Моногамист - Виктория Мальцева

Боже мой… Нужно предпринять хоть что-то, дать Лере понять, что я люблю её и любил всегда, что всё это блеф моего воспалённого самолюбия… Да, это моё чёртово самолюбие и глупость убивают мою Лерочку, а я просто наблюдаю за этим, мучаясь сам, какая же я сволочь!

Загнал себя сам в трясину и теперь не знаю, как выбраться…

Мы расположились в холле Лериного дома, за окном взбесилась стихия — льёт как из ведра, да так, что по панорамным стёклам просто реки текут.

Fleurie — Hurts Like Hell

И тут меня осеняет мысль: Лера всегда забывает закрыть вентиляционный люк в мансарде, и каждый раз я упрекал её в этом, но сейчас бесконечно благодарен за рассеянность.

— Лера, вы закрыли вентиляционный люк на чердаке?

— Кажется, закрыли, но пойду, проверю, — в её голосе неуверенность — конечно, я знал, она забыла, так же, как и всегда!

— Ты сможешь сама? Ты же говорила, там механизмы слишком тугие?

— Да, смогу, конечно.

Она быстро уходит, я выжидаю ровно минуту и, стараясь не привлекать внимания, иду следом — мне нужно побыть с ней наедине, так нужно, как ничто и никогда на свете не было!

Нахожу её совершенно мокрой, выбившейся из сил и безуспешно дёргающей широкую планку створки на себя: чёрт, а ведь она была права, для неё и впрямь эти механизмы слишком тугие…

От её беспомощного вида у меня болит всё, что осталось человеческого внутри, я понимаю, как сильно люблю её, и едва сдерживаюсь, чтобы не схватить на руки её худое тело и прижать к себе.

Вместо этого закрываю люк, в мансарде тут же темнеет, и мы вдвоём, урвав себе несколько секунд счастья быть рядом, в полном уединении, стоим, замерев, рядом, боясь шелохнуться, издать хоть малейший звук и разрушить этот маленький, но такой нужный мир, где есть только мы двое…

Втягиваю носом запах её мокрых волос и схожу с ума, мои губы отказываются меня слушать и тянутся к её губам, я почти чувствую их мягкость, мне кажется в эту секунду, что весь остальной мир — это страшный сон, это кошмар, а то, что происходит сейчас, и есть моя реальная жизнь, и я счастлив, что проснулся…

Волшебство и утончённость момента…

Нам это нужно обоим, Лера… Я умираю без тебя, любимая, разве ты не чувствуешь этого? Моё сердце, все мои мысли принадлежат только тебе! Не страдай ты так, не нужно: всё, что мы творим — это глупости, человеческие слабости. Важно только то, что мы любим друг друга…

Нежная моя девочка, ты стала такой хрупкой, такой слабой… Я так хочу поцеловать тебя, мои губы тянутся сами, не слушаясь моих приказов сдерживаться, ведь я не имею права целовать тебя — у меня есть беременная жена, а у тебя твой нелюбимый муж…

Ты снова не моя, но теперь и я принадлежу другой, как же так вышло то? Как же так? Как же мы с тобой допустили всё это, всю эту бесконечную и бестолковую в своей болезненности глупость?

Лера… Моя Лера… Как же ты пахнешь, любимая, как сладко, как до боли знакомо…

Так сильно, так безумно хочется обнять тебя и остановить время, уничтожить всё и всех вокруг и просто стоять, чувствуя тебя, поглощая твои запахи, согревая тебя своим теплом, забирая твои боли и страхи, твои терзания…

Я должен был защищать тебя от всех и вся… Как же случилось, что я стал тем, кто принёс тебе столько боли, кто разрушил тебя, надломил, кто стал твоей самой страшной угрозой в жизни?

Потерпи любимая, немножко потерпи, я всё уберу, всё устраню, всё разберу, что наворотил сам, ты главное дождись, не сделай ничего непоправимого, ничего такого, что я не смог бы исправить… Почувствуй меня, я твой, я весь твой и всегда был твоим, куда бы не занесла меня моя чёртова похоть, моё сердце было и есть только в твоих руках…

Любимая… Забери все мои силы, возьми мою энергию, только живи, только не мучайся и не страдай, я люблю тебя, я так люблю тебя, я так сильно люблю тебя…

Внезапно загорается свет, разрушая наш сладкий мир близости и единения… Хотя мы даже не коснулись друг друга, у меня ощущение, будто побывал в любимых объятиях и обнимал сам… Мы вместе мыслями… Мы всегда вместе, даже если наши тела чудят, а языки лгут, мыслей не удержать, они стремятся туда, где положено быть телу и душе… Я с тобой Лерочка, всегда с тобой…