Укроти меня, или Грани возрождения - Леси Филеберт

Калипсо рассмеялся и почесал за ухом песца, который не стал уворачиваться и даже еще раз довольно махнул хвостом.

— Откуда он у тебя? — заинтересованно спросил Калипсо.

— Да прибился ко мне однажды…

— При каких обстоятельствах?

— Давно дело было… Мы тогда с Элизабет умотали отдыхать после свадьбы, у нас был медовый месяц, — с мечтательной полуулыбкой произнес Эрик. — Ну, отдохнуть нормально, по-человечески, как ты понимаешь, у нас с Элли особо не получилось. Точнее, я очень старался именно отдыхать, но обстоятельства и моя любопытная супруга оказались сильнее моего желания просто отдохнуть и расслабиться… В общем, мы оказались втянуты в расследование одного дела, в результате которого ко мне привязался этот песец. Так он со мной и остался с тех пор. Нелюдимый, но меня очень любит и часто приносит нам то дохлых мышей, до птиц, то змей. Другие люди после медовых месяцев детей заводят, а я вот завел… песца, — с непередаваемой самоиронией произнес Эрик.

— Расскажешь подробности? — глаза Калипсо загорелись огоньком любопытства.

— История длинная*…

— Да нам вроде некуда торопиться… дружище, — подмигнул Калипсо.

[*примечание автора: о том, как у Эрика появился песец, какое дело они тогда расследовали с Элизабет, и почему их медовый месяц накрылся медным тазом мы узнаем из моей новой истории «Стоять, бояться! Инквизиторы на отдыхе»; кто на меня подписан, тот получит уведомление о книжке, когда она появится на моей странице]

Эрик хмыкнул и открыл было рот, чтобы начать рассказ, но тут их прервал оглушительный вопль Заэля:

— Кэл, мать твою!! Что за заклинание ты шепнул на ушко своей драгоценной принцессе?!

— А что не так?

— Угадай с одного раза, что не так, — процедил сквозь зубы яростным вихрем ворвавшийся на кухню Заэль.

Калипсо обернулся и с непроницаемым выражением лица уставился на грозу Армариллиса, на Первого Арма, длинная коса которого сейчас сверкала ярко-розовым цветом.

— Эта краска не смывается просто так, черт возьми! — негодовал Заэль, держа в руках кончик своей длиннющей ядрено-розовой косы и помахивая ей на манер хлыста. — Твоя дочурка наколдовала мне красоту необыкновенную, и я сначала посмеялся вместе с ней, а потом смеяться расхотелось, когда попробовал кучу очищающих заклинаний. Они не работают, черт возьми. Ни одно из известных мне заклинаний очищения не работает в данном случае! Ты чем меня заколдовал, черт возьми? Это всё твои теневые фокусы, да? Расколдуй меня немедленно, или я за себя не отвечаю!

— Расколдую. Обязательно расколдую, — важно кивнул Калипсо, почему-то начиная пятиться.

И уже тише добавил:

— Когда придумаю нужное заклинание…

— Что?! — зло прошипел Заэль.

— Заклинание по перманентному теневому окрашиванию я придумал… а вот обратного пока что не существует, — ослепительно улыбнулся Калипсо, как бы ненавязчиво шагнув за спину Эрика, который сейчас меланхолично поглаживал запрыгнувшего к нему на руки песца.

Заэль тихонько зарычал, и белки его глаз опасно почернели, когда он шагнул ближе с явным желанием наподдать Калипсо как следует за такую выходку и заставить его вот прямо сейчас придумать формулу необходимого заклинания.

Неизвестно, во что бы переросла эта назревающая потасовка, если бы входная дверь в этот момент с грохотом не распахнулась пинком ноги.

— Я пришел! — очень громко воскликнул мальчишка, стоящий на пороге. — Я вернулся! Я пришел, и я нашел себе друга!

