Мой бывший предатель - Ая Кучер

— Нет, я…

— Такси будет нескоро, — кивает на мой телефон. — Я за это время тебя уже доставлю в нужное место. Поехали, Мара.

Глава 9

— Ты мой герой.

Я вытираю слёзки сыну, утешаю его, как могу. Кирюша доверчиво жмётся ко мне, находя спасение в моих руках.

Не прекращает плакать, весь красный. Из распоротой губы сочится кровь, но малыш не позволяет никому прикоснуться к себе.

Устроил тут настоящее представление, пока я не приехала.

Самые долгие минуты в моей жизни!

Теперь же я сижу на кушетке с моим солнышком. Сын на моих коленях устроился. Цепляется крошечными пальчиками за платье.

— Солнышко, так надо, — пытаюсь его уговорить. — Врач сделает всё быстро.

— Бо, — хнычет только сильнее.

— Больно, я верю. Очень больно. А если дашь врачу помочь, то он сделает так, что боль сразу пройдёт.

— Пуф?

— Да. Пуф и всё быстро исчезнет. Как по волшебству.

— Он волшебник?

Сын немного успокаивается, с интересом поглядывая на молодого врача. Тот терпеливо ждёт, улыбается малышку.

Это заставляет Кирюшу испугаться и спрятать лицо на моей груди.

Долгими уговорами у нас получается уговорить сына. Сердце разрывается. Ему ведь больно. Губа опухла, пульсирует.

А я слишком долго подбираю нужные слова, не могу сразу договориться. И всё это время — моему сыну больно!

— А это совсем не страшно!

Сын довольно выпрыгивает из комнаты, заставляя нас с врачом переглянуться. У меня седые волосы от рёва появились!

Но когда всё закончено, то, конечно, не страшно уже.

— Вот рекомендации, — врач протягивает мне листок. Внизу — номер телефона. — Можете набрать мне, если что-то случится. Проконсультирую с удовольствием.

— Спасибо большое.

Я смазанно улыбаюсь мужчине, спешу за Кирюшей. Пока он ещё куда-то не влез.

В коридоре меня ждёт испуганная воспитательница. Одна из тех, кто должен следить за детьми. Рассыпается в извинениях.

Я устало отмахиваюсь. Адреналин исчезает, страх лопается. И внутри меня только опустошение. И сердце тарахтит, не замедляясь.

— Он просто стоял, — продолжает. — Клянусь вам! Стоял. А я отвернулась, и плач слышу. Сразу! У нас такого никогда не было. Мне так жаль.

— Всё в порядке, — начинаю одевать сына. Тот крутится. — Дети падают. Просто сделайте так, чтобы этого не повторилось.

Я прощаюсь с женщиной. Хочется скорее уйти и оставить этот кошмар позади.

Кирилл постоянно падает. Я знаю. Он мог так пораниться со мной. С детьми никогда не бываешь предусмотрительной на сто процентов.

Я была такой же. Мама говорит, что я в детстве умудрилась подвернуть ногу просто так. Шла нормально, а уже лежу.

— Кирюш, — перехватываю его руку. — Нельзя прикасаться грязными руками к губе.

— Её нет, — хмурится сын.

— Губу не чувствуешь? Это из-за лекарства, которое использовал врач. Скоро пройдёт.

— Снова будет бо?

— Немного. Но уверена, что ты и не почувствуешь.

Сын важно кивает, прислушивается ко мне. Гордо выходит из больницы, словно не устраивал истерику пять минут назад.

Улыбаюсь.

Боже, Кирюша — это нечто.

Я улыбаюсь. Выдыхаю. Медленно расслабляюсь. В голове шумит ещё, думаю, что делать дальше.

К Дубинину я больше не вернусь. У меня выходной. У сына — тоже. Можно чем-то заняться.

Но внутри единственное желание. Обессиленно забраться в кровать, крепко прижать к себе сына, отдыхать. Пока не отпустит окончательно.

