Медовый месяц в Греции - Джеки Браун

– Океан здесь рядом, так что у нас всегда есть свежая рыба, – заметила йайа.

– Манхэттен тоже недалеко от Атлантики, – спокойно ответил Ник, и Дарси поняла, что это фрагмент довольно часто повторяющегося разговора.

– Не спорьте, – вмешался Георгий, – вода и рыба есть везде.

Но йайа не отступала:

– Разве в Америке они умеют готовить бакалиарос тиганитос!

– Загляну в меню греческих ресторанов, когда буду там, – обещал Ник.

София пожала плечами:

– Не важно. Все равно им не приготовить рыбу так же вкусно, как твоя мама. Я учила ее, а моя мать учила меня. И твоя будущая жена тоже научится. – Она искоса взглянула на Дарси.

Видимо, Георгия не предупредили о правилах изящной игры, так что он запросто сказал:

– Tea, ты бы поучила Дарси готовить наши блюда.

Все за столом уставились на него. Ник нашелся первым. Он произнес с блеском в глазах:

– Мне нравится, как мама готовит бакалиарос тиганитос.

– Нику нравится все, что готовит мама, – Георгий от души рассмеялся, – этим он пошел в меня.

– Если не примет меры, то и этим он пойдет в тебя. – Tea похлопала мужа по животу.

Все расхохотались, и это разрядило обстановку.

– Я с удовольствием поделюсь с тобой своими рецептами, – сказала Tea Дарси, – включая бакалиарос тиганитос. Все довольно просто, главное – вымачивать рыбу всю ночь в воде, иначе она будет слишком соленой.

– Спасибо. С радостью поучусь.

– Ты хорошо готовишь? – спросила София.

– Э-э-э… я… – Дарси мастерски освоила микроволновку в колледже и могла состряпать на скорую руку спагетти с жареным сыром, залив все это готовым соусом. Дальше этого в своих кулинарных познаниях она не продвинулась. Дарси и Тэд питались преимущественно тем, что готовила Эвелин, по ее же настоянию. А когда Дарси переехала, она все собиралась научиться, но постоянно оттягивала этот момент.

Глаза йайа сузились. Дарси чувствовала, что теряет баллы.

– А для Ника ты готовишь?

Он пришел ей на помощь:

– Мы обычно едим в кафе, когда Дарси приезжает в город.

– А где же спит Дарси, когда приезжает в город? – осведомилась йайа.

Дарси вспыхнула, но Ник снова ответил за нее:

– Она спит в кровати.

В чьей именно, он не уточнил. Но улыбка на его лице была двусмысленной. Дарси пнула его под столом.

Получасом ранее, на кухне, они обсуждали, как Дарси и Ник познакомились. Теперь разговор свернул в иное русло: где она работает, какая у нее семья, как зовут ее старших сестер-близнецов, ее кузенов, племянников и племянниц. Йайа, разумеется, спросила, сколько детей хотела бы иметь Дарси. К моменту, когда подали кофе, София уяснила для себя две вещи. Первое: Дарси надо бы немного откормить. Второе: в ней непременно должна быть хотя бы капля греческой крови, судя по тому, что ей нравится крепкий кофе.

– Очень вкусные булочки, – похвалила гостья свежую выпечку с сахарной пудрой и обжаренным миндалем. – Как они называются?

– Ревани, – ответила йайа.

– Ревани, – повторила Дарси.

Но йайа покачала головой:

– Нет-нет-нет. Ре-ва-ни-и-и-и.

– Ударение на последнем слоге, – подсказал Ник.

Дарси снова повторила незнакомое слово, на этот раз заслужив от Софии одобрительный кивок. Я их пеку специально для Ника. Конечно же дам тебе рецепт.

Дарси улыбнулась ему и спросила:

– Это тоже одно из твоих любимых блюд?

Но ответил ей не Ник.

– Мой брат вообще обожает сладкое.

В дверях дома стоял Петрос. По крайней мере, Дарси предположила, что это он. Семейное сходство было несомненным: те же глаза, то же телосложение. А если это Петрос, то женщина рядом с ним может быть только Селеной.

Господи Боже!

Дарси отложила вилку и промокнула губы салфеткой. Села на стуле очень прямо, ощущая неприятное волнение. Селена была маленькой и изящной. Дарси чувствовала себя великаншей-амазонкой рядом с ней. Хуже того, Селена оказалась прекрасна. Высокие скулы, изящные брови, гладкие черные волосы. Богиня. И взгляд, который бросил на нее Ник, только подтвердил ее прежние догадки: если он старался показать, что все кончено, то это была фальшивая игра. Он сидел напряженно, словно изваяние.

– Петрос! Селена! – Tea нервно улыбнулась. – Мы вас не ждали.

– Ну, мы довольно быстро разобрались с меню и решили заскочить на булочки.

– Как ты узнал про булочки? – спросил Ник.

– Йайа звонила накануне и упомянула о том, что собирается их испечь.

Все взгляды обратились на Софию.

– Я старая женщина, – пробормотала она, изящно взмахнув рукой, – уж и не помню, кому я что говорила.

Петрос чуть заметно улыбнулся.

– Понимаю, ты пришел только оттого, что думал, нас не будет. А я-то, дурак, надеялся…

Ник промолчал, но мускул на его щеке дернулся.

– Не важно, Ник, все равно я рад тебя видеть. Мы рады, – уточнил Петрос и обнял Селену за плечи.

Она тепло улыбнулась ему.

Молчание длилось, напряжение росло. Дарси решилась открыть рот:

– Петрос и Селена. Приятно познакомиться. Ник много рассказывал мне о вас.

– А кто же вы? – спросил Петрос.

– Дарси Хейз… девушка Ника.

– Тебе удалась роль, – сказал Ник, когда они с Дарси ехали обратно к ее отелю.

Порой он даже забывал про их сговор и просто наслаждался вечером. Пока не появились Петрос с Селеной. Созерцание этой парочки никогда не приводило Ника в доброе расположение духа. Но этот вечер оказался вполне сносным. Спасибо Дарси.

– Ты тоже был неплох, – ответила она. – Если вдруг твой автомобильный бизнес пойдет ко дну, сможешь сделать карьеру на Бродвее.

Она улыбнулась, но как-то грустно.

– Что-то не так, Дарси?

Она возилась с шарфом, завязанным узлом под подбородком.

– У тебя чудесная семья, Ник. Я рада познакомиться с ними.

– И они с тобой тоже, – осторожно ответил он.

– И мне не понравилось, что пришлось лгать им. Даже если большая часть этой лжи состояла из недоговорок.

Он кивнул:

– Большая часть.

Слова Дарси в конце ужина: «Я… девушка Ника».

Когда Петрос услышал это, на его лице отразилось не только удивление, но и радость, и надежда. Именно выражение надежды больше всего беспокоило Ника.