Прислушайся к сердцу - Триша Дэвид

Ночью Брайони долго не могла уснуть. Она лежала в просторной постели и чувствовала себя одинокой.

Это потому, что нет Гарри, успокаивала она себя. Но в глубине души знала, что это не так. Одиночество — не ее стиль.

Она познакомилась с Роджером на своем первом танцевальном вечере в школе. Роджер два раза протанцевал с десятилетней Брайони и объявил, что она та девочка, на которой он женится.

С интеллигентным, внимательным, симпатичным Роджером Харпером, у Брайони никогда не возникало потребности спорить. Им не о чем было спорить. Брайони встречалась с другими мужчинами — Роджер не возражал. Основательный и надежный, он оставался на заднем плане, строя свою адвокатскую карьеру. И она, пережив несколько любовных приключений, вернулась к нему.

Роджер.

Все годы ее отсутствия он оставался ей верен. Потом пришло письмо от Мирны. Она сообщала, что у нее родились близнецы и ее дизайнерский бизнес рухнет, если Брайони не возьмет его в свои руки. В Нью-Йорке стояла холодная зима. Ее агентство не обещало ничего нового и захватывающего. Клиенты хотели черное, белое и хром. Один вид этих элементов дизайна вызывал у Брайони отвращение.

Два дня спустя, после получения письма Мирны, появился Роджер и заявил, что он ждал долгие годы, а теперь пришло время обручиться по всем правилам. Первый раз Роджер что-то просил у нее, и она не смогла отказать.

Роджер…

Брайони попыталась вызвать его образ. Но перед мысленным взглядом возникали только итальянские костюмы, которыми он так чертовски гордился. И она тоже. Ей нравились итальянские костюмы. «Купи костюм и повесь у себя в шкафу», — откомментировала Мирна. Брайони печально улыбнулась. Может быть, Мирна и права.

Брайони решительно нажала на кнопку лампы над кроватью, прошла к комоду и нашла свою, одну-единственную, фланелевую пижаму.

Она всегда спала голой на атласных простынях, ей нравилось ощущать телом прохладную гладкую ткань. Брайони купила пижаму два года назад, когда ездила в гости к друзьям на Аляску. В розовой фланели она чувствовала себя такой же сексуальной, как холодная грелка. А сейчас она должна заставить себя выглядеть именно так!

Она посмотрела на фотографию, стоявшую на комоде. Из серебряной рамы ей самодовольно улыбался Роджер. Похоже, он улыбался ее фланелевой пижаме. А носит ли Роджер итальянские фланелевые пижамы? Может быть, и носит.

А Джек?

Судя по всему, Джек вообще не носит пижамы. Очень печально!

Роджер по-прежнему самодовольно улыбался. Почему она до сих пор не замечала в его улыбке это самодовольство?

Брайони показала своему жениху язык, и повернула снимок лицом к стене.

— Так и будешь стоять, пока я не приведу в порядок свои мысли, — с вызовом заявила она. — По-моему, я попала в беду.

В четырех милях от нее в такую же беду попал Джек Морган. Сон не приходил. Наконец он сбросил простыню и натянул джинсы. Брайони была права насчет пижамы — Джек Морган не носил их.

Он открыл затянутую сеткой дверь, и две тени выступили из темноты и присоединились к нему.

Гарри и Джессика.

— Ладно, ребята. Я хотел побыть один, но если вы обещаете не болтать…

Они пообещали. Босые ноги холодила мокрая трава, голую грудь обвевал ветерок. Джек был рад прохладе — следовало немного остудиться. Собаки шли рядом. Джессика подняла голову и озабоченно смотрела на хозяина.

— Все в порядке! — обратился к ней Джек.

Но тревога в больших карих глазах не проходила. Джек ласково почесал у собаки за ушами. Гарри подошел к Джессике, и лизнул ее в нос. Джесс в ответ лизнула Гарри, а потом руку Джека. Собаки стали неразлучными. Какая нелепость!

— Джесс, девочка, этот парень тебе не подходит, — строго предупредил ее Джек.

Он сел на мокрую траву, потом лег на спину. Обе собаки смотрели на него с явным недоумением.

— Она бы тоже так сделала, — объяснил им Джек. — Мне жарко, и я ложусь на мокрую траву. Так бы сделала и Брайони. Много ты знаешь женщин, которые, измазав одежду в коровьем навозе, попросили бы облить их из шланга водой? На людях?