Для вкуса добавить карри, или Катализатор для планеты - Лина Мраги

Мои успехи также очень радовали. Тренировки с Таном давали прекрасные результаты. И хотя с мечом управляться мне было всё-таки довольно сложно, ну не женское это оружие, как ни крути, а вот метательное – боевые топоры, копья, ножи, а также лук со стрелами – слушалось меня беспрекословно. Я попадала точно в то место, куда метила, и иногда с такой силой, что парни даже начали мне завидовать. Короче, Робин Гуд отдыхает! А всё потому, что на «сонных» тренировках мой профессор меня не жалел, а его спокойные и чёткие указания, искреннее желание научить и бесконечное терпение приводили к тому, что добровольно покидать зал я не хотела и ему приходилось выпихивать меня силой.

Мои реальные парни, как ни странно, но поняли это и стали ревновать. И если бы не вёдра с холодной водой, которые то Макс, то Дайк оставляли возле моей кровати, как напоминание, чтобы «в гостях» я долго не задерживалась, то они не видели бы меня сутками. Меня же это жутко забавляло! Как можно ревновать к тому, кто, по сути, часть меня, хотя и очень уж самостоятельная?!

И вот когда я проснулась (сама, кстати, этой ночью к Мозгу в гости я не заходила) и не обнаружила никого в комнате, то очень удивилась. А где все?! Но пропажи обнаружились быстро. Бумер лежал в кухне на своей козлиной шкуре, которая была ему уже маловата, и увлечённо грыз косточку, а парни сидели на пороге, подставив физиономии тёплым весенним лучам, и тихо разговаривали.

Я приложила палец к губам, показав этим волчонку не издавать никаких звуков, и тихонько, на цыпочках подобралась к ним поближе. Привычка подслушивать никуда не исчезла.

– Думаешь, это возможно? – спросил Дайк и глянул на Макса.

– Не з-з-знаю… Но без «слёз-з-з богов» точно ничего не получитс-с-ся. Они нуж-ж-жны, чтобы… как это Кари говорит?.. А-а-а, запус-с-стить процесс…

– А ты ей говорил?

– Нет ещ-щ-щё. Боюс-с-сь…

Дайк хмыкнул и оскалился:

– Сын Ангалина Рекса боится?!

– Робею… Не з-з-знаю, как моя ш-ш-шаари отреагирует. Вот поэтому тебе и с-с-сказал. Я один не справлюс-с-сь, без-з-з ваш-ш-шей помощ-щ-щи. А наш-ш-ша девочка на Кифов нос-с-с собираетс-с-ся. И ес-с-сли я с-с-скажу, то наруш-ш-шу её планы, хотя даже думать о том, что она мож-ж-жет исчез-з-знуть, уйти в с-с-свой мир, не могу.

Дайк вздохнул и отмахнулся:

– У меня то же самое. Она первая девушка, с которой сложились столь удивительные отношения. Я так люблю её! А ведь уже весна… А вдруг Кари возьмёт нас с собой, если это, вообще, возможно?

– Тебе хорош-ш-шо говорить, ты выглядиш-ш-шь как и муж-ж-жчины её мира. А я?! На её родине ангалинов нет! Вот поэтому и нуж-ж-жны «с-с-слёзы богов». Я хочу попробовать…

– Но ведь ты только что сказал, что из этого ничего хорошего никогда не получалось, и тех, кто принимал эти «слёзы», пришлось убить…

– Не получалос-с-сь… Но отец уверен, что мы просто чего-то недопонимаем, не улавливаем, не з-з-знаем чего-то важ-ж-жного, поэтому и не выходит. Я чувс-с-ствую, что Кари поможет разобратьс-с-ся, она ведь с-с-столько всего з-з-знает и видит, и вос-с-спримает всё по-с-с-своему, иначе, чем мы! Её рассказы з-з-загадочны и непос-с-стижимы, но ведь они – правда!

– Это верно. Одни лекари её мира чего стоят.

Прячась за углом, я даже перестала дышать: «Вот это поворот! Да они со мной собираются! «Слёзы богов»?! О них я уже слышала…»

Плавно и медленно ступая босыми ногами, я вернулась в спальню и села на кровать: «Дела-а-а… Значит, превращения – это правда, и ангалин может стать человеком! Только пока у них почему-то ничего не выходит… Ой-ёй-ёй… Как же интересно! И как… страшно! И каким же он будет, если вдруг получится?! – у меня заколотилось сердце, когда я подумала, что сказка про принца-лягушку может стать реальностью. – А Макс болтун всё-таки! Выдал страшную священную тайну, и даже не мне, а Дайку! Неужели он стал доверять ему или это просто мужская солидарность? Хотя они, конечно, очень подружились за это время. Но ведь про свой визит к отцу Макс рассказал только в общих чертах, без каких-либо подробностей. Похоже, что Рекс в курсе его намерений, а возможно, даже дал Максу на это дело добро. И если ничего не выйдет – не страшно, сыновей-то у него много, одним не жалко пожертвовать ради разгадки священной тайны. Как же удачно я проснулась! Ну-ну… Посмотрим, когда они сами мне про это расскажут…»

Глава 2

Когда мои парни заглянули в комнату, я сладко потягивалась, делая вид, что только проснулась. Они дружно бухнулись рядом с двух сторон. Дайк чмокнул в одну щёку, а Макс лизнул в другую. «Ах, пройдохи! Ах, хитрецы!» – я томно улыбалась, принимая их нежные утренние приветствия.

– Сегодня праздник. Ты помнишь? – Дайк обнял за плечи.

Я недовольно скривилась:

– Не хочу никаких праздников… Это в город нужно ехать, а мне и здесь хорошо.

Переглянувшись, они заулыбались.

– Балмаар очень просил. Я пообещал, что мы будем.

Я села на кровати:

– Понимаю, что вроде как надо, только…

– Что только?

– Мне нечего надеть. Наследница рода, местная достопримечательность, а буду выглядеть хуже всех. Оборванка!

Дайк прикрыл лицо ладонью, Макс затрясся от смеха, а потом зашипел:

– А ты прос-с-сто надень лимм и ож-ж-жерелье…

А Нянь продолжил, начиная хохотать в голос:

– И больше ничего не надо! Представляешь! Да там все в обморок попадают!

Я спихнула Дайка с кровати, а Макса ущипнула за бок:

– Не-е-ет, мальчики! Если я появлюсь в таком виде, то ты, мой дорогой Нянь, устанешь всех выхаживать! Представляешь, сколько сразу пациентов появится! Так уж и быть, не буду травмировать людей – пойду в том, что есть.

Когда стихали зимние ветра, в Латрасе отмечали праздник первой шхуны – это было чем-то вроде начала нового года. А ещё через некоторое время День первого каравана, и это событие уже являлось открытием нового транспортного сезона. Из-за землетрясения в начале осени многие караваны в Латрас так и не доехали, в том числе и мои караванщики, прибытия которых я очень ждала до самого начала зимних ветров, да и потом тоже. Надеялась, что всё-таки приедут, может морем доберутся. Но караван Олмана в Латрасе так и не появился.