После грозы - Фрэнни Тэлбот

Время тянулось ужасно медленно. Чтобы скоротать его, Элен начала было следить за фонариком Пирса, но вскоре ей это наскучило. Тем более что ее мучил один вопрос — ее отношения с Пирсом. Когда сегодня с утра в церкви он притянул ее к себе и поцеловал, окружающий мир перестал для нее существовать.

Все потеряло значение — внезапная амнезия, подстерегающие ее на каждом шагу опасности, беспокойство из-за невыполненной работы. Для нее в эти непередаваемо сладостные минуты существовал только он… Пирс.

Как-то они говорили с мамой о любви.

— Вы, ты и папа, так друг друга любите! — помнится, сказала Элен. — Когда я стану большой, смогу ли я так полюбить?

Ее мать улыбнулась.

— Конечно, сможешь! К тебе придет настоящая любовь, ты найдешь своего избранника, того единственного, которому посвятишь всю свою жизнь. — А еще мама сказала Элен: — Не торопись с выбором, ибо любовь создана для наслаждения, а не для страданий.

Так кто же для нее Пирс? Элен к нему влечет. Но кем он станет для нее — источником наслаждений или страданий? Он словно мечта, внезапно ставшая реальностью. Он живет, повинуясь своим правилам игры, не теряется перед лицом опасности.

Но любит ли она его? И сможет ли полюбить?

Кто знает… Он для нее загадка…

Взгляд Элен упал на наручники. Не так давно другой мужчина тоже надел на нее наручники. И хотел убить.

Сейчас совсем другое дело. Пирс ей не враг. Но обращается с ней, как с преступницей! Разве такое мыслимо?

— Ты не слишком торопился, — сказала Элен, когда Пирс, по-прежнему держа в руке включенный фонарь, подошел к ней.

Он заметил, что одеяло так и осталось лежать на соседнем сиденье, хотя ночь выдалась холодная. От его внимания не укрылись и гневные искры, сверкавшие в ее глазах.

Пирс невольно зажмурился. Ее улыбка, тепло ее кожи навсегда отпечатались у него в памяти. А теперь эти искрящиеся глаза…

Снова его относит куда-то в сторону! Эта женщина сводит его с ума!

— Идем! В доме пусто.

Сняв с Элен наручники, Пирс подхватил одеяло и повел ее в дом.

Жилище оказалось более чем скромным: три комнаты, крохотная ванная, ручной насос, огромный бак, топившийся углями для нагрева воды. Ни тебе электричества, ни телефона!

Опустившись на колени перед очагом, Пирс чиркнул спичкой и развел огонь. Фокс расположился на старом коврике подле двери. Элен села на краешек хлипкого стула.

Когда огонь разгорелся, Пирс подошел к круглому деревянному столу и сел напротив Элен. Она отвернулась от него и стала смотреть на огонь.

— Что замолчала? — наконец спросил он. — Все еще сердишься?

— Да.

— Охота тебе об этом думать!

— А я и не думаю. — Фокс зевнул и подошел к ней. Она принялась чесать его за ухом. — Если тебе и впрямь интересно, я подумала, что сегодня церковный совет и прихожане обедают у миссис Поламбо. Она замечательно готовит и дом содержит в полном порядке, и это притом, что она слепая! Представляешь?

Пирс расплылся в улыбке.

— Замечательно!

— В каком смысле?

— У меня из головы не выходит компьютер твоего дяди. Ты подала мне отличную мысль, как к нему подобраться.

— Хочешь проникнуть в церковь, пока все на обеде? Это опасно! Кто-нибудь в церкви непременно останется.

— Ну и что? — усмехнулся Пирс. — Даже если и так, кому придет в голову заподозрить несчастного слепого и его собаку-поводыря? — Он похлопал Фокса по загривку: — А что скажешь, приятель? Сегодня у тебя будет еще одна возможность заработать себе на собачьи консервы!

— Согласна, но все же…

— Если меня спросят, я снова скажу, что пришел к преподобному Кенту. Но ты со мной не пойдешь. Если там окажется этот органист, он, возможно, вспомнит, что где-то нас видел.

— Ну не знаю… — Элен с сомнением покачала головой. — Ты, может, и сыграешь слепого, а вот Фокс за поводыря вряд ли сойдет, с его-то габаритами!

— Он еще тот актер, увидишь!

Фокс гавкнул.

— Вы оба просто сумасшедшие. А мне что предлагаешь в это время делать?

— Сидеть в машине у церкви, только подальше от фонарей, чтобы никто не увидел твоего лица. Если спросят, я скажу, что ты моя соседка и любезно согласилась меня подвезти. Должен же кто-то помочь слепому! Надо будет только тебя тоже слегка приукрасить, чтобы не узнали.

— Приукрасить или перекрасить? ~~ подозрительно спросила Элен.

— Не волнуйся. В нашем убежище все предусмотрено. Даже женские парики. Примерь! Посмотрим, какие волосы тебе пойдут — светлые или рыжие.

Не давая ей возможности возразить, Пирс прошел в соседнюю комнату, открыл шкаф и достал парик.

— Ну-ка, надень!

Элен подчинилась. Подошла к зеркалу, прошлась по накладным волосам расческой и повернулась к Пирсу.

— Что скажешь?

Он был потрясен. Рыжий цвет ей был не очень к лицу, но с этой невинной улыбкой и сияющими глазами Элен все равно смотрелась сногсшибательно. Сердце у него в груди бешено заколотилось, но он нашел в себе силы сдержаться.

— Сойдет! — небрежно бросил он. — Ладно, надо позвонить Кирку. Он обеспечит нас всем необходимым.

Спустя час они уже ехали в церковь. Элен помалкивала. Внутренний голос шептал ей, что близится катастрофа. С каждой минутой опасность становится все реальнее.

Но почему? Если рассуждать логически, то им вряд ли что-то грозит.

— Ты хорошо разбираешься в компьютерах? — спросила она у Пирса.

— Я, конечно, не хакер, но с бухгалтерской программой справлюсь.

— Что, если файлы защищены паролем?

— Как-нибудь взломаю, — пожал плечами Пирс. — Попробовать-то все равно стоит!

— Ты веришь в интуицию?

— Пожалуй, да. В моей работе нередко приходится полагаться на шестое чувство.

— Тогда послушайся моего шестого чувства и не ходи в церковь!