Любимая слабость генерала - Сусанна Ткаченко

Однако как бы ни манили меня вожделенные материалы, долг целителя громко требовал заняться оказанием помощи раненым. В конце концов сначала клятва, а потом уже наука. Я лишь отправила гарпию в глубокий сон отработанным заклинанием, чтобы не отвлекала, и поспешила к ближайшему стонущему бойцу. Это был кто-то из матросов — гарпии прилично потрепали его когтями. Из вспоротой груди и живота хлестала кровь. Нужно было действовать быстро.

— Все, кому не нужна срочная помощь, спускайтесь в трюм! — решительно скомандовала я, перекрикивая стоны и шум моря. — Я погружу всю палубу в стазис, чтобы постепенно оказать помощь всем раненым. Иначе кто-то может её не дождаться!

На меня уставилось множество удивлённых глаз, словно я предложила прыгнуть за борт.

— Вы уже делали такое, достопочтенная госпожа? — осторожно спросил корабельный целитель — мужчина в возрасте, с морщинистым лицом и, несомненно, огромным опытом.

Разумеется, я никогда раньше такого не делала. Да я и людей-то раньше толком не лечила! Я же только академию окончила! Но теорию знала отлично и практический зачет по стазису сдала лучше всех. Правда, использовала его на мышах, но… Сомневаться и раздумывать сейчас просто некогда.

— Конечно! — решительно заявила я, стараясь придать голосу уверенности.

Главное — не выдать своего страха.

— Пошевеливайтесь! — рявкнул генерал. — Приказы достопочтенной госпожи целительницы не обсуждаются!

Я посмотрела на Андрея с благодарностью. Его вера в меня придала сил.

И буквально через пару минут на палубе не осталось никого, кто мог самостоятельно стоять на ногах. Я расправила плечи, встряхнула руками и распростерла их, словно крылья, погружая раненых в состояние, где нет ни времени, ни страданий. Сейчас все в моих руках… Лишь бы не накосячить.

Стазис получился отличный! Лучше, чем на зачете, честное слово! Даже чайку, пролетавшую над «Победителем бурь», накрыло, и теперь она неподвижно висела в воздухе. Чайка, прости, я тебя потом отпущу!

С гордостью оглядела дело рук своих и пошла к люку. С трудом его приоткрыла и крикнула:

— Можно выходить!

Но ждать никого не стала — побежала в каюту за аптечкой. Без своих ценных лекарств мне не обойтись.

— Надеюсь, тебе за это заплатят,  — проворчал хранитель.

— Конечно заплатят. Тем, что благополучно доставят до Эмура, — пробормотала я, взлетая по лестнице как на крыльях.

Вообще-то Никита не такой чёрствый и корыстный. Просто его беспокоит моё бедственное положение, и он изо всех сил старается его поправить, чтобы я не скатилась в нищету.

Подхватив аптечку, я так же бегом помчалась обратно. Корабельный целитель уже ждал внизу. Он уважительно протянул мне руку и, поклонившись сказал:

— Имею честь представиться: мэтр Видов. Иван Видов. Для меня большая честь познакомиться со специалистом такого высокого уровня. Готов выполнять все ваши распоряжения, достопочтенная госпожа Олеся.

Я смутилась от неожиданного признания моего мастерства и с трудом нашла в себе силы не броситься рассказывать мэтру, что на самом деле я пока полный дилетант, мне просто повезло родиться любознательной.

— И я рада с вами познакомиться. Приступим. Вы начинайте справа, а я пойду слева, — предложила как можно увереннее.

Но мэтр поморщился и, пожав плечами, неохотно признался:

— Я никогда не работал с пациентами в стазисе. В моё время его не использовали и даже не преподавали.

— Оу! Ну, тогда давайте начнём вместе. Я вас сейчас научу! — ободряюще похлопав коллегу по руке, ответила я и направилась к тому самому матросу, которого осматривала первым.

Я присела и раскрыла аптечку, демонстрируя свои сокровища.

— Ничего себе! — восхитился мэтр. — Сколько у вас всего, чего я не знаю! Похоже, пора на покой. Устарел я.

— Просто на курсы повышения квалификации пойти, — пробормотала я, погрузившись в сканирование внутренних повреждений раненого.

А они были серьёзными. Когти добрались до селезёнки, поджелудочной железы и переломили рёбра. Хорошо, что у меня с собой огромный запас зелий, убивающих инфекцию, капель, сращивающих сосуды и ткани, и, главное, то самое лекарство, ускоряющих регенерацию, повышающее жизненную силу и сопротивляемость организма, которым я снимала приступ у генерала.

Я постепенно снимала стазис, с крошечных участков ранений, словно открывала картину на испачканном грязью холсте. И одновременно обрабатывала нужными препаратами.

Вскоре мэтр освоил мою методику, и дело пошло веселее. Все простые ранения он обрабатывал и лечил сам, а те, что требовали моих особых навыков, оставлял мне. У нас получился отличный тандем, и время летело совершенно незаметно.

— Олеся, тебе нужно поесть, — отвлёк меня от работы голос генерала, раздавшийся над головой.

Я как раз заканчивала сращивать большую берцовую кость одного из молодых боевиков. Получилось отменно. Каменная конструкция, а не кость! Ни за что впредь не сломается!

Я поднялась и с удивлением увидела, что оставшиеся невредимыми члены команды «Победителя бурь» уже почти починили корабль и даже отмыли палубу от крови, так, что она снова блестела на солнце.

— А как они так частично сняли стазис? — спросила я, не скрывая недоумения, оглядываясь по сторонам.

И чайка больше не висела над нами…

— Я снял. Оставил только на ваших с мэтром пациентах.

Хотелось спросить: а так можно было?! Я тоже хочу так уметь! Но вместо этого я лишь уважительно посмотрела на Андрея. Нужно обладать недюжинной магической силой, знаниями и опытом, чтобы так филигранно снять чужой стазис. Я вот даже свой могла снимать либо сразу весь, либо постепенно, но небольшими участками. А вот так, словно вырезая всё лишнее и оставляя только нужное, — нет, такое мне не по силам. Буду учиться!

— Значит, можно считать, что всё обошлось? «Победитель» продолжит свой путь до Эмура, как и планировалось? — спросила я, пока боясь радоваться в полную силу.

— Именно так. Но только если ты сейчас оторвёшься от работы и поешь, — строго сказал Оболенский, нахмурив брови.

Я благодарно улыбнулась ему, и мой желудок тут же заурчал, словно добавляя аргументов к словам генерала. Да, я давно ничего не ела, а сил потратила массу.

— Пять минут! — пообещала я. — Сейчас закончу и приду в столовую.

Я опустилась на палубу и вернулась к ноге боевика — оставалось только зашить рану и убрать следы швов с кожи, чтобы не осталось даже намёка. Парень будет как новенький и вскоре забудет этот бой как страшный сон. (Кто же знал, что потом мне будут предъявлять претензии за то, что я не оставила