Любовь и поцелуи - Барбара Картленд

Он повел ее в дальний конец гостиной. Пейзаж так понравился девушке, что ей захотелось иметь его у себя.

Словно разгадав ее мысли, лорд Рочфилд спросил:

— Не могу решить, что лучше — подарить вам картину или бриллианты? Что бы вы предпочли?

Его небрежный тон был возмутителен, но Арилла сделала вид, что не принимает его слова всерьез.

— Вы, конечно, говорите гипотетически, но по правде, будь у меня выбор, я предпочла бы лошадей.

— Значит, вы получите лошадей! — твердо пообещал лорд Рочфилд.

Арилла тихо вскрикнула:

— Но я не имела в виду ничего конкретного. И уже объяснила, что говорила гипотетически. Естественно, милорд, я не могу принимать от вас подарки, каковы бы они ни были.

— Но почему нет? — осведомился лорд Рочфилд. — Вы приехали из деревни и потому очень наивны. Вряд ли в этой комнате найдется хотя бы одна дама, которая не принимала бы подарков, иногда очень дорогих, от поклонников, которые таким образом желают выразить им свою любовь.

Он говорил совершенно чистосердечно, и Арилла удивленно подняла глаза:

— Возможно, милорд, в сельской местности существуют несколько иные правила поведения, чем те, к которым привыкли вы. Я всегда считала, что леди не должна принимать подарки ни от кого, кроме мужа.

Лорд Рочфилд криво усмехнулся:

— Вы выразились предельно ясно: вам нужно то, что стоит не так дорого, но представляет для женщин гораздо большую ценность, чем все картины и драгоценности вместе взятые, — обручальное кольцо.

— Я имела в виду не совсем это, — покачала головой Арилла, — но, возможно, вы правы…

Она была крайне довольна собственной сообразительностью — ведь Гарри ясно дал понять, что лорд Рочфилд не из тех, кто женится. Так же, как и принц-регент вряд ли когда-нибудь вступит в брак, поскольку явно отдает предпочтение зрелым женщинам. Девушка была уверена, что ее мать была бы крайне шокирована поведением принца и лорда Рочфилда. И словно заканчивая разговор, она вновь повернулась к картине. Она никогда еще не видела столь прекрасной работы! Какой колорит! Какие краски!

Но тут Рочфилд очень тихо сказал:

— Значит, вы хотите снова выйти замуж, моя красавица? Мы обязательно поговорим об этом… в будущем.

Арилла подумала, что ослышалась, и обернулась. Выражение темных глаз его оставалось непонятным, но Арилла почему-то испугалась. Она попыталась придумать, под каким предлогом лучше ускользнуть от лорда Рочфилда, но тот, шагнув к ней чуть ближе, прошептал:

— Думаю, вы уже поняли, что с самой первой встречи я не могу забыть вашего лица. Весь этот день я хожу ослепленный сиянием ваших глаз.

В низком голосе звучали странные нотки, и Арилла не смела поднять голову, боясь увидеть знакомые искры в его глазах. Она ощущала, что этот человек гипнотизирует ее, притягивает, берет в плен, так что выхода нет и убежать невозможно.

Слишком поздно поняла девушка, как ошиблась, позволив ему увлечь себя в эту уединенную часть салона. Отчего она не осталась в гуще толпы, рядом с Гарри?

— Я знаю, о чем вы думаете, — кивнул лорд Рочфилд, — хотите ускользнуть от меня, и я нахожу это крайне интригующим и в то же время совершенно непонятным. У вас был муж. Его вы тоже боялись?

— Я не желаю это обсуждать, — бросила Арилла.

— Если бы у вас на пальце не было кольца, вряд ли я поверил бы, что какой-либо мужчина владел вами или хотя бы целовал.

Он остановился, но, не дождавшись ответа, продолжал:

— В вас есть что-то чистое и нетронутое, я настолько очарован, что готов бросить весь мир к вашим ногам!

Теперь в его голосе звучала неподдельная пугающая страсть. Девушка отчаянно оглядела комнату и с облегчением заметила, что Гарри направляется к ним. Только сверхчеловеческим усилием воли девушке удалось взять себя в руки и не побежать навстречу кузену. Вместо этого она только жалко улыбнулась ему, и Гарри мгновенно понял, как Арилла рада его видеть. Подойдя к ним, он обратился к сестре:

— Если ты действительно собираешься завтра кататься верхом, как говорила по пути сюда, нам пора ехать.

— Да, ты прав, — поспешно кивнула девушка, — говоря по правде, я очень устала.

— Мне почему-то кажется, — вставил лорд Рочфилд, — вы снова убегаете от меня.

— Убегаем? — воскликнул Гарри. — Вы, кажется, намерены расстроить мою маленькую кузину? Не забывайте: она приехала из деревни и не привыкла к столь блистательным поклонникам, как ваша светлость.

— Она ясно дала понять это, — отозвался лорд Рочфилд. — Но заверяю вас, что не имею ни малейшего желания причинить ей зло.

— Хотел бы я быть в этом уверенным, — без обиняков отрезал Гарри, и теперь уже лорд Рочфилд не смог сделать вид, будто не понимает его.

— Можете доверять мне! — объявил он. — И надеюсь, что завтра буду иметь удовольствие нанести леди Линдсей визит.

— Я пока еще не знаю… что буду делать, — растерянно пробормотала девушка.

— Мы будем очень заняты, — вмешался Гарри, — завтра у нас очень насыщенная программа, и сомневаюсь, что мы сумеем выделить время для приема гостей.

— Это вызов, Вернон, — бросил лорд Рочфилд, — или предпочитаете назвать это пари?

— В данный момент никакие пари мне не по карману. Вызов будет стоить мне гораздо дешевле!

— Не уверен в этом!

Взгляды двух соперников скрестились в смертельном поединке. И Арилла неожиданно испугалась, что, если Гарри наживет врага в лице лорда Рочфилда, тот может ранить его, и тогда неизвестно, чем все кончится. Протянув руку лорду Рочфилду, она улыбнулась и сказала:

— Спасибо за то, что были так внимательны и показали мне картину. И если я наговорила всякой чепухи, прошу вас отнести это за счет того, что я не только устала, но и потрясена и смущена таким волнующим и крайне необычным для меня вечером.

Лорд сжал ее ладонь и поднес к своим губам. Арилла почувствовала, как поцелуй обжег кожу. Ее охватило ощущение, что к ней прикоснулась уродливая рептилия, такая омерзительная и опасная, что хотелось кричать. Но она взяла себя в руки и с улыбкой, достойной знаменитой актрисы из Королевского театра Друри-Лэйн, сказала:

— Доброй ночи, милорд, и еще раз спасибо.

Они отошли и, попрощавшись с графиней, уехали.

Только после того, как наемный экипаж тронулся и факельщики с зажженными факелами, стоявшие на крыльце, остались позади, Гарри сердито потребовал:

— Ну а теперь объясни, что тебе наговорила эта свинья и почему у тебя такой испуганный вид?