Женская логика - Мэрил Хенкс

– Бренда и Кевин не приехали?

Услышав в ее голосе отчаяние, Джефф усмехнулся.

– Вынужден тебя разочаровать: тебе придется довольствоваться моим обществом. Однако я постараюсь, чтобы ты не заскучала.

По мнению Лиз, последние слова больше походили не на обещание, а на угрозу. Играя роль гостеприимного хозяина, Джефф подошел к столику с напитками.

– Что будешь пить?

– Сухой шерри, если можно.

Джефф усмехнулся.

– Не понимаю, что тебя рассмешило! Я люблю сухой шерри.

– Помнится, раньше ты предпочитала коктейли, что-нибудь не слишком крепкое, но экзотическое.

Ну нет, он не смутит меня своими насмешками!

– Ну и что? С тех пор мои вкусы изменились. Конечно, если у тебя нет сухого шерри, то я…

– Не волнуйся, я могу дать тебе все, что ты пожелаешь.

Лиз притворилась, что не замечает насмешливых огоньков в его глазах, и озабоченно спросила:

– Никто не звонил?

Джефф не спешил с ответом. Он налил шерри в две рюмки, протянул одну Лиз и только потом сказал:

– Нет, что очень не похоже на Бренду. Она редко является куда бы то ни было вовремя, но обычно звонит и предупреждает о задержке. Если Бренда передумала и решила не приезжать до завтра, то странно, что она не позвонила.

– А ты не можешь сам ей позвонить?

– Пытался. Перед тем, как пойти принимать душ, я звонил в отель, где она остановилась, но ее номер не отвечает. По словам портье, ей позвонил какой-то мужчина и после этого она ушла. – Помолчав, он сухо добавил: – Я мог бы встревожиться, если бы не знал, как она ценит комфорт и обеспеченную жизнь.

– А сейчас ты не беспокоишься?

Джефф отрицательно покачал головой.

– Нет. За деньги можно купить почти все, в том числе и верность женщины. – Его четко вылепленные губы искривились в улыбке. – Сейчас ты возразишь, что нельзя купить любовь, но, если ты обратила внимание, я сказал «почти все». Я не питаю иллюзий относительно чувств Бренды, мне и не надо, чтобы она меня любила. Как я уже говорил, мне нужна жена красивая, страстная в постели, хорошо воспитанная, интересный собеседник, мать моих детей. Бренда готова соответствовать всем этим требованиям в обмен на роскошь, которой я могу ее окружить. – По-видимому, лицо Лиз выдало ее мысли, потому что Джефф, прищурившись, спросил: – Кажется, у тебя есть на этот счет серьезные сомнения?

Лиз так и подмывало рассказать Джеффу, что говорила насчет детей его невеста, но она сдержалась.

– Это не мое дело. Для меня главное, чтобы мисс Скотт понравилось ожерелье.

– Обязательно понравится, можешь не волноваться.

В дверях, выходящих на террасу, появилась молоденькая горничная и доложила, что ужин готов.

– Спасибо, Анна, мы сейчас идем… Да, кстати, проследи, чтобы двери в гостиную и в столовую были открыты.

Девушка сделала книксен и ушла. Джефф подошел к Лиз, взял у нее из рук рюмку и, прежде чем она успела догадаться о его намерениях, наклонился и легко, будто это не стоило ему никаких усилий, поднял ее на руки.

– Я не сомневаюсь, что в конце концов ты бы сумела доковылять самостоятельно, но мы ведь не хотим, чтобы ужин остыл, правда?

Сердце Лиз пропустило один удар, а потом забилось так часто, что стало трудно дышать. Сила рук и близость мускулистого тела Джеффа подействовали на нее так, что она не смогла ответить, даже пытаться не стала. Когда Джефф нес ее через холл, им навстречу попался Хортон. На какое-то мгновение на лице пожилого дворецкого отразилось изумление, затем оно вновь стало непроницаемым.

– Мисс Коув подвернула ногу, – остановившись, спокойно пояснил Джефф.

Насмешливые нотки, проскользнувшие в его голосе, смутили Лиз еще больше. Она бросила быстрый взгляд на лицо своего мучителя: так и есть, он забавляется и вполне доволен собой. Густо покраснев, она сердито стиснула зубы.

– Вот как, сэр? – Хортон покачал головой. – Весьма печально.

Джефф внес Лиз в столовую, освещаемую только свечами, и осторожно поставил на ноги. Одной рукой придерживая ее за плечи, другой отодвинул от стола стул.

– Спасибо, – чопорно поблагодарила она.

– Всегда рад помочь.

Джефф улыбнулся, и, растаяв от его улыбки, Лиз забыла об осторожности и села так неловко, что потревожила ушибленное бедро. Она невольно поморщилась от боли.

– В чем дело?

– Случайно задела синяк.

– Я вижу, у тебя и на руках синяки. Это результат инцидента в аэропорту?

– Да.

Когда она села поудобнее, Джефф занял свое место во главе длинного стола, за которым могли бы свободно разместиться человек двадцать. В центре стола стояла ваза с цветами, по обеим сторонам от нее – старинные серебряные подсвечники с тремя свечами в каждом. Ужин, поданный на тарелках тончайшего фарфора, был великолепен, но Лиз не смогла насладиться угощением в полной мере. У нее вдруг совсем пропал аппетит, хотя днем она съела лишь один сандвич. Чувствуя, что Джефф наблюдает за ней как ястреб, она поднесла к губам бокал с белым вином, отпила совсем немного, потом попыталась сделать вид, что ест. Но обмануть Джеффа не удалось.

– Все еще переживаешь из-за Сандерса? – спросил он.

Лиз посмотрела ему в глаза одновременно с отчаянием и с вызовом.

– Как же мне не волноваться? А вдруг с ним что-то случилось?

– Но он, похоже, совсем за тебя не беспокоится. И это при том, что ты делаешь за него всю грязную работу…

Лиз с громким звоном уронила вилку. Джефф пожал плечами.

– Ладно, если тебе не нравится, могу выразиться по-другому. Хотя ты приняла на себя всю ответственность, он даже не позвонил, не поинтересовался, все ли с тобой в порядке.

– Как раз поэтому я и думаю, что с ним что-то случилось. Может, он попал в автокатастрофу, лежит где-нибудь на дороге, истекая кровью.

– Возможно, но маловероятно, – бросил он небрежно. – Я думаю, что из вас двоих серьезно пострадала именно ты, не на него же напали в аэропорту.

– Меня больше беспокоила сохранность ожерелья, – искренне сказала Лиз.

В столовую вошел дворецкий и деликатно покашлял, привлекая к себе внимание. Джефф повернулся к нему.

– В чем дело, Хортон?

– Простите, что помешал, сэр, но вам звонят. Джентльмен, который забыл представиться, уверяет, что дело срочное.

По оскорбленному виду дворецкого Джефф заключил, что в действительности абонент не «забыл», а отказался представиться. Он бросил салфетку на стол и встал.

– Извини, Элизабет, я вынужден ненадолго тебя покинуть.

Он вышел из комнаты вслед за дворецким, и Лиз проводила его взглядом, в котором смешались тревога и надежда.