Хозяйка брачного агентства или Попаданка в поисках любви - Мария Максонова

Мэтью сперва покачал головой отрицательно, а потом… потом постепенно понимание начало появляться на его лице:

— Если подумать… однажды, придя из академии, я увидел, что матушка разобрала Фабию, сказала, что она сломалась, что надо усовершенствовать механику управления. Я удивился, но потом услышал о смерти Элизабет, и мне стало все равно, — его лицо исказилось от ужаса и понимания, что все, что мы обсуждали — не просто какие-то фантазия, а истинная правда, и с каким монстром он жил все эти годы. — Как она могла?

Ни у кого из нас не было ответов на эти вопросы. Ведь эта женщина не только убила своего любовника, но и еще с десяток человек, затем истинную пару сына, а после и вовсе перешла на случайных людей.

В дверь лаборатории что-то с силой громыхнуло, заставив вздрогнуть шкаф, которым Ренслир заблокировал дверь.

— Черт, он выдержит? — испуганно спросила я.

— На лаборатории стоит защита, она должна защищать дом от возможных взрывов, — медленно произнес Ренслир и бросил на Мэтью вопросительный взгляд.

— Защита активируется, когда кто-то есть в комнате, автоматически, — кивнул тот. — Она настроена на меня лично. Иногда… иногда я не хотел, чтобы матушка меня тревожила.

— А теперь расскажи подробнее, как эта… женщина сохраняла свою память и разум? — поинтересовался Ренслир.

— И почему она делает это не постоянно? — добавила я.

— Это заклинание слишком энергозатратное… и его нельзя использовать слишком долго, иначе процессы деградации мозга ускорятся, тот просто не выдержит нагрузки. Матушка активирует артефакт только во время работы над проектами. Воспоминания загружены в ее жемчужный браслет.

— «Слишком энергозатратно»? — возмутился Ренслир, — у вас весь дом нашпигован артефактами, а служат только големы, вы за день тратите больше магической энергии, чем средний город! Откуда вы брали столько сил?

— Я не знаю, — вдохнул Мэтью.

— Что за бред? Ты же артефактор, ты знаешь, сколько сил тратится на поддержание таких сложных артефактов! Ты не мог не понимать!

— Я никогда об этом не задумывался… просто… — Мэтью как-то странно дернулся, будто в нервном тике.

Ренслир неожиданно нахмурился, заставил его запрокинуть голову, подняв веки, заглянул в глаза, в рот, ощупал всю голову, а потом тихо выругался.

— Что? — не поняла я.

— Кажется, леди Лерой свихнулась больше, чем мы могли даже предположить, — тихо произнес Ренслир и указал взглядом. Подойдя ближе, я увидела на затылке у Мэтью между прядями волос торчащий металлический элемент. Присмотревшись, я поняла, что это что-то вроде пирсинга или гвоздика, закрепленного под кожей. — Она контролировала поведение сына с помощью запрещенного артефакта, а, когда ты оборвала его энергетические связи, то и артефакт был отрезан от управленческих контуров. Подобная магия запрещена уже сотни лет, ее запретили вместе с призывом демонов. К тому же, насколько мне известно, когда-то эти заклинания делали из людей тупых исполнителей вроде големов, не способных ни на какие самостоятельные решения. Но леди Лерой, как всегда, усовершенствовала разработки, сохранив разум сыну.

— Этого не может быть! Это неправда! Прекратите! — взвился Мэтью, закрутил головой, пытаясь вырваться, он был явно в панике.

Ренслир спокойно отступил, но заметил для меня:

— Едва мать восстановит управленческие контуры, он станет ее оружием у нас в тылу.

Глава 129

Вероника

Очередной грохот, только еще более мощный, сотряс не только двери, но и стену лаборатории, заставив меня вздрогнуть и обнять себя за плечи:

— Мы все умрем, — пробормотала себе под нос, уже не веря, что эта чокнутая, которая вшила контур управления в мозг собственного ребенка, пощадит нас с Ренслиром.

— Если продержимся, быть может, подоспеет подмога, — задумчиво произнес следователь, несмотря на сложность нашего положения, он оставался полностью спокоен и сосредоточен.

— Какая подмога? Откуда? — рассмеялся горько Мэтью. Кажется, к нему тоже пришло осознание после всех попыток отрицать реальность. Ну, да, его мать не убьет, только опять сделает своим послушным рабом.

Джонатан же подмигнул мне с заговорщицким видом:

— Перед свадьбой я смог пробраться в подвал и выпустил Лесли. В этом доме переговорные артефакты не работают, но надеюсь, когда она выйдет за периметр действия местных артефактов, сможет отправить сообщение лорду Уинфреду, он ждет моего сигнала с несколькими доверенными людьми в городе неподалеку.

Я счастливо улыбнулась, я очень волновалась за Лесли после вчерашней ночи, рада, что хотя бы она будет в безопасности.

— Ей ни за что не дойти до границы зимой и пешком, вы отправили девушку на верную смерть, артефакт действует на много километров, — не согласился с нашей радостью Мэтью.

— Если Уинфред не сможет связаться со мной долгое время, он поедет навстречу и без сигнала, и подберет Лесли, — добавил Ренслир, пытаясь меня успокоить. — Я наложил на нее заклинание согрева, с ним можно даже спать на снегу без всяких проблем.

— А пальто ее осталось в гардеробе. Отличный план на случай, если магия развеется. Если ей не хватит сил, если он промедлит, если магия разрушится… — кажется, характер Мэтью сильно пострадал от новостей, из вечного оптимиста он вдруг превратился в жуткого пессимиста, ожидающего смертей.

— С чего бы заклинанию просто так разрушаться? Я отличный маг и вложил достаточно сил.

— Лучше бы воспользовались артефактом, артефакты куда эффективнее расходуют магию и стабильнее держатся.

— Вас спросить забыл! — рыкнул Ренслир зло. — Лесли со всем справится, я уверен.

— А почему ты вдруг ей так доверился? — удивилась я. — Лесли, конечно, работает в полиции, но всего лишь в отделе работы с персоналом, она же не агент.

Джонатан посмотрел на меня как-то странно, в его глазах мелькнула вина:

— Я попросил ее помочь и проследить за тобой, пытался понять, что не так, — наконец, признался он. — Она была моим тайным агентом, но перестала выходить на связь. Мы оба нашли очень подозрительным тот факт, что ты не говорила, что хочешь выйти за Лероя, но все равно делала это. Ты все время повторяла «я не могу отказаться», и мы решили подстраховаться.

— Спасибо, — искренне улыбнулась я.

— Кстати, раз пришло время такой откровенности, может, наконец, признаешь, как ты заставил Вероник согласиться? Чем ты ее держишь? — Ренслир угрожающе поднял руку, но Мэтью только ухмыльнулся:

— А я представления не имею, — и посмотрел на меня язвительно.

— Я не могу сказать, — всхлипнула я, — но хотя бы избавь меня от этого чертового кольца, это из-за него я влипла в эту историю, — просила, протянув