Поймать ночь - Шеррилин Кеньон

Табита повесила трубку, чувствуя себя немного странно после разговора. Еще больше настораживало предвидение Аманды о ее самочувствии. Это начинало вызывать сильное беспокойство, особенно учитывая ее собственное тревожное предчувствие.

Три года назад, когда Десидериус пытался убить Аманду и Кириана, она чуть дважды не погибла. С тех пор ни один даймон не мог добраться до нее. Главным образом потому, что она отточила своё мастерство и стала более наблюдательной.

Кроме тех, встреченных прошлой ночью…

С ними было тяжело справиться, и некоторым все равно удалось улизнуть. Конечно же, они не вернутся. Большинство даймонов быстро покидали территорию, как только сталкивались с ней, или с одним из Темных Охотников. Храбрость им была неизвестна, поскольку они были молоды, и главной задачей для них было выжить. Только немногие осмеливались столкнуться лицом к лицу с армией Артемиды, состоящей из воинов, за плечами которых сотни, а то и тысячи лет боевого опыта в сражениях против них.

Только такие, как Десидериус, бывший полубогом, обладали силой и глупостью, чтобы бороться с Темными Охотниками.

Нет, вчерашние даймоны, ушли и с ней все будет хорошо. Аманда, должно быть, съела тухлого цыпленка или еще что-нибудь.

Она повернулась к Валериусу, который уже доедал свою еду.

- В чем твоя сила? - спросила она.

Было видно, что вопрос его озадачил.

- Прошу прощения?

- Твои силы Темного Охотника. Есть предчувствие или предвидение?

- Нет, - ответил он, делая глоток вина. - Как и большинство римских Темных Охотников, я смирился. Прошу прощение за грубость, но меня просто «кинули» в этом плане.

Табита нахмурилась.

- Что ты имеешь в виду?

Сделав глубокий вдох, он ответил:

- Артемиду очень задевал тот факт, что в Риме она не была главным божеством. Обычно ее почитали низшие классы, рабы и женщины. Затаив злобу, она выместила ее, создавая нас. Я сильнее и быстрее, чем человек, но у меня нет никаких сверхъестественных экстрасенсорных способностей, в отличие от остальных Темных Охотников.

- Тогда, как ты ухитряешься бороться с даймонами?

Он пожал плечами.

- Точно так же, как и ты. Я сражаюсь более искусно, нежели они.

Да уж, возможно, но из этих сражений она часто выходила окровавленной. Оставалось только догадываться, как часто он оказывался в таком же состоянии. Тяжело бороться с даймонами, будучи человеком.

- Но это же несправедливо! - сказала Табита, сердитая из-за него на Артемиду, создавшую такое неравенство среди Темных Охотников. Как могла богиня ослаблять их, зная, чему они противостоят?

Черт, Сими была права. Артемида - сука.

Валериус нахмурился, услышав в голосе Табиты гнев. Он не привык, чтобы кто-то принимал его сторону, во всех смыслах. Ни человек, ни Темный Охотник. Казалось, что над ним висит злой рок, при любом вопросе всегда оставаться в проигрыше, независимо от того, был ли он прав или нет.

- Мало что справедливо в этом мире.

Сделав последний глоток вина, он поднялся и в знак благодарности склонил голову.

- Благодарю за еду.

- В любое время, Вал.

Он застыл от прозвучавшей презренной клички. Его брат Маркус и отец - единственные, кто называл его так и только затем, чтобы подразнить или унизить.

- Мое имя Валериус.

Табита бросила на него холодный взгляд.

- Я не могу называть тебя Валериусом. Фу-у. Это звучит, как какой-то разбитый итальянский автомобиль. И каждый раз, как я слышу это имя, возникает огромное желание разделить его на Во-лар-рей. Ой, ой, ой, и тогда я начинаю думать о фильме «Голливудские рыцари» и поверь мне, ты не захочешь, чтобы я зашла дальше. Поэтому, чтобы сохранить мою психику от этой заезженной пластинки в моей голове и образа сумасшедшего, бегающего вокруг школьного спортзала и делающего отвратительные вещи, ты будешь или Валом или малышом.

Его взгляд потемнел.

- Мое имя Валериус, и на Вала отвечать не собираюсь.

Она пожала плечами.

- Отлично, малыш, это твой выбор.

Он уже было открыл рот, но понял, что спорить бессмысленно. Табита отлично знала, что нужно сделать, чтобы получить желаемое. На все доводы ей было глубоко плевать.

- Очень хорошо, - неохотно сказал он. - Придется смириться с Валом. Но только от тебя.

Она улыбнулась.

- Видишь, это же совсем безболезненно. Кстати, почему ты так ненавидишь это имя?

- Оно грубое.

Она закатила глаза.

- Ты наверно очень веселый в постели, - с сарказмом сказала она.

Валериус замер от ее слов.

- Не понял, что?

- Просто любопытно, как это, заниматься любовью с мужчиной, который стремится быть таким строгим. Не-а. Не могу представить, чтобы кто-то весь такой царственный снизошел до этого и замарался.

- Уверяю тебя, относительно этого на меня никогда не жаловались.

- Правда? Ты, должно быть, спал с настолько холодными женщинами, что при желании, мог морозить на них кубики льда.

Он развернулся, чтобы выйти из комнаты.

- Мы не будем это обсуждать.

Не давая ему передохнуть, Табита последовала за ним к лестнице.

- В Риме тебе нравилось делать это? Я имею в виду, из всего прочитанного мною ясно, что вы, ребята, предавались групповому сексу.