Айдол - Кристина Ли

Охрана ушла вслед за ними, а я хлопнул в ладони ухмыляясь и осматривая оставшихся присутствующих.

— У нас три часа, ребята! Надо хорошо потрудиться!

— Нэ! *(Да!) — хор голосов заставил искренне улыбнуться юным и полным энтузиазма детишкам.

Моя судьба — это лишь моя дорога, и я всегда пытался оградить свою труппу от сонбэ и его присмотра. Я добился того, что мои ребята не подписывали никаких контрактов со студией, а заключили договора со мной, как с артистом. Только этот эпизод в моей жизни давал возможность двигаться дальше. Я не позволю никому играться их жизнями, так как играются моей.

Войдя в раздевалку, наконец, избавился от дизайнерских шмоток, натянув свободную футболку черного цвета на два размера больше, и любимые штаны.

Передо мной в зеркале сейчас стоял тoт Сай, который в точно таком же виде в свои пятнадцать начинал разучивать танец, учился двигаться, и быть артистом.

Именно с этими воспoминаниями я пришел в огромный зал с зеркалами во все стены, встал на танцевальный паркет, посмотрев на пуфы по периметру, на которых сидели мои ребята.

— Чи Джин! — махнув парнишке в белой олимпийке, который застыл у музыкального центра, сам встал напротив зеркала. — Пятый трек без обработки в минусе. Только биты. Я хочу видеть ритм и синхрон с музыкой. Никакиx импровизаций.

— Нэ, Хён! *(Хорошо, братишка!) — Чи Джин быстро запустил запись и занял свою позицию позади меня.

— Остальные смотрят и запоминают движения. Это очень тяжелая постановка. У каждого будет своя часть в танце и клетка. Вступаем поочерёдно, друг за другом. Линию справа не трогаем, все движения влевo к центру. Сцена будет полукруглой и нужно, чтобы каждого из вас было видно.

— Нэ!!! — десять слаженных голосов девушек и парней, а следом мой напускной прищуренный взгляд, и слаженное — Файтин!

Вступление ударило сразу же, а звуковая волна родила мурашки по всему телу.

Танец — это не просто движения тела, это пластика и картинка. Это музыка в каждом повороте, в каждом взгляде. Это не ты поднимаешь руку, это музыка заставляет её подняться. Каждый вдох в синхрон с телом. Ты словно стоишь над обрывом и занимаешься любовью с женщиной, а эта женщина — музыка.

Ты не можешь дать ей упасть с обрыва, потому что она проникает в твоё тело. Ты становишься с ней единым целым. Упадёшь ты — погибнет она.

Вот что такое танец. Γлавная составляющая успешного номера — это не знаменитый артист, не его песня, не его движения. Главное это атмосфера — магия музыки, которая и заставляет своего "слугу", "любовника" и артиста приковать взгляд всех и каждого к этой картине.

Если бы меня спросили, за что я бы спас человечество, я ответил бы — за то, что оно создало музыку.

Мы двигались в синхроне, каждая oтдельная часть танца — это танцор, который создает полную картинку. Уже за десятым разом я ловил кайф от того, что нагрузка на мышцы вернула чувствительность телу.

Танцору всегда нужна тренировка и постоянное движение. Для него это лучший допинг, а для меня это необходимость. Так я могу забыть всё, и просто работать на износ, чтобы и потом не помнить ничего.

Пот стекал по телу, и третий час мы отрабатывали каждый поворот тела, каждую деталь танца. Даже мимику на лице. Всё должно быть идеально. Всё должно быть полно и ярко — так, словно мы в последний раз выходим на сцену.

— Молодцы... — музыка стихла, а я счастливо выдознул. — Хорошо поработали!

Посмотрев в зеркало на каждого и заметив тот же блеск удовольствия в глазах, что и в моих, ощутил удовлетворение полно. Однако следом зацепился за глубокий пристальный взгляд. Он упирался в спину с самого дальнего пуфа, в углу зала.

Энджела сидела, сложив ноги в позе лотоса, на мягком подобии подушки, подпирая рукой подбородок.

— Как? — спромил одними губами, а она на удивление поняла сразу, о чем я.

— Я впервые вижу подобное, если честно, — Энджи нахмурилась, но всё-таки одобрительно хмыкнула.

— Красавице госпоже вообще не понравилось? — услышав игривый голос Чи Джина, я приподнял брови, смотря на то, как он ещё и нагло подмигнул мне.

— Вот как раз ты, Чи Джин, мне и понравился, — я чуть рот не раскрыл после её заявления, а этот плут малолетний ещё и язык высунул, слюну облизывая.

Девочки засмеялись и поклонились Энджеле, на что она снова удивив, ответила тем же.

— По домам и отдыхать, — спокойно прервал всех, продолжая смотреть на неё.

— Нэ, Сай!

Зал быстро опустел, пока я и с места не сдвинулся ловя взглядом каждое её движение и реакцию на происходящее.

— И долго ты там сидишь? — спросил, когда мы остались одни.

Энджи подняла руку, следом сведя брови и смотря на часы.

— Примерно час, — она поднялась, и босыми ногами не спеша пошла по паркету ко мне.

В одной руке сжимая полотенце, а в другoй стеклянную бутылку с водой, Энджи остановилась напротив, протягивая мне полотенце. Спокойно приняв от неё помощь, наши пальцы невольно соприкоснулись, как и взгляды. Момент... Одна секунда растягивается во времени, как замедленный кадр в фильме.

— А воду? — зашептал, приподнимая бровь и пытаясь забыть, что её ладонь в сантиметре от моей.

— Только через полчаса. После таких плясок пить сразу нельзя, — она одёргивает руку и открывает бутылку, делая глоток и продолжая, — Твоя охрана чиста. Ничего подозрительного. Они тоже в этом не замешаны.

Святые Небеса! Энджела реально считает, что пока я смотрю на то, как она пьет, мне есть дело до охраны? Да что это за помешательство, в конце концов?! Я с катушек совсем слетаю, что ли?! Эта девушка частный детектив сыскного агентства Интерпола, телохранитель селебрити, и она при исполнении. Вот же дебил!

Я с силой вытер лицо, закусив мягкий ворс зубами, чтобы сдержать свои эмоции.

"Бред! Я конченый псих и мне реально пора лечиться, а не пилюли пачками глотать! "

— Поехали в твой этот торговый центр! — чуть не рыча произнес слишком ярко, от чего она вздрогнула и опять посмотрела на часы.

— У тебя же...

— Плевать! Поехали, подождут эти рекламщики. Всё равно уже как кость в горле эта реклама косметики. Баб им, что ли не хватает?! — уже больше про себя прошептал.

— Хорошо, тогда я в машине!

Энджела с отстранённым видом развернулась, достав из кармана пачку сигарет. У меня глаза на лоб полезли от такой картины.

— Это что? — бросив ей в