Такая разная любовь - Вера и Марина Воробей

– Точно.

«Пьян он был! Но тебе, папочка, этого знать вовсе не обязательно, потому что Егор мне все объяснил: у него в то время был кризис, вот как сейчас у меня! И вообще Егор много дурил тогда, но все это в прошлом». Ира была уверена, что вчера он был с ней искренен. И эта его открытая ранимость, честно нужно признаться, сильно ее потрясла.

– А почему он тебе звонит? – пристала мама. – С какой это радости?

– Мам, человек один раз позвонил, – Ира продемонстрировала один указательный палец, – а ты из этого множественное число сделала.

– Не увиливай! – назидательно заметил отец. – Вот напишу Илье, что у тебя ухажер появился!..

Он пошутил, конечно же пошутил, но шутка оказалась неудачной. Ира вскочила, мама испуганно взмолилась:

– Гриша!

Дальше Ира не слушала.

– Мне пора! – крикнула она родителям, схватила сумку с учебниками и выбежала за дверь.

Папа, судя по всему, ничего не подозревал о ее сложностях с Ильей: мама не посчитала нужным проинформировать. Может, понадеялась, что обойдется. Не обошлось!

Однако, поразмышляв по пути в школу, Ира решила предупредить родителей, что Егор ей будет звонить и впредь, если, конечно, захочет. По крайней мере, до тех пор, пока он в больнице. Ира даже решила взять над Егором шефство, чтобы ему было не так одиноко.

Именно об этом она и сообщила ему, положив на горку фруктов в вазе небольшую связку желтых спелых бананов.

– Я подумываю взять над тобой шефство. Ты как, не возражаешь? – уточнила Ира. Все-таки нужно было получить формальное разрешение. Это же Тарасов, а не кто-нибудь.

– Всю жизнь об этом мечтал, – усмехнулся Егор. – А в чем оно, кроме бананов, будет выражаться? Кстати, угощайся. Все мытое.

Ира выбрала банан.

– Это от излишества воспитания? – намекнул Егор на ее выбор.

– Чепуха, просто бананы люблю. А куда подевалась Лариса?

– Какая еще Лариса? – изумленно приподнял брови Егор.

– Медсестра, блондинка, – пояснила Ира.

– Кажется, уволилась. Так что там насчет твоего шефства? – вернулся Егор к тому, с чего они начали. – Мне это не послышалось?

– Ну… – Ира задумчиво откусила мякоть, пожевала. – Я могу приносить тебе книги из библиотеки, рассказывать новости, ты можешь меня о чем-нибудь попросить.

– О чем попросить? – мгновенно отреагировал Егор.

– Откуда я знаю? Может, тебе в институте учебники или лекции нужны, чтобы не отстать. Я могу съездить за ними. А еще мы можем о чем-нибудь разговаривать.

– Например?

Ира захлопала подкрашенными ресницами. А действительно, что у них общего?.. Но ведь болтали же они с Ильей часами, даже когда были едва знакомы, найдут и с Егором что обсудить, было бы желание. А по горящим уголькам в глазах Егора точно видно, что у него это желание есть, просто он подшучивает над ней по привычке. Замечательно, отметила про себя Ира, доедая банан. Положительные эмоции повышают шансы на успешное выздоровление – это и без специального медицинского образования ясно.

– Например, ты обещал мне рассказать, что с тобой будут проделывать врачи на какой-то там трапеции, – вовремя вспомнила она его позавчерашний звонок.

Губы Егора растянулись в улыбке.

– Так и знал, что ты из-за этого пришла. Женщин, – неодобрительно заметил он, – только любопытство к мужчинам и подталкивает.

– Попрошу не обобщать. – Ира уселась поудобнее на стуле. – Говори, Тарасов, по существу, я слушаю.

Вскоре Ира узнала такие интересные вещи, что голова кругом пошла. Оказывается, в коробках, сложенных в углу, находится портативное физиотерапевтическое оборудование, и со следующей недели эта комната превратится в спортзал. А с помощью этой самой трапеции и специальных блоков, смонтированных над кроватью, Егор сможет переносить вес своего тела и уменьшать давление в любой точке своего организма. То есть он сможет двигаться, пусть пока только в кровати, но все же двигаться, как все люди, приподниматься, а позже и сидеть!..

– В общем, я смогу начать заниматься физическими упражнениями, что улучшит кровообращение, укрепит мышцы и позвоночник. Кроме того, мне будут делать массаж ног, – закончил свой рассказ Егор и попытался почесать шрам на виске, но Ира удержала его руку:

– Не трогай, инфекцию занесешь.

– Он чешется иногда, – пояснил Егор, непроизвольно сплетая с ней пальцы.

– Значит, заживает, – ответила Ира, освобождая из мягкого плена свою руку.

– Теперь твоя очередь поделиться новостями, – непринужденно предложил он, но по его взгляду Ира поняла, что ее реакция не осталась незамеченной.

Новости?! Ира стала лихорадочно вспоминать новости. В голову лезла всякая ерунда…

– Как в школе? Новый год собираются отмечать? – подсказал Егор.

– Решили организовать костюмированный бал для старшеклассников, – сообщила Ира. Она не хотела затрагивать эту тему, все-таки Егор проведет праздник в больнице, да и у нее было совершенно непраздничное настроение, но раз уж так получилось… – Нам поручили оформить актовый зал, где будет дискотека. Все держат в тайне свои костюмы, надеются главный приз получить, один только Борька Шустов растрезвонил, что будет гусаром.

– Да, Шустов у вас примечательная личность. А ты какой костюм придумала?

– Никакой. Не хочу идти, – призналась Ира.

– Почему? – удивился Егор.

– Нет настроения.

– Настроение нужно уметь создавать, – напомнил Егор известную аксиому и как-то непонятно на нее посмотрел. – Ир, а Илья тебе часто звонит?

– Да, – встрепенулась Ира и зачем-то принялась защищать Илью перед Егором. – И пишет часто. А вчера он прислал мне бандероль с кассетой по искусству и письмо. Представляешь, некоторые из его знакомых считают, что мы здесь от холодов носками из норки спасаемся.

Егор рассмеялся так заразительно, что Ира невольно присоединилась к нему.

– Нет, что? Серьезно? – спросил он сквозь смех.

Она закивала.

– Вот уроды эти итальяшки! Все еще думают, что у нас по столице медведи разгуливают. А у нас в центре «бентли» чаще встретишь, чем у них.

– А что такое «бентли»? – Ира столкнулась с незнакомым словом и решила восполнить пробел в образовании.

– Тачка такая крутая, скорость двести девяносто километров в час, прибамбасы всякие, ну и внутри будь здоров, все на уровне: столик для сигар, бар. – В голосе Егора пропали шутливые нотки, а лицо посерьезнело. – Я ведь в тот вечер был трезв как стеклышко. Ехал себе и ехал с положенной скоростью, непристегнутый, правда, и тут из-за поворота выскочил джип, которому «все можно». Я вдарил по тормозам, чтобы в него не влететь. Дорога оказалась скользкой. Мои «Жигули» тут же занесло, ударило о бортик и выкинуло на встречную полосу. Как я там кувыркался на этой окружной, трудно вспомнить. А потом спиной так врезался, что сознание отключилось. Но знаешь, прежде чем я его потерял, передо мной пронеслась вся моя жизнь. – Егор болезненно скривился и отвернулся к стене. – Почему-то больше вспоминалось плохое. И так стало обидно умирать в восемнадцать лет с таким списком прегрешений…