Ведьма, бубен и шаман - Наталья Алексина

– Не слишком ли притянуто? – скептично сообщил Санек. – И если они норма жизни, то почему появляются только к вечеру? Норма – она же должна быть с самого утра. Это если опустить, что я не считаю такие глюки нормой.

– Потому что вечером и ночью грань между зримым миром и незримым истончается, – сказала на этот раз Иванна, а Марк кивнул.

– Ясно, – тяжело вздохнул Санек. – Уж никогда бы не подумал, что я буду искать поддержку в своем дядьке в майке и трениках, да еще считать, что он может быть частью нормальной обстановки в моей квартире. Но раз вы говорите… А кстати, почему у других людей так это не срабатывает? Не только же я помню своих родственников.

– Этого я не знаю, – развел руками Марк.

– Бабушка думает, что, возможно, кто-то в твоем роду был иным. Но со слабым даром, а тебе достались крохи. Потом случилось что-то настолько серьезное, что эти крохи силы проснулись, – ответила Иванна. – Но это не точно. Просто такое возможно.

Санек плюхнулся в кресло и закинул ногу на ногу.

– Все лучше и лучше. Но если это так, то значит, ваш новый метод может не сработать. Если у меня эта хрень в крови, я по-прежнему буду их видеть.

– Вот и проверим, – сказала Иванна. – Может быть, твоя сила будет срабатывать только на стресс или, точнее, потрясения.

Марк тем временем сходил на кухню за стаканом воды и вернулся. Иванна сама размешала весь пузырек зелья и протянула Саньку.

– До дна.

– Я выживу? – хмыкнул Санек, но потом махнул рукой и длинными глотками осушил стакан.

После чего скривился и потряс головой.

– Да, вкус так себе, но работает хорошо, – сообщила Иванна. – А твои родственники уже здесь?

– Да, с пяти часов, – убито кивнул Санек. – И сейчас говорят, что у вас ничего не получится.

– Когда начнет действовать зелье? – уточнил Марк, снимая со спины бубен.

– Минут через пять-десять.

– И как оно мне поможет? – уточнил Санек.

– Надо было спрашивать до того, как пил, а не после, – со смешком попеняла ему Иванна.

– Даже если это просто вода или просто отрава, мне уже все равно, – честно признался Санек. – Я готов попробовать что угодно, чтобы только спать нормально.

– Это зелье приглушит память, – пояснил Марк.

– Оно называется зелье забвения, – добавила Иванна. – Часть воспоминаний на какое-то время станут тусклыми.

– Но не исчезнут совсем? – без особого интереса спросил Санек. – Не хотелось бы забыть буквы, цифры и заново учиться.

Иванна засмеялась и помотала головой.

– Стереть память начисто, мне кажется, не может ни одно зелье.

Марк, не дослушав их, сел на пол, скрестив ноги, и положил на колени бубен. Иванна опустилась рядом, и ей сразу захотелось положить голову на плечо Марка. Но сначала дело, а потом все остальное, одернула она себя. Хотя шаман выглядел сегодня как никогда притягательно, а плечи, обтянутые курткой, особенно.

Он, как и в прошлый раз, едва слышно ударил колотушкой и провел пальцами по замолкающему бубну. Еще один удар – и Иванна начала видеть призраков Санька. Снова ближе всех стояла женщина в синем, чуть дальше – другие родственники. Все о чем-то оживленно говорили. С новым ударом бубна Иванна начала слышать и голоса.

– Баб Зин, – спросил мужчина в трениках, – а помнишь, ты говорила, что тебе на старости лет мерещились какие-то фигуры? Может, это от тебя перешло к Саньку?

– Я старая была, и зрение село, чего мне только не мерещилось, – тихо призналась та. – Но по молодости ни-ни. Хотя вот моя бабка что-то такое говорила.

– Это та, которая умерла в девяносто восемь и считала, что всё кругом – плод ее воображения? – спросила женщина в синем.

– Она самая. Она ж не только в девяносто восемь так считала. Вот я и думаю: а вдруг правда? А мы ее не слушали.

Все синхронно хмыкнули и начали что-то отвечать, но Иванна почему-то не услышала, а затем фигуры как-то внезапно побледнели, почти полностью исчезая. Если бы они не шевелились, Иванна бы даже не могла сказать, есть они или нет.

– Я их почти не вижу, – шепотом сообщила она.

– Видимо, твое зелье действует, – ответил Марк и снова легонько ударил в бубен. – Теперь нужно молчать.

Марк начал быстрее бить в бубен. Все громче и громче. В какой-то момент Иванна поняла, что раскачивается в ритм. А духи замерли. Бой бубна все набирал обороты, становясь громче. Позади исчезающих призраков словно появилась едва заметная дорога. Призраки бросали взгляд на Санька и уходили по ней. Последней под громкие удары колотушки ушла женщина в синем. И она не выглядела печально, она улыбалась.

Еще один глухой бум – и Иванна будто очнулась. Они с Марком сидели в квартире, но вокруг не было призраков. Санек моргал, как будто боролся со сном. А Марк провел рукой по бубну и спрятал колотушку.

– Надеюсь, это насовсем, – сказал он. – Но если что, звони.

Санек улыбнулся, и не так сумасшедше, как раньше.

– Мне кажется, получилось, – сообщил он. – Черт, даже не думал, что цеплялся за своих родных и воспоминания о них, пока вы не обратили на это внимание. А я правда цеплялся. Постоянно думал, что тогда было лучше, чем сейчас. Вспоминал всякие моменты, семейные советы. И думал, что, вот были бы мама, папа, дядя, они бы помогли, решили, не дали бы оступиться. Так странно. Хотел бы я их просто помнить, но не вызывать с того света, чтоб они за меня что-то решили.

– Это, наверное, уже не по части ведьм и шаманов, – предположила Иванна, тоже улыбаясь. – Здесь психолог может помочь. Ну или ты сам себе.

Санек снова заулыбался.

***

На улице Марк не стал вызывать такси. Они с Иванной вместо этого пошли к автобусной остановке. До нее как раз минут десять пешком, можно просто пойти рядом.

– Мне казалось, что шаманы немного не так делают, – произнесла она. – На видео они танцуют и приплясывают.

– Мой папа, когда достает бубен, стоит и иногда притопывает.

– Тоже неплохо, – согласилась Иванна с улыбкой.

– Но я умею тянуть «м-м-м-м-м», – заметил Марк. – Не смейся, тянуть согласные не так-то просто.

Иванна засмеялась, и Марк тоже улыбнулся. Все-таки у Иванны был очень красивый смех.

– Ты должен меня научить! – заявила она.

– Легко. Остановись, набери