Будь моей, ведьма - Юлия Григорьевна Шкутова

вырывая оборотня из своих мыслей.Игнат тут же ухватился за торчащее из груди древко и вытянул единым плавным движением.— Обернись! — последовал приказ.Волк вяло засучил лапами, но так и продолжил лежать.— Обернись! — вкладывая больше силы в свой приказ, повторил Верьев.Зверь жалобно завыл, выгибаясь, а Илья сжал в объятиях пытавшуюся броситься к нему Настю. Ведьма сейчас ничем не могла бы помочь. Всё зависело от того, произойдёт оборот или нет.— Обернись! — прогрохотало над поляной, а капитан Верьев сжал кулаки так сильно, что болт треснул.Последовавший следом вой заставил глаза ведьмы вновь наполниться слезами. Но спустя некоторое время перед ней лежал уже человек.— Стоять! — прикрикнул Илья, попытавшейся вырваться девушке. — Не мешай мне.Настя послушно замерла, с тревогой наблюдая за действиями брата по дару.— Рана затягивается быстро, — спустя некоторое время сказал он. — Но вашему другу нужен отдых и покой. — Помолчав, он, словно смиряясь с судьбой, добавил: — Мой дом в шести часах пути. Нужно сделать носилки и выдвигаться.***Марьяна вытирала мокрый и грязный пол, мысленно костеря себя за то, что не убрала за собой беспорядок. Когда Илья вернулся домой с Лилатой и позвал магиню, та от неожиданности пролила воду из кастрюли. А потом, увидев свою тюремщицу, и вовсе думать забыла о случившемся. Именно на этой злосчастной луже ведьмак и поскользнулся, обернув на себя мешок с мукой и смахнув со стола венчик и нож. Хорошо хоть не порезался, иначе Марьяна точно со стыда бы сгорела.— Кто ж его там позвал? — недовольно пропыхтела она, пытаясь тряпкой дотянуться до полоски муки, просыпавшейся между ящиками. — Даже не отряхнулся толком.— Марьяна! — раздался голос Лилаты, отчего магиня скривилась.— А тебе чего? — буркнула она, бросив тряпку в ведро.Предстояло самое сложное: вспомнить, в какой из новых комнат разместили лже-послушницу. Илья, прежде чем пасть жертвой забывчивости иллюзионистки, успел значительно расширить свой дом. Смотрелось этой действо действительно эпично. Когда-то давно Настя говорила подруге, что тоже мечтает достичь таких высот мастерства. Ибо иметь большой резерв — это одно. А суметь вырастить дом, заставляя древесину изгибаться и расширяться — это уже совсем другое. А значит, спаситель Марьяны не только сильный природник, но и искусный мастер.— Да где же она? — недовольно спросила магиня, иди по коридору с рядом одинаковых проёмов.— Здесь! — подсказала Лилата и даже свободной рукой помахала, когда Залайская заглянула в проём. За вторую руку она была крепко привязана к столбу. — Только тебе не ко мне надо. Я слышала шум из соседней комнаты.— Максим? — Марьяна поспешила к раненому магу. — Ты проснулся? Как себя чувствуешь?— Увидел тебя и сразу выздоровел! — Мужчина улыбнулся, а зелёные глаза весело сверкнули. — Где наш вечно недовольный бука?— Ушёл по делам. — Магиня склонилась и прижала ладонь к слегка вспотевшему лбу. — Температуры нет.— Одеяло жаркое, будто на печке лежу, — пожаловался Максим.— Потерпи, сейчас что-нибудь другое найду. Илья дом расширил, а комнаты ещё обставить не успел. Ушёл куда-то. Вот и выходит, что все эти комнаты пустыми стоят.— Я слышал женский голос. С кем ты разговаривала?— С той, кого не желала бы видеть. — Марьяна насупилась и пошла к выходу, не желая продолжать разговор.

Глава 5.3

Поиск пледа не занял много времени. Она забрала нужную вещь из хозяйской спальни, посчитав, что ведьмак не будет против. А когда вернулась, увидела, что маг умудрился сесть в кровати. Правда, шатался при этом, словно тростинка на ветру.

— Ты что это удумал? — всполошилась иллюзионистка, придержав того за плечи.

— Лежать устал, — пожаловался Максим и потёр поясницу. — Спина совсем затекла. Помоги устроиться удобнее, поговорить с тобой хочу.

О чём именно, и гадать не нужно было. Да Марьяна и не против рассказать всё. Максим ведь на заставе служил, а значит, мог помочь в этой ситуации. Да и отец у него, по словам Ильи, весьма могущественный. Только имя максим не упоминал, а магиня никого с фамилией Стольный припомнить не смогла.

«Вот что значит выпасть из общества», — усмехнулась она про себя.

— Может, тебе воды принести?

— Ничего не хочу, лучше расскажи, как ты у нашего нелюдимого ведьмака оказалась?

— Из вампирского плена сбежала.

Глаза огненного мага расширились от удивления, а затем в них зажглись огоньки жгучего интереса. Бледное лицо преобразилось, будто перед Залайской сидел не взрослый мужчина, а любопытный паренёк, ждущий интересного, местами жуткого рассказа. Вот она и поведала всё то, что и ведьмаку ранее. И чем дальше, тем сильнее хмурился Максим, будто что-то сложное обдумывал.

— Ты не веришь мне? — спросила Марьяна, даже почувствовав укол обиды.

— Отчего же не верю? Верю, да только… — Маг замолчал и ещё сильнее насупил брови.

— Что не так?

— Мой сослуживец… На заставе водник один служил. Он чаще всех с послушниками общался, когда предстояло иметь с ними дело. Они ведь всегда особняком держались, и не особо стремились к общению больше необходимого. А Никита как-то сразу сам вызвался. Мы ещё всё подшучивали, что он там, видимо, зазнобу себе нашёл и скоро сам в поселение подастся.

— Ты его в чём-то подозреваешь?

— Ещё не уверен, нужно всё хорошо обдумать.

— А как его фамилия?

— Бронский. Никита Бронский, водный маг четвёртой ступени.

— Лилата? — неожиданно повысила голос Марьяна, посмотрев на стену. Но в ответ никто не отозвался. — Я знаю, что ты нас слышишь, так что ответь. Или знаешь иной способ облегчить себе наказание?

— Меня и так, и так убьют, — донёсся хриплый смешок. — Или ваши казнят, или хозяин, когда доберётся.

— А разве его не распяли в собственной спальне? — напомнила магиня о том, что недавно рассказала её тюремщица.

— Мой хозяин в столице Айренгарда сидит и сюда носа не кажет, — пояснила та и, судя по доносящемуся шуму, встала с пола. — Сюда