Вкус нашей ненависти - Джули Дейс

– Ну, я предпочитаю, чтобы ты не ленилась.

– В каком плане?

– В том плане, что ты останешься собой. Не собираешь волосы в пучок, не ленишься лишний раз воспользоваться косметикой, не выбираешь треники и футболки. Мужчины любят глазами, это же не новости. Мне нравится, что ты не запускаешь себя, говоря, что теперь тебе не обязательно выглядеть красиво. Ты останешься прежней.

– Если бы было наоборот?

– Я бы задумался.

– Задумался над чем?

– Не хочу, чтобы кто-то из нас расслаблялся, – он подмигивает и добавляет: – Работа над собой, красавица.

Я легко перехватываю его настроение и улыбаюсь уголком губ.

– Ты действительно придерживаешься мнения, что девушка одевается для тебя? Потому что, если это так, у меня для тебя плохие новости.

– Хотелось бы по подробнее.

– Девушка не одевается для мужчины, она одевается для себя, а мужское внимание – это дополнительный бонус, конечно, не всегда приятный. Ты, например, просто раздражал меня. Не самое приятное внимание.

Джейк отлипает от дверного косяка и направляется в мою сторону. Он ничего не говорит, лишь игриво щёлкает меня по носу и выходит за дверь со словами:

– Это была моя главная цель. Я в восторге, когда ты в бешенстве.

Нагоняю его и наношу ответный удар за нос: щипаю его за задницу, из-за чего он подпрыгивает на месте и смеётся.

Пользуясь свободным положением, включаю песню Kiss and Make up в исполнении Dua Lipa, и сразу начинаю подпевать. Джейк подозрительно молчит, продолжая следить за дорогой. Я не была бы удивлена, если бы услышала недовольные вопли и просьбу переключить, но сейчас даже больше, чем ошеломлена, потому что его большие пальцы отбивают ритм на руле. Мои плечи расслабляются, ведь необходимость перепираться с ним отсутствует. Я качаю головой в ритм мелодии и встречаюсь взглядом с парнем в соседней машине. Его улыбка красноречивее всяких слов. Но она сменяется на презрение, когда его глаза обращаются за меня.

Бросаю косой взгляд в сторону Джейка, который, как оказывается, показывает ему средний палец.

– Господи, Уоррен, – смеюсь я. – Тебе сколько лет?

Джейк окидывает меня насмешливым взглядом.

– Не больше твоего.

– Не будь ребёнком, никто не отбирает твою машинку.

– Не будь ребёнком, я не подергаю тебя за косичку, – довольно двусмысленно говорит он. – Хотя, может и подёргаю. Не при всех, конечно.

Он опускает солнцезащитные очки, но даже сквозь них вижу, как парень лукаво подмигивает.

В супермаркете он берёт тележку и выглядит с ней забавно. Не уверена, что он вообще ходил по магазинам так, как сегодня. Сейчас он самый что ни на есть папочка, который шныряет по полкам и несколько минут выбирает между разноцветными коробками. Со стороны всё смотрится мило, и я бы обратила на него внимание, если бы тоже бродила между полок. Джейк излучает какую-то особенную энергию, что-то вроде мужчины с книгой в метро: смотрится до умопомрачения сексуально. Я продолжаю наблюдать за ним со стороны, когда взгляд парня пробегается по составу, а следом он поднимает голову и смотрит в мои глаза.

Показав две коробки, он улыбается:

– Дерьмо, я беру обе, буду уделываться хлопьями на завтрак.

Качаю головой и переключаюсь на полки перед собой, с которых стягиваю парочку коробок с крупой.

Наша тележка быстро заполняется, и я не уверена, что мы купили необходимое, потому что основное её составляющее всякая дрянь, которую мы с удовольствием хватали. Джейк берёт хлопья – я беру шарики Несквик, он берет мармелад – я выбираю палочки Покки и несколько пачек конфет Нердс. И так до бесконечности или до тех пор, пока мы не осознаём, что не взяли ничего для обычного приёма пищи, где, к примеру, нет сахара. Наша тележка ломится и трещит по швам, когда добавляются овощи и белки. Отныне нужно знать: перед тем, как ехать в супермаркет, нам жизненно необходимо составить список, потому что мы купим всё, кроме того, за чем действительно приехали.

Поездка в супермаркет не самая блестящая идея, потому что время пролетает незаметно, и когда мы возвращаемся в квартиру, родители Джейка сообщают, что сели в такси. Они настояли доехать самостоятельно, для меня это кажется загадкой, потому что, если родители прилетят – я тоже, но к аэропорту и на машине.

Каждая последующая минута заставляет меня нервничать ещё больше. Ещё немного, и начну ползать по стенам, рвать последние волосинки на голове и искать яд, лишь бы не мучиться. Джейк всё это время без капли волнения нарезает овощи, слушая телевизор.

– Если ты продолжишь стучать пальцами по столешнице, оставишь трещины и дыры.

Мой взгляд падает на руки, где замерли пальцы.

– Ты говорил, что они любят выходить из дома и ужинать в ресторане.

– Да, но там я могу уйти, а из квартиры уходить некуда.

– Уйти? – хмурюсь я.

– Да, с наступлением момента, когда мне начинают читать нотации.

Он поднимает голову, нож в его руках замирает.

– Я похож на того, кто будет слушать наставления со стороны?

– Ты похож на засранца, который вообще не видит, кто перед ним.

– Никто не будет указывать мне, что я должен делать и как жить. Родители тоже входят в их число.

Я вздрагиваю со стуком по двери, а на лице Джейка появляется лучезарная улыбка.

– На то, как ты нервничаешь, можно смотреть бесконечно. Я уже начал сомневаться, что ты умеешь волноваться.

Я не нахожу ничего, что можно бросить ему в голову, кроме ножа, но пока Джейк вполне устраивает меня живым. Ладно, время от времени я желаю его прикончить, и готова самостоятельно расчленить по частям. В школе мне нравилась биология, без сомнения, я справлюсь, даже сделаю раствор, в котором он растворится и скроет улики.

Первое, на что натыкается мой взгляд – ореховый оттенок глаз женщины, которая даже после полёта выглядит на сто баллов. Нет смысла спорить, что она не ухаживает за собой. Я могла бы утверждать, что сейчас нас ждёт самый напряженный ужин со времён студенческой жизни, где главной героиней была не я, но явно преувеличу. Несмотря на внешность женщины голубых кровей, блеск в её глазах и морщинки в уголках, сопровождаемые самой тёплой и дружелюбной улыбкой, заставляют меня в ту же секунду поменять мнение. Ужин будет спокойный и в непринуждённой обстановке.

Она останавливается и осматривает меня с ног до головы, и вместе с этим, её улыбка становится ещё шире.

– Ты невероятная красавица, – говорит она.

– Это не Ребекка, мам, это горничная, – с самым серьёзным выражением лица, говорит Джейк, из-за чего глаза его матери вот-вот выпадут на пол. Удивление и на лице мужчины, который смотрит на меня с порога. Его зелёные глаза по наследству перешли к Джейку. Кстати говоря, к Джейку, которому я готова сейчас дать в нос кулаком.