Люблю, целую, жму лапу! - Арина Ларина

– Короче, не пара, – резюмировал про себя Тарасов, доел рыбу, быстро допил сок, расплатился и вышел, не глядя на подругу. Ещё не хватало спалиться. Ханина когда сможет – позвонит. Главное, подробности не забыть, а то ей мало простого «нет», ей детали подавай, объяснения, она ж спорить будет. Подруга всегда говорила, что в споре рождается истина, но спорила она из-за своих кавалеров вовсе не по этой причине. Ей всякий раз было жалко расставаться с мечтой.

Щенок в отсутствие хозяина умудрился опрокинуть коробку, выбраться наружу и художественно украсить пол кучками и лужицами. Спал он в Тарасовском тапке, выставив наружу толстую попу.

– Друг мой, ты свинья. – Рюрик вынул жильца из обуви и строго уставился на сонную мордаху. – Собаки так себя не ведут.

Узрев хозяина, щенок начал извиваться и мотать хвостом, норовя лизнуть Тарасова в лицо. Сердиться на этого хулигана было совершенно невозможно. Рюрик в очередной раз вытер пол, мимоходом подумав, что хорошо бы прикупить ещё тряпок и каких-нибудь моющих средств. Содержание найдёныша становилось накладным.

Взяв красавца на руки, Рюрик снова решил попытать счастья в Сети. А вдруг та шатенка с косой ответила?

Не ответила.

Зато привалила масса писем от всяких прочих шатенок, брюнеток, рыжих и блондинок. Ни одна из фотографий щенку не понравилась. Рюрик был с ним солидарен. Нет, дамы были вполне нормальные, но ни одна не бередила душу, не заставляла сжиматься сердце и не вызывала неуёмного желания немедленно встретиться и поговорить.

– Да, друг мой, мы с тобой как разборчивые грибники в осеннем лесу. Вроде грибов много, но нам они не подходят. Нам боровики подавай, а не какие-то там сыроежки, – вздохнул Рюрик.

Собеседник согласно тявкнул, а Тарасов вздохнул. Погрустить вдоволь ему не дал звонок в дверь. Обречённо надеясь, что это не полоумная соседка, он поплёлся открывать. На пороге стояла Татьяна.

– Мать моя! – взвизгнула подруга, схватив щенка и начав его тискать. – Какая лапа, какая пуся! Мимимишка сладкая! Тарасов, ты спас чудо. Ой, какой хвостик.

– Перестань его жамкать, он сейчас тебя описает, – предостерёг Рюрик, с опаской посмотрев на Танино платье. Ханина дешёвые вещи не носила, а потому ему было заранее страшно за щенка. Женщина за хорошую вещь может и загрызть. Даже мимимишку.

– Да? – Танька тут же вытянула руки, и щенок завис на безопасном расстоянии от наряда. – Точно, может. Ладно, бери своё сокровище.

Она ткнула мимимишку Тарасову и, сбросив шпильки, продефилировала в комнату.

– Юрик, ты где? О, я смотрю, мы пасёмся на сайте знакомств. И как? Что подсказывает интуиция? – хихикнула нахалка, сунувшая нос в чужой компьютер.

– Это неприлично, – проинформировал её Тарасов, выключив монитор. – Между прочим, у меня своя личная жизнь.

– Да? И как её зовут? – прыснула Ханина. – Между прочим, дорогой мой, я своей личной жизнью с тобой делюсь. Вот ты про моих мужиков всё знаешь. Даже то, чего не знаю я. А ты скрытный. Так что, есть у нас девушка?

– Нет. Пока нет, – набычился Рюрик.

– Будет, – неожиданно утешила его Таня. – У такого шикарного и неординарного мужика непременно должна появиться приличная женщина.

И как, скажите на милость, после такого на неё злиться? Деморализованный Рюрик лишь махнул рукой и доверительно сообщил:

– Ты представляешь, этот мелкий тоже разбирается в девушках. У нас мнения совпадают. Ему понравилась только одна, которая понравилась мне. Но это не суть, она мне не захотела отвечать…

– Юрик, ты наверняка неправильно ей написал! Давай вместе составим письмо. Ты просто не умеешь общаться с девушками в нужной тональности, – загорелась Ханина, потянувшись к монитору.

