Лейн.Тайна нашей ночи - Сорейя Лейн

Бен кивнул и откинулся на спинку стула. Бекки тут же почувствовала себя свободнее. Она знала, что он искренне интересуется ее родителями.

– У брата и его жены уже есть дети, они ждут еще одного. Встретил однажды хорошую девушку на работе, и с тех пор они счастливы. Но у них уже есть близнецы, так что Лекси постоянно с ними соперничает и не отстает в шалостях.

– А как насчет тебя? – спросил Бен, вновь наклоняясь к ней. – Правда ли у тебя все хорошо? То есть… я знаю, ты любишь дочь, но тебе, должно быть, тяжело воспитывать ее одной. Тебе и так хватило неприятностей после моего отъезда, а ведь ребенок – огромная ответственность.

Ребекка почувствовала, что вот-вот расплачется, но с привычной ловкостью заставила себя не раскисать. Бекки хотелось рассказать Бену все, полностью открыться. Но она была реалисткой и знала, что у ее истории не будет счастливого конца и красивого дома с белым забором, как в фильмах.

– Что ж, врать не буду, было тяжело, – призналась Бекки. – Но если уж начистоту, я люблю мою девочку, и я люблю ресторан, так что все хорошо. Может, год назад, когда я отчаянно страдала от бессонных ночей, я бы тебе ответила иначе, но сейчас все наладилось.

Она понимала, что он хочет узнать у нее кое-что другое: был ли в ее жизни мужчина, или она была всегда одна.

– А отец Лекси? Он так и не помогал тебе? Вообще не принимал участия в воспитании дочери?

Ребекка вновь потянулась к бокалу. Она не была готова к этой беседе прямо сейчас. Одно дело – ничего не говорить Бену, и совсем другое – лгать. Если бы только она могла найти правильные слова, чтобы ему рассказать…

– А ты? – ушла от ответа Бекки, призывая на помощь всю свою волю. – Ты уверен, что сейчас какая-нибудь роскошная аргентинка не пакует чемоданы, чтобы приехать сюда и наслаждаться жизнью в Австралии с тобой?

Подошел официант, и Ребекка благодарно улыбнулась ему, радуясь, что он прервал их беседу.

– Да ты что, ты же первая, кого я увидел после возвращения, ну разве что после Гаса. – Бен принялся за еду. – Я понимаю, что потерял много времени, и теперь намереваюсь провести каждую свободную минуту с ним. – Бен кашлянул, поднял глаза и улыбнулся. – У меня нет девушки. Иначе зачем я тебя поцеловал?

Ребекка чуть не задохнулась.

– А, понятно… – пробормотала она, не в силах найти слова. – Наверное, и впрямь ты прав.

– Так, значит, мы оба не имеем спутников жизни.

– Снова в точку. – Бекки внезапно почувствовала себя увереннее и немного успокоилась. – Так что насчет Гаса? – мягко спросила она, глядя в тарелку и нарезая рыбу. – Какой диагноз ставят врачи?

Искорка смеха в глазах Бена погасла, он принялся крутить в пальцах вилку.

– Может, шесть месяцев, а может, и больше, но они бессильны. Он молчал о болезни, но, когда сказал мне, я знал, что дело серьезно и дни его наверняка сочтены.

– Он был для нас целым миром, так ведь? – сказала Ребекка с улыбкой, зная, что Бену наверняка ужасно больно осознавать горькую правду. – Думаю, без него мы бы выросли другими.

Бен улыбнулся в ответ, пристально глядя ей в глаза, так что она не могла отвести взгляд. Бекки понимала, что он чувствует то же самое, – ведь его дед был единственным надежным в его жизни, он один беззаветно любил его с самого момента рождения.

– Я собираюсь быть с ним рядом каждую свободную минуту, чтобы он знал, как важен для меня.

– Правильно.

Бекки смотрела на залив, не забывая о еде. За окном была бархатная мельбурнская ночь, вода поблескивала в рассеянном свете фонарей, и можно было вообразить себе, что находишься где-нибудь далеко.

Бен заговорил:

– Ребекка, когда я уехал…

– Не говори ничего, – мягко прервала его она. – Не стоит об этом сейчас. Мы уже все обсудили.

Бен покачал головой, взял Бекки за руку и пожал, пальцы его были нежными, теплыми, и мурашки побежали по ее рукам. Она посмотрела в его темные глаза.

– Не хочу, чтобы ты думала, что мне было все равно, – прямо сказал Бен. – То, что произошло между нами, складывалось много лет, и мы сдерживали свои чувства, а если бы мне не нужно было улетать, может, ничего бы не случилось. Мы бы никогда не пересекли ту грань.

– Да, – согласилась Бекки. – Как только стало ясно, что ты уезжаешь, мы отбросили условности.

Бен погладил ее по лицу, так нежно, что она невольно вздохнула.

– Я так давно хотел тебя, Бекки. Ты и не представляешь, как мне было тяжело оставаться лишь другом для тебя. Но я не хотел потерять тебя, поэтому я не настаивал.

Она рассмеялась, качая головой:

– О, я понимаю.

Бен приподнял бровь, и она засмеялась еще громче.

– Так какого черта мы решили, что нужно оставаться друзьями и нельзя делать отношения более близкими?

Ребекка пожала плечами:

– Полагаю, это было неписаное правило, никто из нас не хотел разрушать то, что было. Я вела себя так же, как и ты.

– Плевать я хотел на такие правила, – произнес Бен уже спокойно, но теперь в его словах читался еще больший вызов. – Если захочешь, чтобы наши отношения изменились, просто скажи мне, хорошо?

Бекки кашлянула:

– Я не хочу усложнять свою жизнь, Бен, потому до сих пор и не встречалась ни с кем.

Это, однако, было неправдой: просто никто и близко не мог сравниться с Беном, и к тому же Ребекка не хотела знакомить Лекси с посторонним мужчиной.

– Может, будем двигаться потихоньку и не станем навешивать ярлыки на наши отношения? – спросил он. – Мы друзья, ничто не изменит этого, но, если ты захочешь большего, что плохого?

Ребекка уже было приготовилась ответить ему, но тут зазвонил ее телефон, и от пронзительной трели она подпрыгнула на стуле.

– Боже! – выдохнула она, беря трубку в руки и убавляя звук.

Бен взял вилку и вновь спокойно принялся за еду, будто они обменивались мнениями о местной кухне, а не разговаривали о своих отношениях.

– Звонок из дома, – сказала Бекки, посмотрев на экран. – Прошу прощения, мне нужно ответить.

Закрыв рот рукой, Бекки тихо произнесла в трубку:

– Привет, мама. Не говори ничего, я сама угадаю – она просит принести мороженое в постель? – Она рассмеялась, но тут же умолкла, и улыбка сползла с ее лица, когда в трубке послышались рыдания.

– Бекки, о-о… я… – плакала ее мама. – Мы в больнице.

Ребекка похолодела. В больнице? Она попыталась успокоить маму:

– Давай по порядку. Что случилось?

Бен бросил вилку и с тревогой посмотрел на Бекки. Она слегка покачала головой и потянулась к кошельку.

– Я думала, что она просто простудилась, но потом температура подскочила. А через час после того, как мы ее уложили, она стала какая-то вялая, и на градуснике сработал сигнал тревоги, и… – Снова послышались рыдания. – Прости, Бекки, мне так жаль тебя беспокоить, ты в кои-то веки выбралась отдохнуть.