Мальчик лет шести выглядел сейчас самым счастливым мальчишкой на свете. Темноволосый и сероглазый, он сиял своей широкой улыбкой, в которой не хватало одного недавно выпавшего молочного зуба.

— В каком смысле — друга? — напряженно произнес Калипсо, в шоке уставившись на то, что именно его сын держал в руках.

— Па-а-апа! Здесь в соседнем лесу я нашел одного одинокого щенка, он будет жить с нами! — мальчик потряс в воздухе тем, кого он крепко держал в руках. — Я его уже так люблю, папа!!

Все присутствующие в какой-то замогильной тишине уставились на «собачку» в руках мальчика. Вот только это была не собачка. Совсем не собачка. Вообще не собачка!!

— Бéстиан, солнышко мое нежное, выстави, пожалуйста, эту прелесть из дома, пока она тебя не покусала смертельно, — ласково попросил Калипсо, с опаской подойдя к сыну. — Это же… дилмон, — сдавленным голосом закончил он, словно бы сам себе не веря.

В руках Бестиан действительно держал самого настоящего дилмона: очень опасную нечисть, способную за считанные минуты выпить всю магию из волшебника. Выглядел дилмон как довольно жутковатое существо с очень крепким непробиваемым панцирем, тысячью маленьких ножек, как у сороконожки, только намного больше, с несколькими усиками-глазками и с щупальцами-присосками, которыми нечисть обычно и впивается в волшебника, чтобы выпить из него всю магию.

Смертельно опасная тварь тем временем брыкалась, пытаясь вырваться из стального захвата мальчика, но у нее ничего не получалось. Тогда тварь попыталась своими усиками впиться в руку мальчишки, но тот шлепнул дилмона по жгучему усику, и тварь тут же поникла и безвольно повисла в стальных объятьях.

— Дилмон — это такая порода собачек? — с искренним интересом спросил Бестиан.

— Ну… почти… — неуверенно пробормотал Калипсо, задумчиво почесывая подбородок и лихорадочно соображая, что же ему делать.

— Ага, дикая собачка, — нервно усмехнулся подошедший Ильфорте. — О-о-очень дикая…

— Я буду его дрессировать! — уверенно заявил Бестиан.

— Дорогой мой, дилмоны не поддаются дрессировке, — начал было Калипсо.

Но Бестиан самоуверенно задрал вверх подбородок и гордо произнес:

— А у меня будет первый ручной дилмон на свете!

— Солнце мое ясное, дилмон — настолько дикая собачка, что…

— Пап, я же сказал, что это мой друг, и он будет жить с нами, — не терпящим возражения тоном произнес мальчишка, поглаживая панцирь дилмона так, будто нежно котика наглаживал. — Друзей не бросают! Фéся поведал мне о том, как ему грустно одному в лесу…

— Феся? — слабым голосом произнес Калипсо.

Бестиан важно кивнул и продолжил увлеченно тараторить:

— Феся чудесный! Он такой ласковый! Я его уже так люблю, пап! — эмоционально добавил мальчик и звонко чмокнул дилмона в панцирь. — Пап, а почему у нас такие классные собачки не водятся? Феся сказал мне, что он пытался пройти в наш Илунарисс, но у него ничего не получилось! Он сказал, что ты ему не разрешаешь это сделать, и ни одна собачка к нам пройти не может! Папа, мне кажется, это нечестно! Ты поступаешь очень некрасиво!

— Погоди… Откуда ты это всё узнал?

— Так Феся сказал же, — пожал плечами Бестиан и посмотрел на папу, как на полного идиота, мол, что непонятного?

— Он понимает язык нечисти, — ахнул Ильфорте, аж руку прижав ко рту от удивления и с диким интересом уставившись на своего внука.

Бестиан тем временем опустил дилмона на пол, погладил его головке и радостно так произнес:

— Вот, посмотрите, какой он славный, какой хорошенький! Феся, слушать меня! Феся, рядом!