Свет - Рейвен Кеннеди

Он фыркает и качает головой, но больше не высказывает сомнений.

– А что насчет Дролларда?

– Ты сам волен выбирать, как часто будешь там бывать. Но, как у истинного командира, обязанностей у тебя станет больше, а значит, и часто приезжать в Дроллард не сможешь.

– Хорошо, – говорит он быстро и нетерпеливо. И большего ответа мне не нужно, чтобы понять: я принял правильное решение – Райатт действительно готов.

Он показывает на Оза.

– Почему Оз или кто-нибудь из других ублюдков не получит эту должность вместо меня?

– Думаешь, кто-то из нас ее хочет? Черта с два! – Оз разражается смехом. – Лучше уж мы останемся твоими капитанами и будем сообщать тебе, когда ты обгадишься.

– Ну спасибо, – сухо говорит он.

– Значит, ты принимаешь должность? Официально? – для надежности уточняю я.

Он встает, и я встаю вместе с ним, и, к моему удивлению, он протягивает руку, и мы обмениваемся рукопожатием. Как же эта картина отличается от той, когда мы в последний раз стояли за этим столом.

– Спасибо.

Я киваю, и брат опускает руку, а я похлопываю его по плечу.

– Не облажайся.

Райатт закатывает глаза, но в этом жесте нет ни капли присущей ему язвительности.

– Знаешь, я ведь буду приставать к тебе по поводу любых твоих решений, которые могут отразиться на армии, – предупреждает он меня.

– О, я в курсе, – ухмыляясь, говорю я.

Еще одна причина, благодаря которой я знаю, что сделал верный выбор. Райатту это нужно – нужна его собственная личность, его собственная цель, и это мне показала Аурен. Я должен был предоставить ему эту возможность еще давным-давно.

В ту же минуту раздается стук в дверь, и Оз, громко топая, идет ее открывать. Вижу, как один из гонцов передает запечатанный пузырек, отдав Озу честь, и тот его отпускает.

– Что там? – спрашивает Райатт.

Оз откручивает крышку и вытаскивает свиток, а потом протягивает его мне.

Я быстро его разворачиваю, пробежавшись взглядом по содержимому, и у меня сводит живот.

– Черт!

– Что случилось? – резко спрашивает Озрик хриплым голосом.

– Одна из шахт. Твою мать, она рухнула.

Они с Райаттом вытягиваются в струнку.

– Которая?

Я отрываю взгляд от послания, едва сдержавшись, чтобы не смять его в кулаке.

– Нефтяная.

Оз чертыхается:

– Черт возьми, как вовремя.

– Слишком вовремя, чтобы это было совпадением, – негодует Райатт, глядя на меня. – Что будет со сделкой с Первым королевством?

– Провалится, если в порту не будет нефти, когда прибудут его корабли, – рычу я ответ.

– Мы сможем доказать, что это был саботаж? – спрашивает Оз.

– Бригадир уже этим занимается.

– Это плохо, – говорит Райатт и проводит рукой по лицу. – Что, черт возьми, с ней такое? Королева Кайла никогда раньше так на тебя не давила.

Моя гниль колет и извивается под кожей, корни дергаются под челюстью и хотят вонзиться в руки.

– У нее появился шанс сделать нас слабее, и она им пользуется.

Я засовываю послание в карман и иду к двери. Райатт снова надевает шлем, и они с Озриком следуют за мной. Как только мы оказываемся на улице, шум на базе усиливается, а нос чует запах дыма от кострищ.

Я знаю, что вместо свежего мяса, приготовленного на огне, солдатам, наверное, приходится довольствоваться походной кашей. Мне повезло, что они верны мне и своим капитанам, иначе драк и брюзжания было бы не избежать. То, как они сладят со сложившейся ситуацией, станет настоящим испытанием их верности.

Солдаты, расхаживающие вокруг, обходят нас стороной, но чаще уважительно кивают, чем настороженно и раздраженно смотрят. Наверное, потому что я всем повысил плату. Но если шахты на другой стороне тоже обрушились…

Будем решать по одной проблеме зараз.

Как только мы добираемся до загона, где содержат несколько лошадей, к нам галопом приближается другая лошадь, и из-под ее копыт разлетается грязь. Завидев нас, всадник резко ее останавливает и почти спрыгивает. Я мгновенно настораживаюсь, и мы с Озом и Райаттом останавливаемся, когда человек спешно направляется ко мне. По его форме сразу понимаю, что это один из стражников в замке.

– Сир, – говорит он, подбежав с раскрасневшимся лицом. – Возникла проблема.

Мои плечи сковывает напряжение.

– Что случилось?

– В саду было совершено нападение на женщину.

Все во мне обращается в хаос: в ушах раздается резкий гул, в груди стучит, а из глаз будто сыплются искры.

– Леди Аурен? – В голове проносится миллион мыслей, но стражник качает головой.

– Нет, сир. Леди Рисса.

Озрик резко вскидывается.

– Что? – рычит он. – Что, черт возьми, ты имеешь в виду, говоря, что на нее совершено нападение?

Большинство людей испугались бы, столкнувшись с яростью Озрика, но этот мужчина держится стойко.

– Ей нанесли удар кинжалом, сир. Стоявшие на дозоре стражники нашли ее и еще одного стражника со смертельными ранами.

Озрик отпихивает стражника и вскакивает на своего коня прежде, чем я успеваю осмыслить сказанное.

Мы с Райаттом бежим к нашим лошадям и мчимся в замок, пытаясь не отставать. Втроем мы возвращаемся за рекордно короткие сроки, оставив лошадей в подворье. Когда мы бросаем поводья погонщикам, Оз уже выходит через боковую дверь и бежит кратчайшим путем к садам.

Как только мы оказываемся в замке, я чувствую несомненное потрясение в воздухе. Слуги, сбившись в кучки, шепчутся и быстро разбегаются, завидев нас.

Когда мы выходим в сад, то видим, что он освещается сильнее обычного – в землю воткнули дополнительные факелы, а пространство заполняют дюжины стражников.

– Где она? – гаркает Озрик на первого попавшегося стражника.

– Сюда, Оз! – Он резко поворачивает голову на зов Уоркена, и мы втроем бежим мимо кустарников, топчем цветы и траву, пока не добираемся к центру сада, где журчит фонтан.

Здесь стоят Уоркен, Исали и Барли. Даже Кег стоит возле фонтана, и у всех мрачные лица. Они стоят над телом павшего стражника, и нам приходится их обойти.

Я встаю рядом с ним на колени. Над ним навис один из лекарей в замке и осматривает рану на горле юноши. У лекаря на руках кровь, а еще больше осталось на траве. Слышу, как Райатт бранится себе под нос.

– Где… – Озрик осекается, когда люди смещаются, и его взгляд падает на лежащую за фонтаном фигуру.

Я вижу только края белой юбки и босую ногу, а сброшенная туфля валяется в футе от тела.

Оз летит к