– Нет, – отрезал Рюрик. – Я как-нибудь сам.

– Ну, да – у тебя ж теперь и советник есть, – ухмыльнулась Таня. – Кстати, он каким образом мнение высказывает?

– Тявкает. Нет, ты, конечно, сейчас думаешь, что я спятил, но это правда удивительно. Я вчера его проверял. И сегодня. Ему, как и мне, все не нравятся. А когда мне та понравилась, он тявкнул. Причём, знаешь, одобрительно так.

– Ну-ну, тоже мне – осьминог Пауль. А результаты спортивных матчей он случайно не предсказывает? А то делал бы ставки, разбогател бы, а, Тарасов?

– Тань, ты чего припёрлась?

– Хамить тебе припёрлась, – не обиделась Татьяна. – Ты – мне, я – тебе. Давай, делись, что ты про моего бойфренда думаешь?

– Ничего хорошего, – пожал плечами Рюрик. – Опять не то.

– А конкретнее? Ты, Тарасов, словами не бросайся, мне нужны аргументы, – судя по тону, Татьяну его вывод не удивил. Наверное, она и сама в очередной раз маялась в сомнениях.

– Он как мороженая треска, – подумав, выдал Рюрик. – Понимаешь? Без огонька, правильный, наверняка скучный. Хлыщ с запросами.

– И ведь я тебе про него ничего такого не рассказывала, – многозначительно взглянула на него Таня. – А ты в корень зришь. Ещё поспорь после этого, что ты не интуит. Ты людей насквозь видишь. Да, именно так и есть. Хороший мужик, перспективный, но у меня от него аж зубы чешутся. Сижу и думаю, какое счастье, что можно придумать повод и уйти. А если с таким семью создать? Это ж круглые сутки терпеть придётся. Он вроде и пошутить может, но какой-то варёный. Не, ты правильно сказал – треска мороженая. Ни-ка-кой. Не мой. А где мой? Вот ты, Рюрик, вроде классный мужик…

– Ой, Тань, не начинай, – махнул рукой Рюрик. – Ты сейчас расстроилась, что я твоего протеже не одобрил, и начнёшь мне гадости говорить. Завуалированные.

– Да я и не собиралась, – проворчала Татьяна. – Я хотела сказать, что ты тоже не моего поля ягода. И какое счастье, что твоя мама не дала нам закрутить роман. Сейчас бы мы уже разбежались, расплевались…

– Не продолжай. Я помню. Моя мама вообще по жизни молодец и умница. Только её перезрелые кандидатки в невестки, которых она мне регулярно подсовывает, расшатывают мою нервную систему, – пожаловался Тарасов. – От очередной еле отбился. Ты знаешь, столько баб непристроенных? И все замуж хотят, детей…

– Угу. Давай-ка расскажи мне, – усмехнулась гостья. – А то я не такая. Мне вот никто женихов не подгоняет. В брачное агентство, что ли, пойти? Но только мне надо будет тебя с собой взять.

Тут подруга отчего-то замолчала, озадаченно наморщив лоб. По её физиономии было видно, что Ханину осенила какая-то неординарная идея. Хорошо ещё, если от Рюрика ничего не понадобится и идея будет завязана исключительно на Таньку. Он просто-таки видел, как под гладким Ханинским лбом активно шевелятся извилины, в судорогах рождающие очередной проект. Татьяна вообще отличалась креативным мышлением, самозабвенно воплощая в жизнь все пришедшие ей в голову идеи. Даже заведомо неудачные. Она была дамой деятельной и активной, потому и на работе её ценили.

– Тарасов, – взгляд Татьяны Ханиной просветлел. На Рюрика подруга смотрела уже с восхищением и торжеством. Из этого можно было сделать вывод, что очередной проект без несчастного Тарасова не обойдётся.