Выходите за меня замуж! - Кира Стрельникова

Это было эпично. И если Пуша довольно спокойно перенесла, что я упаковала ее в переноску, только сверкала любопытными зелеными глазищами, то Мася… Моя рыжая кошка, трусиха до мозга костей, соглашалась без истерик передвигаться только на моих руках. Единственное, только шлейку позволяла надеть на себя, а потом вцеплялась в меня всеми когтями, и отодрать ее можно было только вместе с моей кожей. Так что, Рома спускался с двумя чемоданами, Лиска несла два наших поменьше, с ручной кладью, а я одной рукой держала немаленькую Масю, а в другой несла увесистую переноску с Пушей. Одна весила пять с половиной кило, вторая семь… Это еще вопрос, что легче, чемоданы или кошки! Хорошо хоть, не голосили, распугивая всех вокруг.

Наконец, мы погрузились в машину Ромы и поехали в аэропорт. Он объяснил, что оставит авто на стоянке там же, и обратно будет удобно возвращаться, без всяких такси. Когда приехали, Лиса и Рома взяли меня буквально в клещи, зорко отслеживая и не давая вляпаться во что-нибудь, тем более вместе с кошками. Я же, озабоченная душевным здоровьем своей живности, едва ли замечала что-то вокруг. Мася повисла на мне, как коала, вращая глазищами и прядая ушами, как конь, и мелко дрожала, и я бормотала ей какую-то успокаивающую чушь и жалела, что нет свободных рук, чтобы погладить. Да, давно она не летала со мной, но оставлять в гостинице моих домашних пушистиков, или кому-то чужому — вот уж нет! Хорошо, Пуша смирно сидела в перевозке и не отсвечивала. Градус умиления вокруг меня рос в геометрической прогрессии, хорошо, мы не за границу летели, так что все формальности прошли быстро. Даже справка нигде не потерялась, хотя звенела на задворках сознания такая мысль.

В общем, даже с местами повезло, нам дали три места рядом, а мне так прямо у окошка. Утомленная и осоловелая, я наконец-то устроилась на сиденье, пристегнулась, уложила Масю на коленях, где она моментально свернулась в компактный клубочек, сунув морду под хвост и прикинувшись подушкой. Пушу взяла Лиса, выпустив наконец затворницу, и та смирно улеглась, свесив роскошный хвост и с любопытством вертя башкой. Кисточки на ушах стояли торчком, видно, что очень хотелось пойти все обследовать, но моя куночка девочка воспитанная, и понимает, когда нужно вести себя смирно.

— Все, не кантовать, при пожаре выносить первой, — пробормотала я, распластавшись на сиденье и уже уплывая в дрему, хотя мы даже пока еще не выруливали никуда.

Взлет, естественно, я не помнила, никаких детей, колотящих в спинку моего кресла, слава всем богам, в наличии не имелось, так что, путешествие проходило с комфортом. А вот когда меня мягко погладили по щеке, пробуждая от сна, я, распахнув глаза и проморгавшись, обнаружила, что с комфортом расположилась на Романе, поскольку он сидел посередине, развалившись на двух креслах. Точнее, на одном и на груди супруга. Мася же взгромоздилась на меня и совершенно забыла, что положено бояться, даже мурчала и дергала во сне лапами.

— Подъем, — ласково сообщил Роман, глядя на меня сверху и почему-то улыбаясь. — Уже снижаемся.

Я спросонья жутко смутилась, что так фривольно улеглась, дернулась, подскочив, свалила мявкнувшую от неожиданности Масю. Хорошо, Рома, кажется, уже наловчился устранять последствия моих внезапных телодвижений, и успел подхватить растерянную кошку, чтобы не пришлось потом ловить ее по всему салону. С краю сдавленно хихикнула Лиса, но я лишь хмуро покосилась на нее, поспешно пригладив бедлам на голове, и выглянула в окно: мы в самом деле снижались. И внизу блестело море! Такое синее, с солнечными бликами, белыми барашками, и сразу захотелось в него, вот прямо даже с высоты! Господи, как же я оказывается соскучилась по морю! Чуть не начала подпрыгивать, как маленькая девочка.

