мой злобный взгляд мог пронять кого угодно, только не Элиаса Митчелла. Он присел рядом на корточки, как будто с усилием опираясь на правое колено, и принялся расшнуровывать левый кед.

– Я могу сама… – начала я, но Элиас не послушал меня, сосредоточившись на шнурках.

Я совсем растерялась, не ожидая от него такой участливости. А может, он лишь хотел перед Анной показать себя лучше, чем есть? В конце концов, она хорошо относилась к нему наверняка не без причины.

Развязав шнурки, Митчелл медленно потянул кед, снимая. Я вцепилась руками в края сидушки, ожидая боли, но ее не было.

Следом за кедом Элиас снял носок, осторожно придерживая лодыжку.

Я задержала дыхание, когда его пальцы сжали голеностоп.

– Так не больно? – спросил Митчелл.

– Нет.

Элиас повел лодыжку чуть вправо:

– А так?

– Нет.

Затем он аккуратно повел лодыжку влево, и я ойкнула, когда ее прострелила боль.

– Точно растяжение, но не сильное. Если будешь беречь ногу, то скоро придешь в норму.

От двери донесся звон, и появилась запыхавшаяся Анна с двумя пакетами замороженного горошка. Она протянула их Элиасу.

– Ну что там? – спросила она, с тревогой глядя на мою голую ступню.

Митчелл приложил один из пакетов к ноге, и я судорожно вздохнула.

– Ничего страшного, – прокомментировал он. – Чуть потянула связки. Сейчас нужно подержать ногу в холоде, а потом намазать чем-нибудь противовоспалительным. У тебя же дома есть что-нибудь? – Митчелл не поднимал глаз, предпочитая разговаривать с моей ступней.

– Наверняка есть, – просипела я.

– Значит, помажешь.

К нам подошла Лия.

– Как дела?

– Все нормально, – ответил Элиас. – Через пару дней будет как новенькая.

Лия облегченно выдохнула:

– Спасибо вам большое! Вы врач?

– Нет, просто немного разбираюсь в этом.

– Как нам повезло, что вы оказались здесь!

Я еле удержалась от того, чтобы не воскликнуть: «серьезно?!» Если бы Митчелл здесь не оказался, моя нога была бы в целости и сохранности.

– Линда, я вызову тебе такси до дома, – сказала Лия.

– Зачем такси? – встряла Анна. – Мы на машине. Можем подбросить.

Я смутилась:

– Спасибо, но не нужно…

– Анна, поможешь ей? – Элиас все еще не отрывал взгляд от моей ноги. – Подгоню машину ближе к двери.

– Я спокойно доеду на такси! – Я попыталась возмутиться, но Митчелл уже опустил мою лодыжку вместе с пакетом на пол, поднялся и направился к выходу.

– Не говори ерунды, – махнула рукой Анна. – Тебе помочь обуться?

– Справлюсь, – угрюмо пробурчала я.

Я надела носок и обулась, ахая от боли и удивляясь, как Элиасу удалось снять кед настолько осторожно, что я ничего не почувствовала.

Лия принесла из подсобки мой рюкзак, и вместе с Анной они помогли мне доковылять до выхода, около которого уже стоял на аварийке черный внедорожник Митчеллов.

Анна, предварительно отодвинув переднее пассажирское сиденье, усадила меня назад, а сама села рядом с Элиасом.

Я пристроила замороженный пакет прямо на ботинок, затем назвала Митчеллу домашний адрес, и парень тронулся с места.

Всю дорогу мы провели в молчании. У меня не было тем для разговора, а Анна с Элиасом, вероятнее всего, не хотели ничего обсуждать в моем присутствии, хотя Форестер и держалась приветливо. Митчелл даже не включил радио, чтобы хоть чуть разрядить обстановку.

Несмотря на то, что не была ни в чем виновата, я все равно чувствовала неловкость: за то, что подвела Лию, за то, что из-за меня Анна бегала в магазин, за то, что Элиас тратит время на то, чтобы подбросить меня домой. Полагаю, если бы я не была девушкой Алекса, он бы вряд ли вообще стал со мной возиться.

Минут через двадцать машина остановилась возле моего дома, и Анна дернулась, чтобы помочь мне выйти. Я положила ладонь ей на плечо, останавливая.

– Спасибо. – Я подобрала пакеты, которые уже немного подтаяли и оставили мокрый след на моем кеде и лужицу на коврике. – И тебе, Элиас, спасибо. За то, что подвез. – Я посмотрела в зеркало заднего вида и поймала хмурый взгляд Митчелла.

Я переоценила свои возможности и выбиралась из машины дольше, чем рассчитывала, но не позволила себе показать слабость и несколько раз лишь скрипнула зубами от боли, когда неудачно поворачивала левую ногу.

– Пока, Линда. Будь осторожнее, – махнула мне в окно Анна и мило улыбнулась.

Я подхватила рюкзак, пакеты и захлопнула дверцу автомобиля. Прихрамывая, направилась к дому.

Машина Митчеллов тронулась с места только после того, как я открыла входную дверь, и меня неприятно обожгло осознание того, что все это время за мной наблюдали.

Алекс сидел на моей постели и осторожно поглаживал лежавшую у него на коленях ногу.

– Детка, как же тебя угораздило?

Я развела руки в стороны:

– Возможно, меня кто-то сглазил?

Алекс посмотрел на лодыжку.

– Элиас сказал, ты потянула связку, когда упала, споткнувшись о коробку.

– А он случайно не сказал, что забыл в моем магазине?

– Ну, ты же говорила маме, что у вас есть редкие издания по изобразительному искусству, поэтому он, скорее всего, и повез туда Анну, чтобы присмотреть что-нибудь интересное.

Элиас действительно слушал то, о чем я говорила на дне рождения миссис Митчелл? Я была уверена, что его в тот момент больше интересовала складка на скатерти, нежели мои рассказы.

– Надеюсь, ты придешь в норму к пятнице, – Алекс взглянул на меня. Я вопросительно выгнула бровь. – Мама попросила пригласить тебя к нам на ужин. – Видимо, заметив мою растерянность, парень улыбнулся. – Я же не врал, когда говорил, что ты понравилась родителям.

– Какой-то праздник?

– Обычный ужин в семейном кругу.

Я оперлась на локти и потянулась вверх, принимая сидячее положение. Больная нога соскользнула с колен Алекса.

– А что Селена с Элиасом?

– А что с ними?

– Они разве не будут против, что я снова испорчу семейную идиллию?

– Линда, перестань. Им плевать. Тем более тот факт, что тебя приглашает мама, должен дать им понять, что их мнение на этот счет особой