Одни Бог знает, каких титанических усилий мне стоило отказаться от предложения Дубинина.

С кровью от себя отрывать хриплое «нет».

Не хочу его к сыну подпускать. Не могу! Меня трясёт лишь от возможности, что бывший муж будет в радиусе километра от моего сына.

Потому что Савва непредсказуем! Я не знаю, чего ждать.

Он меня бросил. Отказалась от меня, от нас. Растоптал. Вернулся спустя два с половиной года. Ведёт себя так, словно всё нормально.

Чего он хочет? Зачем терзает меня? Какой у него план?

У Дибинина всегда есть план! Всегда. Он не действует опрометчиво, взвешивает каждое решение. Он глыба спокойствия, чему я завидовала всегда.

Непробиваемый. Нечитаемый. Тем и опасный.

Сейчас — ещё опаснее. Когда мне действительно есть что терять.

Сколько случаев, когда отцы вспоминают о детях спустя десятки лет. Появляются, требуют чего-то.

Любовница оказалась не такой хорошей? Обманула с беременностью? Не получилось?

И Дубинин решил, что можно к прошлому варианту откатить?

Только не получится.

— Машинки, — с хитрым прищуром уточняет сын. — А?

— Не а, — усмехаюсь. — Нельзя на машинки. Будем дома отдыхать.

— Ну-у-у…

Тянет недовольно. Супится, хныкает, пока мы спускаемся по ступенькам. Тараторит, уговаривая.

Улыбка застывает. Не слушаю.

Твою же…

Дубинин может оставаться там, где я его оставила?! В родном городе. В ресторане. Просто подальше от меня!

А не стоять, прислонившись к машине. Никаких сомнений, что приехал он не на консультацию.

Мгновенно фокусирует взгляд на мне. Как хищник, уловив цель — начинает подкрадываться. И мне некуда бежать.

— Я решил убедиться, что всё хорошо, — Савва откидывает край пальто, присаживаясь на корточки. — Привет, Кирилл.

Откуда он знает имя моего сына?!

Ступор исчезает через мгновение. Когда Кирюша прижимается к моей ноге. Прячется от нового знакомого.

Через секунду — я уже держу сына на руках, прижимаю к себе. Он прячет личико на моём плече, выдыхаю спокойно.

Савва медленно поднимается, не сводя с меня пристального взгляда. Ощущение, что там в темноте глаз — факелы мелькают.

Ждут возможности сжечь меня. Приговорить к казни. Добить фактом, что Дубинин всё знает.

А если и знает?! Какая ему разница?! Он отправил меня на аборт. Отказался от ребёнка. А теперь появляются тут, проходу не даёт.

Стукнулся головой и понял, что поступил неправильно?

Хочет переиграть?

Не получится!

— Убедился? — фыркаю. — Молодец, свободен.

— Это буду я решать, — отзывается Дубинин. Его голос словно вибрирует от… негодования? — Сколько ему?

— Имя раскопал, а возраст — нет?

— Я пока копать не начинал. Сплетен в твоём офисе достаточно, чтобы легко узнать такие мелочи.

— Да? А узнавать о моём браке — это в каком офисе такое делают?

Уголок губ дёргается. У меня точно получилось сбить мужчину с толку. Застала врасплох.

Не ожидал. Не знал, что Юра узнал и мне рассказал?

Ну, Дубинин, ты не один такой властный тут. Думаешь, я за первого встречного выскочила?

Нет. Хоть была и не в себе. И действовала необдуманно. Но…

Пока Савва ищет ответ, я действую. Собираюсь уйти скорее. Не обязана дальше говорит с мужчиной.

— Извините, Дубинина! — окликают с больницы.

Оборачиваюсь, замечая врача, который лечил Кирюшу. Мужчина быстрым шагом приближается, сжимая в руках…

Мою сумку.

Оглядываюсь, понимая, что не забрала её. Боже.

— Вы забыли, — протягивает мне, я