Мы сели, и пришлось терпеливо дожидаться, пока все выйдут — нам с моими кошками и чемоданами ломиться вместе со всеми не слишком удобно было. Выгрузившись в аэропорт и забрав багаж, наша разношерстная компания вывалилась наконец в жаркий, немного душный южный вечер, и я лишь надеялась, что в доме бабушки Ромы имеются кондиционеры. Хотя бы в одной комнате. По пути мой супруг созвонился с этой самой таинственной бабушкой, заверил, что все в порядке, и мы доберемся, однако выслушав ее ответ, изобразил одновременно озадаченность и изумление на лице. Я, естественно, тут же напряглась, глядя на него, упустила из виду, что на руках Мася, а в переноске Пуша, и перестала контролировать окружающее. А окружающее вдруг обрадовало радостным лаем, и рыжая с перепугу вздумала забраться мне на голову…

Зашипев не хуже кошки, я вцепилась в увесистую тушку Маси, выронив переноску с Пушей, конечно же, запнулась об нее, ничего не видя из-за хвоста на моем лице, беспорядочно замахала руками под истошный мяв Маси… В общем, как всегда, порадовала окружающих новым роликом для ютьюба, и хорошо, что Лиса и Рома были рядом.

— Так, дай-ка сюда, — раздался решительный голос Лисы, и хвост с лица пропал — подруга таки изъяла рыжую трусиху, профессионально обездвижив лапы перепуганного животного. — Пушу лови, Алька! — рявкнула она, и я, охнув, бросилась с растопыренными руками за куной.

Рома включился в преследование, оставив вещи на попечение зоркой Елизаветы, и кинулся наперерез мчавшейся с задранным хвостом кошатине. Пуша метнулась в сторону, я, делая резкий разворот, конечно же, поскользнулась на полу, едва удержав равновесие, а Роман в настоящем вратарском броске ловко подсек беглянке лапы и схватил в охапку, ловко упав на бок и прижав ошалелую Пушу. Уф.

Подошла, забрала живность и немного виновато посмотрела на него, пока Роман поднимался и отряхивался.

— Обычно они смирно себя ведут, — пробормотала в оправдание своих питомцев. — Просто Пуша любопытная сверх меры, а Мася трусиха…

— Пойдем, бедовая моя, — Роман лишь кротко вздохнул, почесал кошку за ухом, а меня приобнял и подтолкнул к Лисе.

И отчего-то как теплой волной накрыло от его обращения, и снова на лицо наползла дурацкая глупая улыбка. Все-таки, какой замечательный и терпеливый муж мне достался, и я, кажется, начинаю к нему привыкать, как ни странно звучит. Наконец, мы вытряхнулись из аэропорта и пошли к остановке, впереди шел Роман. И почему-то он направлялся не к такси, ровненькими желтенькими рядами стоявшими неподалеку, а… Ой. Я едва не споткнулась, вытаращившись на представительный черный лимузин, блестевший боками, и около него стоял шофер, тоже весь в черном, как будто сошедший с кадров какого-нибудь шпионского фильма. И мой супруг остановился прямо около него, еще и вежливо поздоровался с шофером… Нам что, сюда?! А откуда вообще этот лимузин, неужели бабуля прислала за любимым внучком? И кто же у нас бабуля тогда, интересно?

— Дамы, прошу, — Рома, поставив чемоданы, галантным жестом пригласил нас внутрь.

Лиса с независимым видом первая нырнула в нутро машины, бесцеремонно забрала переноску с Пушей, и следом за ней полезла я, удерживая Масю и забираясь почти на ощупь.

— Что-то мне уже страшно, что там за бабуля такая, — пробормотала, умащиваясь на кожаное светлое сиденье.

— Чую, та еще бодрая старушка, — протянула Лиса, устроив переноску между ног. — Если уж за внучком лимузины присылает…