Прелюдия к чуду - Энн Вулф

После посещения «дракульского» подвала мое настроение заметно поднялось. То ли оттого, что в глазах Микаэля я выглядела теперь бесстрашной «победительницей вампиров», то ли потому, что мои руки до сих пор сохраняли тепло и нежность его прикосновения.

Второе объяснение нравилось мне меньше. Я не хотела влюбляться в Микаэля, но теперь чувствовала, что лишь оттягиваю неизбежное. У меня все еще был шанс пойти на попятный. Я ведь могла отказаться ехать с ним в Мишвидце. И тогда все встало бы на свои места. Наши пути разошлись бы и мы, скорее всего, больше никогда не увидели бы друг друга. Но от слова «никогда» у меня в душе начинала пульсировать тревожная пустота. И я вновь убедила себя в том, что мои отношения с Микаэлем не представляют никакой опасности. Я не могу влюбиться. Ну просто не могу, и все тут…

Я вспомнила о том, что написала Линде о Микаэле: «Не строй иллюзий насчет наших отношений. Он просто хороший приятель». По-моему, эта дописка выглядела глупо. Уж если кто и «строил иллюзии», так это я…

Банкет в гостинице был гораздо менее интересным событием, чем экскурсия. Народу было довольно много, но, в основном, это были скучающие семейные пары.

Где-то в середине банкета появился тот самый актер, который изображал Дракулу в подвале замка. Он показал отдыхающим несколько забавных номеров с то исчезающей, то появляющейся настоящей летучей мышью, а потом принялся бродить между столиками и болтать с туристами. Надо сказать, этот «дракула» больше смахивал на фокусника. Но мне очень хотелось поболтать с ним о его работе, а еще – признаюсь, об этом я просто мечтала – рассмотреть вблизи его летучую мышь.

Поэтому мы с Микаэлем подошли к актеру и предложили ему выпить вместе с нами за процветание замка Брана. Галик – так звали актера – не отказался и присоединился к нашему обществу. Слава богу, английский он знал так же хорошо, как румынский, поэтому проблем в общении с ним у меня не было.

Я спросила его, сможет ли он показать мне летучую мышь.

– Никаких вопросов, – улыбнулся он и извлек мышь из своего «дракульского» цилиндра. – Это Сибилл. Моя партнерша.

– Какая миленькая! – расплылась я в улыбке. – А можно погладить?

– Конечно. Не бойтесь, она не станет вас кусать.

– Она ничего не боится, – гордо заметил Микаэль. – Даже в подвале Брана не испугалась…

– Я заметил, – кивнул Галик. – Вообще-то это редкость. Обычно дамы тут же просят успокоительного.

Я протянула руку к мыши. Ее глаза лениво приоткрылись и блеснули, точно маленькие черные бусинки. На ощупь она была гладкой и приятной. А крылышки, которые я так давно мечтала потрогать, оказались замшевыми. Совсем как мои осенние перчатки.

– Си-ибилл, – мечтательно протянула я. – Жаль, что такую нельзя иметь дома.

– Почему же, – улыбнулся Галик. – Можно. Если ваш дом – темная пещера. Или подвал замка Бран.

Мы с Микаэлем рассмеялись. Галик, несмотря на свой «сценический образ», оказался довольно забавным мужчиной. Он много шутил и рассказывал смешные истории о туристах, которых он разыгрывал в подвале. Микаэль поведал ему о том, что мы едем в Мишвидце и о том, что я собираюсь писать работу о трансильванских преданьях. Галик сразу как-то сник, как будто ему сказали, что Солнце остынет уже через пять лет.

– Мишвидце… – задумчиво произнес он. – Деревенька в горах…

– Вы бывали в Мишвидце? – удивленно спросил Микаэль.

– Не бывал. Но слышал кое-что об этой деревеньке, – неохотно ответил Галик.

– И что же? – поинтересовалась я, поглаживая Сибилл по замшевым крылышкам.

Галику, очевидно, не очень хотелось отвечать на этот вопрос. Он выдержал довольно длинную паузу, а потом все-таки решил ответить.

– Один из моих приятелей знаком кое с кем из этой деревушки… Там… э-э… творятся какие-то странные вещи.

– Они всегда творились, – махнул рукой Микаэль. Кажется, это был его любимый жест, выражающий известную шекспировскую фразу: «Есть многое на свете, друг Гораций, что и не снилось нашим мудрецам».

– Ну… – протянул Галик. – Может быть, и всегда, но сейчас, по слухам, там происходит что-то невообразимое…

Наконец я не выдержала. Как могут два взрослых человека всерьез рассуждать о вампирах? А я не сомневалась, что, говоря «невообразимое», Галик имеет в виду именно их.

– Послушайте, вы же взрослый человек, – обратилась я к Галику. – Ну неужели вы действительно думаете, что в двадцать первом веке, пусть и в глухой деревне, может обитать какая-то нечисть? Скорее всего, жители Мишвидце сами себя запугали. Или им просто нравится бояться. Надо же бояться хоть кого-нибудь… Уж вы-то должны это понимать – ведь вы каждый день дурачите туристов своим «Дракулой».

– Я не дурачу, – обиделся Галик. – А играю Дракулу. Это две разные вещи.

Я не хотела обидеть актера, поэтому поспешила извиниться:

– Простите, я, наверное, слишком резка. Просто я так устала от того, что все делают загадочные лица и пытаются доказать мне, что вампиры существуют…

– Мод – безнадежная материалистка, – иронично усмехнулся Микаэль. – Она верит только в то, что видит.

– Надеюсь, вам не доведется увидеть тех, кто запугал жителей Мишвидце. – Галик посмотрел на меня так, будто я посягнула на святая святых. – А на вашем месте, – окинул он Микаэля осуждающим взглядом, – я бы не повез любимую девушку в Мишвидце…

Мои щеки залил густой румянец. Я не осмелилась даже посмотреть на то, как к Микаэль отнесся к последней фразе Галика. Интересно, с чего он взял, что я «любимая девушка» Микаэля? Мне казалось, что мы вели себя, как обычные друзья.

Но Микаэль, вопреки моим ожиданиям, не взбунтовался против слов Галика.

– Я хочу показать Мод настоящую Трансильванию, – невозмутимо ответил он. – А она хочет ее увидеть. Так что я не везу ее туда силком.

Галик пожал плечами.

– Конечно, это ваше дело… Но все же будьте осторожны…

Мне надоела эта тема, поэтому я поспешила ее сменить.

– И давно вы выступаете с этой милашкой? – Я указала Галику на Сибилл.

– О, – оживился Галик, – уже несколько лет. Обычно у нас более насыщенная программа, но сегодня я чертовски устал, поэтому ограничился парочкой номеров. А вам нравятся летучие мыши?

– Еще как, – улыбнулась я. – Вообще-то мне нравятся все мыши. И обычные, и летучие. Дома у меня целая «мышиная» коллекция…

– Отлично! Значит, я смогу сделать вам подарок.

Галик, как настоящий фокусник, извлек из своего цилиндра маленькую летучую мышку, сделанную, кажется, из бронзы. Она стояла на подставке, распахнув большие крылья. И ее головка забавно склонилась вбок, словно мышка спрашивала: «Ну и как я вам?».

От радости я захлопала в ладоши.

– Какая прелесть! Теперь я смогу пополнить свою коллекцию очередным шедевром. Спасибо, Галик! Это настоящий сюрприз.