Возвращение домой - Евгения Преображенская

– …В этом нет нужды, – прозвучал голос. Белый журавль плавно опустился на площадь и обернулся невысоким худым мужчиной в простом серебристо-пепельном облачении. Жрец богини Милосердия низко поклонился друзьям и продолжил. – Великая Мать Лианхо не таила от меня секретов: ни теперь, ни тогда, ни тысячи лет назад…

– Ты знал, что уготовано Дженне, при вашей первой встрече? – нахмурился Сайрон. – Я-то голову себе сломал, что сподвигло тебя на столь странную дружбу… Тебя – того, кто почти не общается даже с себе подобными.

– И на драгоценные подарки, – добавил Сол.

– Всё так, – вновь уважительно поклонился Бацун Эмон. – Лишь увидев её, я сразу узнал в этой девочке женщину, которая изменила столь многое в древнем мире Сии. Тогда она пряталась от моего взора, но я не мог не ощутить её витали… В Амире я ведал, что ждёт юную Дженну, и подарил тунику из паучьего шёлка, чтобы уберечь от лишних ран её тело, но… – он усмехнулся, обернувшись к теням, которые бросало на плиты площади древо Жизни. – Но демон, ставший её спутником, сделал свой выбор самостоятельно. Как ты поживаешь, старый друг? – произнёс хранитель Калоса. – Я буду рад послушать о твоих приключениях.

– О, мой добрый отец и повелитель, – появился прятавшийся до того Дхар Нэваал. Одна тень будто породила другую, на тёмном силуэте блеснули искры глаз. – Я счастлив снова лицезреть тебя… Признаюсь, иногда мне казалось, что больше мы не свидимся. Я расскажу тебе всё, но когда на то будет время! А сейчас, разве ты явился не за тем, чтобы помочь Дженне на пути к нижним мирам?

– Ты будешь вести её, как когда-то меня? – с надеждой спросил Сайрон у калосца.

– О нет, моя помощь ей не требуется, – покачал головой Бацун Эмон. – Ни демоны боли, ни демоны страсти не смогут овладеть той, что прожила свои бури. Дженна всегда смотрела прямо в лицо страхам, она знает их и не прячется. Она выдержит это испытание, я уверен.

– Но речь идёт не о простых нижних мирах, – глухо напомнил Сайрон. – Это особенное узилище для тех, кто ступил на сторону Врага. Недоступное для хранителей и странников! Только Дженне могло прийти в голову ринуться по этому пути! Как можешь ты быть так уверен в благоприятном исходе? – он обернулся к золотому дракону и, вынув из тени за спиной свой могучий клинок, протянул оружие хранителю Юга. – Пусть Кемнэбу будет у тебя, брат… Если Дженна вновь исчезнет, не трать магию Ледяницы, поставь точку в этой истории.

– Не горячись, брат! – воскликнул Дэрей Сол, отмахнувшись. – Великий мудрец Калоса подтвердил – и уверен: всё будет хорошо…

– Дженна вернётся, – улыбнулась Сайрону Гьюзайлин, положив тонкую руку на его плечо. – А твой меч ещё пригодится нам. Стоит опасаться не путешествия Дженны к нижним мирам, но её возвращения… Того, что предстоит нам после… – голос жемчужного единорога дрогнул и затих.

– Моя сестра предвидела большую войну, – продолжил за неё Индр. – Враг пытался уничтожить Сию не единожды. Вы должны знать: он снова вернётся… Будет здесь Дженна или же уйдёт – не важно. Настала наша очередь посмотреть в лицо своему страху.

– Мы дадим бой, – прошептал Дэрей Сол.

– Десятки тысяч лет вели нас к этому моменту, – кивнул Бацун Эмон.

– …И ты, Гьюз, не ответишь нам, видела победу или поражение? – обратился к хранительнице Сайрон.

– Отвечу, – уверенно произнесла та. – Нам уготовано и то и другое.

* * *

Окутанные пылевыми облаками пустынные пейзажи простирались вокруг Дженны. Небо и земля здесь были почти неразличимы, воздух – сух и безвкусен. Солнце, изредка пробиваясь сквозь тучи, чертило полосы на барханах и отвесных скалах, что застыли вдалеке подобно строю солдат.

Дженна не спешила. Впервые она спускалась в нижние миры, и даже эта пыльная пустыня вызывала у неё любопытство исследовательницы. Она шла медленно, бежать не было необходимости. Здесь царили иные законы: пространство подчинялось не телу, а уму.

Великие древа, к которым принадлежало Кутупаан, были одновременно и столпами, поддерживающими мир, и порталами, что открывали пути между мирами. С помощью древа Знаний Дженна вновь покидала Сию, на этот раз осознанно, по собственному желанию.

Само древо, откликаясь на заданный вопрос, вело странницу к заветному ответу.

«Между мирами и Вселенными постоянно происходят метаболические процессы, частью которых являемся и мы с тобой, – говорил когда-то Катан. – Поэтому столпы мира – это ещё и врата, ведущие к наиболее крупным руслам – дорогам. Зная о каналах витали и следуя вдоль них, ты можешь безопасно идти от одного мира к другому».

Всё новые пласты сфер отворялись перед Дженной и закрывались за ней. Пылевые облака дрожали, то становясь тоньше вуалей, то уплотняясь и принимая жуткий облик. Невиданные чудища вдруг вырастали перед драконицей, но тут же таяли.

Это были чужие кошмары, не её. Свои собственные Дженна прожила.

Она вкусила горя сверх меры и испила до краёв наполненный кубок страсти. Демоны войны и боли стали её друзьями. Пламенный Зоар и Марг Жнец подарили ей свои поцелуи. И чёрный Гхор, отец всех сьидам, раскрыл для неё страницы книги Судьбы.

Дженна шла вперёд. Постепенно пустынные пейзажи потонули во мраке. Вспыхнули звёзды, и расцвели туманности. Тогда драконица оделась в чешуйчатый наряд, распахнула перепончатые крылья и взмыла ввысь.

– …Не противься своему естеству. Если даны тебе крылья – лети, если есть плавники – плыви! – вспоминала Дженна слова, которые говорили ей сумеречные лисы – учителя наёмников и носители знаний сьидам. – О Странник, смело стань оружием Единого, ибо есть у тебя на то его благословение, достоин ты и телом, и духом. Храни мир, вверенный тебе, ибо ты хранитель по праву телесного рождения. Но особенно храни душу свою и доверяй ей, ибо она была избрана из многих. Ибо она слышит и ценит голос Источника, как никакая иная душа», – шептала Дженна, словно молитву.

Слова вселяли надежду, так необходимую теперь.

Дженна уже не парила, но блуждала в тёмной чаще, где не было деревьев. Здесь не было ни лесов, ни городов, ни неба, ни солнца. Однако непроглядный мрак, в который угодила драконица в конце своего пути от древа Знаний, был обитаем. Пространство пронизывали едва уловимые голоса, невнятные шорохи, вибрации энергий.

Чем дальше следовала странница, тем отчётливее различала речь и оттенки человеческого духа. Как будто вдалеке вели неторопливую