Одержимость. Рыжая для Воина - Анастасия Шерр

— Лен, давай поговорим, как взрослые люди, без истерик и ругани? Я очень долго тебя искал и мне есть, что сказать, — начал было примирительным тоном, но девушка этого явно не заценила.

Смерив Воина презрительным взглядом, вздернула подбородок.

— Дело в деньгах? Ты за ними явился? — в душе теплилась надежда, что нет, не за ними. Иначе, она разочаруется в мужчинах окончательно. Правда, куда уже больше?

После сегодняшнего, как впрочем и предыдущего поступка Юры, девушка была раздавлена морально. Такой низости и трусости она не ожидала от того, кому подарила своё сердце и кругленькую сумму. Интересно, его обожаемая мамочка была бы такой напыщенной индюшкой, если бы сынок не открыл свой бизнес и не поднялся? Скорее всего, да. Это не зависит от социального статуса, сволочами рождаются.

Лене хватило бы и разборок с супругом. А тут ещё Воин пожаловал со своим: «Я твой папа». Да как посмел вообще?! Захотелось двинуть по нахальной морде креманкой с уже растаявшим мороженым.

— Если бы мне нужны были деньги, я бы стряс их с твоего ссыкливого муженька, — что это? Она уловила нотки ревности? Или показалось?

Да с чего бы это? Он не имеет права её ревновать. Он вообще не имеет никаких прав относительно неё и дочери.

— Тогда что? Месть? До сих пор вспоминаешь, как я тебя опустила при твоих же дружках и девках? — в груди Лены снова заклокотала ненависть, как тогда… Она давно уже считала, что излечилась. Но стоило увидеть вновь этого подонка — боль вернулась. Снова в ушах зазвенело это мерзкое «ШЛЮХА».

Надо заметить, что подонок-то совсем не изменился за эти пять лет. Всё такой же статный и мощный, красивый до безумия и взгляд всё тот же — удушающий, лишающий рассудка. И редкостный козёл, судя по всему, как и раньше.

— Уже давно забыл и забил, чего и тебе желаю, но обиду твою хорошо понимаю. И тем не менее, я бы хотел поговорить сейчас о Маше, — он заглянул под стол и коротко улыбнулся малышке, что начала распевать какую-то песенку.

— Она не твоя дочь. Машу я родила от своего мужа, — выдала так, как будто и не ложь это вовсе. Словно сама верит в этот бред.

— Чушь. По-твоему, я идиот и не вижу сходства? Да и замуж ты вышла уже когда Маше было два года, не так разве? — он хорошо подготовился, что тут скажешь.

Даже если спросить сейчас Воеводина, что любит девочка на завтрак, он, несомненно, ответит верно.

— Хорошо разнюхал. Пусть так. Но то, что ты биологический отец Маши, вовсе не значит, что ты имеешь на неё хоть какие-то права. Ты не можешь врываться в мою жизнь и рушить её.

— Какую жизнь? Жизнь с этим неудачником? Да он даже не попытался вас защитить!

— Моя жизнь — это моя дочь. И я не позволю тебе пудрить ей мозги. Ты отказался от неё, помнишь? Как ты там сказал? Шлюха? Так вот, знаешь…

— Знаю. Я всё помню. И не пытаюсь себя оправдать. Просто дай мне объяснить ту ситуацию, — он снова отвлёкся на девочку, что дёргала его за штанину. — Я долгие годы был уверен, что не могу иметь детей, после одной неприятной истории в армии. И когда ты мне сказала о ребёнке, естественно, я подумал, что разводишь. До тебя было таких две. И, как оказалось, обе хотели лишь бабла. Да, я мог бы проверить всё, но не думал, что ты правильная девчонка, понимаешь?

— Ммм, — Лена нагнулась над столом, так, что взору Артема открылась соблазнительная ложбинка между грудей в довольно открытом декольте, на что, конечно же, Воин сразу обратил внимание. — А тот факт, что я была девственницей тебя не смутил?

— Я был удивлён, Лен. Но не настолько, чтобы верить первой встречной девушке, — с трудом оторвался от созерцания прелестей Лены и взглянул ей в глаза. — Мы сейчас можем долго переливать с пустого в порожнее, Рыжик. Но стоит ли? Я виноват. И прошу у тебя прощения. Но от дочери я не откажусь ни за что. Давай решим всё полюбовно?

Девушка хмыкнула. Вот она, хвалёная мужская логика! Сначала сам же отказался от ребёнка, при этом оскорбив девушку, с которой переспал без защиты, а спустя несколько лет объявился со своими извинениями, как будто они могут стереть прошлое.

— И что же в твоём понимании «полюбовно»? — изогнула губы в издевательской усмешке.

— Во-первых, ты разводишься со своим мямлей. Во-вторых, я забираю вас в Москву.