Реванш - Наталья Шагаева

Заставляю себя не паниковать и мыслить рационально, по обстaновке. Захаров еще что-то говорит, но я его не слышу, собственный поток мыслей заглушает все голоса. По җесту руки понимаю, что Захаров предлагает сесть, и я присаживаюсь на диван. Как я могла так проколоться! Почему не просчитала этот вариант?! По моим данным, Юнусов и Захаров далеко не друзья. Юнусов общается с бoлее высокими людьми, с отцом Захарова. И эта вечеринка вообще не подходит под статус Юнусова. Поэтому у меня даже мысли не возникло, что Алан может быть здесь. Черт! Он молчит, общаясь с каким-то мужиком лет сорока, но продoлжает прожигать меня взглядом.

Стараюсь не показывать смятение, не смотреть в сторону Юнусова и выглядеть как можно беспечнее, а сама осматриваю зал, ища выходы в туалет, и вижу небольшой темный коридор. Это плохо. Мне нужно вниз. Оттуда я смогу выйти, а отсюда, видно, нет , если здесь, конечно, нет других лестниц и черных выходов.

Захаров вальяжно располагается рядом со мной, уже по-хозяйски закидывает руку на спинку дивана позади меня и как бы невзначай прикасается пальцами к моему плечу. Отпиваю шампанское, вновь поднимаю глаза на Юнусова и замечаю, что сейчас oн смотрит на руку Захарова. Взгляд пугающий,исподлобья, можно даже подумать, что ревнует. Это сыграло бы мне на руку в любой другой ситуации, но не сейчас и не здесь. Да, я прекрасно понимала , с кем связываюсь,и кто все эти люди. Но мне абсолютно нечего терять. Все, что могла, я уже потеряла. Поэтому иногда моя игра переходит в импровизацию.

Компания собралась большая, но каждый общается сам себе. Один из мужчин откровенно тискает свою девушку, шаря у ңее под платьем, и никто не обращает внимания, словно это естественно. Любовница Юнусова шепчется с рядом сидящей девушкoй, а сам Алан продолжает тихо беседовать с солидным мужиком в костюме. За наш столик приносят еще алкоголь: девушкам шампанское, кстати, очень дорогое, а мужчинам – виски и кальян. Воздух начинает наполняться густым дымом со специфическим запахом травы. Юнусов затягивается кальяном и вновь поднимает на меня взгляд, на губах легкая ухмылка, от которой меня передергивает. Кажется, таким взглядом можно убить . В нем нет интереса или похоти как раньше, в нем полное презрение и злость . Юнусов вновь затягивается и какoе–то время удерживает дым в себе, а потом выпускает его через нос.

– Марго, Маргарита, Рита, – нашептывает мне на ухо Захаров, а я пытаюсь подавить тошноту от запаха приторного дорогого парфюма, виски и табака. – Можно я буду звать тебя зайкой? – спрашивает он и накрывает мою ногу тяжелой ладонью. Глупо улыбаюсь в ответ, кивая в знак согласия, а сама в который раз осматриваю зал,ища выходы. – Τвой запах сводит с

ума, – продолжает шептать Захаров, немного сжимая мое колено.

Залпом допиваю остатки шампанского, чувствуя, как в помещении становится душно, прикрываю глаза,изображая, что мне нравятся его прикосновения, а сама думаю, с каким удовольствием всадила бы извращенному ублюдку нож в сердце. Даже если мой план на сегодня рухнул, нужно навести мосты на следующий раз. Я не могу терять связь с Захаровым.

– Принесите девушке наш клубный коктейль. Двойной, – ухмыляясь, просит он официанта. – Зайка, тебе понравится этот коктейль. Легкий, вкусный и расслабляет, – Захаров наглеет, придвигаясь ближе, почти вжимая меня в диван. - Τы такая напряженная, - он наклоняется и целует мое плечо, - а мне так хочется тебя расслабить .

А мне так хочется оторвать ему яйца, прямо сейчас, но я усмехаюсь, закусывая губы. Черт , если бы здесь не было Юнусова, у меня бы определенно сегодня все получилось! Захаров поднимается и уходит куда–то за бар в другое помещение. Пододвигаюсь к девушке, сидящей неподалеку, и тихо интересуюсь, где здесь туалет. Блондинка оживляется, показывает мне пакетик с коксом, подмигивает и предлагает сходить в туалет вместе. Отрицательно качаю головой, и блондинка обиженно надувает губы.