Тихий центр - Тамара Лисицкая

Вот только воскресенье было испорчено.

— Ладно, народ, едем ко мне! — сказал местный, компаньон Вадима, чувствующий себя страшно виноватым. — У меня пейнтбола, конечно, нет, но баню с бильярдом я вам устрою!

— И что, у тебя тоже местный колорит? — ерничали гости.

— Обижаете! У меня все, как в лучших домах: финская система, циркуляция воды, фонтанчики… Не в лесу, блин, живем! Это ж центр Европы!

А Оле хотелось крикнуть, что именно в лесу! Именно дикарями! Именно в лягушках! И никакой это не центр! И не Европы! И Игорь не появляется, не встречается, не пытается ее, Олю, найти… Хотелось плакать горючими слезами и бить Вадима по плечу, чтобы понял, гад, куда он ее впутал! Но Вадим и сам горевал, проникся местными традициями, патриот чертов! Давай теперь, борись с развитой социалистической системой!

За окном летели серые деревеньки, низкие, убогие, присыпанные пылью. И ни души, как будто коренное население вымерло от стыда за свой пейнтбол. Только пара живучих бабусек на обочине торговала желтыми яблоками, на одну секунду сравниваясь с Олей и снова исчезая вдали и сзади, в своем страшном каменном веке.

— Пьет народ, — зачем-то сообщил Вадим.

А хоть бы он вообще!..

И тут Оля увидела велосипедиста: сначала колесо серого задрипанного велосипеда, потом бурую куртку, сутулую спину. Потом вдруг юнец на мгновение обернулся к Оле, и ее пробило горячим на уровне ключиц и сердца. Черные брови — и все, остался сзади вместе со свои велосипедом, курткой и бровями. А Оля отчетливо поняла, что Игорь, ее новый сосед, ее стремительное безумие, полностью интоксицировал мир вокруг. И произошло это тихо, без сопротивления, глубоко и скоропостижно.

Любовь, что ли?

* * *

Таня пришла в салон красоты. Пришла не по доброй воле, а потому, что надо было написать рекламную статью. Ее встретили запахи и администратор. Судя по девушке, салон производил богинь блоками.

— Вы записывались? — ласково спросила девушка.

— Нет, я договаривалась.

— Договаривались? — у богини на мгновение случился сбой в программе, она зависла, но потом справилась с процессором. — А вы по какому вопросу?

— По вопросу рекламной статьи!

— А! Это вам к Алине Сергеевне!

— Ну, давайте к Алине Сергеевне, — согласилась Таня. — Мне здесь подождать или?..

— Я сейчас ее позову, посидите, пожалуйста! — серебряноголосая администратор взяла трубку, и оказалось, что у нее ногти такой длины, что даже чуть-чуть подворачиваются внутрь, от этого ей приходилось сильно растопыривать пальчики.

Таня села. А вокруг — такая красота, такой обтекающий цветами и волнами простор! Хром, зеркала, эльфы и шампуньки. А у Тани — старые ботинки с лохматыми шнурками. И надо прятать ноги, иначе такой диссонанс, что хочется вызвать милицию. Горько быть выпуклой бородавкой на гладком теле гламура.

— Вам кофе? Чай?

— Мне? Нет, ничего, спасибо.

А надо было согласиться. Но неловко как-то.

Потом пришла такая же красивая и молодая львица, директор, и повела Таню по кабинетам. Началась знакомая тема — диктофон в руки и успевай контролировать речь героя.

— Вот здесь у нас представлена уникальная система ухода за кончиками волос. Горячими ножницами убирается отмершая часть волоса, затем на кожу головы наносится специальный состав из масла африканского ореха, и голова помещается вот в этот специальный контейнер.

— Голова?

— Ну, да, голова.

— А все остальное?

— В смысле?

— Нет, нет, продолжайте! — Таня кивнула. — Это я так…

— У нас работают мастера высочайшего класса. Каждый из них проходил стажировку в Европе, имеет профессиональные награды. Мы с большим вниманием относимся к выбору персонала. Я сама парикмахер с двадцатилетним стажем и очень хорошо знаю эту великую профессию изнутри…

Таня кивала и старалась не смотреть в зеркала вокруг. Такую голову, как у нее, надо было бы носить в контейнере круглые сутки.

Квартирантки Лилии Степановны решили пропустить занятия, но по очень уважительной причине. У одной из них, у Насти, был ДР. Следовательно, вторая из них, тоже Настя, должна была помочь подружке достойно подготовить праздник.

— Я с такими прикольными парнями вчера познакомилась! — трещала именинница. — Один работает на телевидении, второй — на радио, третий — вообще бармен! Симпотные такие! Пригласила на днюху!

Обе Насти были героинями своего времени, носили джинсы с заниженной талией, слушали продвинутую музыку (но каждая свою) и ориентировались в жизни. Одна Настя училась на парикмахера, другая — на режиссера. Как Вторую угораздило, она и сама не понимала, но училась со злым удовольствием, в то время как Настя Первая всем существом показывала, что ни парикмахерская доля, ни какая-нибудь другая судьба ее не устраивают.

— Приглашаем только парней!

— Скучно будет парням!

— С нами скучно не будет!

Денег одолжили, не спрашивайте у кого. Осталось уладить вопрос с Лилией Степановной — и это беспокоило больше всего.

Нет, Лилия Степановна была милейшей бабкой, никогда не напрягала, позволяла курить в форточку и возвращаться поздно. Но наличие в квартире любвеобильного и бойкого Алеши сильно ужесточало регламент отношений. Так, например, девушкам не позволялось выходить во время обеда, поскольку Алешенька начинал волноваться и плохо ел. Потом музыка. Приходилось слушать в наушниках или ждать, когда мальчика-переростка выведут гулять. И вот с днями рождения тоже нескладуха. Один такой день уже был и закончился тоскливым гулянием с друзьями по городу. Но сегодня девушки были полны решимости упросить Лилию Степановну уехать с Алешенькой в гости, а то сидит в четырех стенах, как дурак. То есть дурак и есть, а еще и сидит в четырех стенах.

— Шит, деньги на телефоне закончились! — расстроилась именинница, прочитав полученную sms-ку. — Думала, поздравление пришло, а тут фак…

Уже через секунду она набивала сообщение следующего характера: «Малыш, если не влом, кинь мне на телефон 10 тысяч. Целую». Подумала — и отправила сразу троим.

Обе Насти приехали из провинции, хоть и разного масштаба. Настя Первая росла и наливалась соком в городском поселке без перспектив, в то время как становление Насти Второй происходило в крупном городе, районном центре. Но ни одна не хотела связывать свое будущее с родными местами. Насте Первой было скучно, а Насте Второй хотелось большего. Родители Насти Первой, простые работяги, пару раз дали дочке по шее, чтоб не фантазировала лишнего, но потом смирились. Родители Насти Второй, продвинутые лирики, дали дочке денег и велели не возвращаться, пока та не докажет миру, что круче всех. Настя Первая перекрасилась в блондинку и поехала в столицу поступать хоть куда-нибудь. Настя Вторая постриглась наголо и тоже поехала в столицу поступать хоть куда-нибудь. Пометавшись между поварами и парикмахерами, Настя Первая выбрала второе — там красивее. Поискав между режиссерским и актерским, Настя Вторая выбрала первое — там непонятнее.