Месть моя сладка - Крис Манби

— Ну, будет тебе, Эли, успокойся, — приговаривала Эмма, промокая мои глаза туалетной бумагой, хотя я и не думала плакать. — Одно твое слово, и нашего духа в этом доме больше не будет. Даже представить не могу, о чем думал этот придурок Марвин, пригласив сюда его!

— Так это действительно Дэвид? — тупо спросила я. Почему-то полной уверенности у меня не было. Эмма в такой спешке утащила меня из гостиной, что у меня до сих пор голова кружилась.

— Собственной персоной, — ответила моя подруга с кривой усмешкой. — Вот мерзавец! Да останься в нем хоть капля порядочности, он бы на порог этой квартиры не ступил.

— Может, он не знал, что здесь буду я? — предположила я.

— Держи карман шире! — отрезала Эмма. — Уж ему-то отлично известно, что без нас с тобой ни одна вечеринка у Марвина не обходится. Кто ему всю посуду перемоет? Где он еще таких дурочек найдет? Мы у него вместо рабынь.

В этом была толика правды.

— Сейчас пойду и выложу Марвину все, что о нем думаю, — пообещала она. — Он это нарочно подстроил, козел блудливый! А ведь как я его утешала, когда его Марко бросил! (Марко был последней пассией Марвина — они где-то на отдыхе познакомились.)

— Послушай, Эмма… — сказала я, пытаясь унять свою не в меру разбушевавшуюся приятельницу. — А вдруг Map-вин мне добра желал? Может, он надеялся, что мы с Дэвидом помиримся? Мужчины ведь в любви ничего не смыслят, да и чувств наших не понимают.

— Вот как раз Марвин все прекрасно понимает! — с горячностью возразила Эмма. — Педик чертов! Пойду прикончу паразита!

— Эмма! — Я крепко прижала ее к груди, не давая вырваться. — Прошу тебя, не устраивай сцену. Хотя бы ради меня. Остынь.

— Сцену?! — завопила Эмма, тщетно пытаясь высвободиться. — Да я им целый спектакль закачу! Пусть знают наших!

— Но ведь они, возможно, именно этого и добиваются, — сказала я, решив сменить тактику. — Предположим на секунду, что Марвин и правда такой мерзавец, что хочет меня унизить. Тогда он будет торжествовать. Если же мы выйдем отсюда как ни в чем не бывало и прикинемся, что рады-радешеньки встрече с Дэвидом, то Марвин останется с носом.

— Эли, ты кое-чего не понимаешь! — провизжала Эмма, пытаясь вырваться.

— Нет, это ты не понимаешь, — жестко отрезала я. — Между прочим, Дэвид — мой бывший жених, а не твой. Так что мне решать, как себя с ним вести.

Для вида она еще немного побрыкалась, но теперь мне уже не составило труда с ней справиться.

— Какое унижение! — сказала она, качая головой. — Негодяй просто не понимает, как это больно!

— Эмма! — Я не выдержала и повысила голос. — Кого из нас бросил Дэвид? Тебя или меня? — Эмма посмотрела на меня, и я готова была поклясться, что в глазах ее блеснули слезы. — Меня, верно? И я, как ты помнишь, перенесла этот удар достаточно стойко. Так вот, предлагаю выйти отсюда с высоко поднятыми головами и посмотреть, может, эта сволочь поперхнется марвинскими спагетти?

Губы Эммы растянулись в подобии улыбки.

— Ты права, — сказала она, кивая. — А если не подавится, я сама его задушу!

— Ну как, все в порядке? — простодушно осведомился Марвин, когда мы с гордым видом вплыли в гостиную.

— Да, спасибо, — ответила я, старательно делая вид, что ничего не случилось. — Эмме соринка в глаз попала.

Я уселась на прежнее место и тут же с ужасом заметила, что изменник Дэвид устроился напротив меня. Перехватив мой взгляд, он неуверенно улыбнулся.

— О, привет, Дэвид! — пролепетала я. — Давненько не виделись.

— Как твой аппендикс поживает? — брякнул он.

— Понятия не имею, — чистосердечно ответила я. — Мне ведь его вырезали.