Для вкуса добавить карри, или Катализатор для планеты - Лина Мраги

Осталось придумать, где взять полую иглу или из чего приспособить. «Может, крупные перья или трубчатые кости?» – думала я, застыв столбом и держа перед глазами эту кухонную принадлежность. Тихий голос в голове прошептал: «Колючки мирга… Сухие они очень твёрдые и по размеру подойдут». Я закрыла глаза и мысленно прошептала: «Спасибо, Тан! Выручил! Это именно то, что нужно!»

Искать мирг не было необходимости. Это растение часто использовали вместо заборов. У него вырастали очень острые колючки и притом на одном кусте самых различных размеров. Когда я увидела эти жуткие заросли в первый раз, то обратила внимание именно на колючки. Они сразу напомнили мне медицинские иглы, так как имели утолщённое, продолговатое основание, будто ножку, и длинное остриё с дырочкой. Мирг был опасен не столько иголками, сколько соком, который из них выделялся. При попадании в царапину от самой колючки, как мне рассказывали, было очень больно, но не смертельно, конечно. Во дворе у Балмаара как раз рос большой куст мирга, который огораживал одну сторону от соседей.

Я выскочила на воздух. Уже вечерело, ветер утих, и красный закат полыхал над морем. «Как там Максик? Изойдётся же от любопытства! Мы в гуще событий целый день, а он там один изнывает. Может, хоть Бумер его немного отвлечёт?» – попыталась я себя успокоить, ведь чешуйчатый и лохматый давно нашли общий язык.

Изодрав любимую серую тунику и исколов в кровь руки, я наломала-таки острых, длинных иголок. К моменту, когда прокипятился шприц и был полностью готов к употреблению, Дайк сварил и остудил противоядие. Осторожно втягивая, я набрала около половины и, толкнув поршень, выпустила воздух. Работает! Осталось всё это ввести, не отправив пархонта к Хранителю уже моими усилиями.

Колоть в вену я немного умела. Не медсестра, конечно, но пока папа болел, несколько раз приходилось. В основном за ним ухаживала моя старшая сестра, но я тоже помогала, чем могла. Мы с Дайком вошли к умирающему. В комнате находился ещё только один человек, тот самый, с которым за обедом разговаривал Дайк. Он сидел у изголовья кровати и вытирал со лба пархонта проступающие капли пота. А тот был уже совсем плох.

Я заперла дверь, велела мужчинам держать его, чтобы не дёрнулся ненароком, и приступила к процедуре. Вены у пархонта были великолепные. Когда я их увидела, то облегчённо выдохнула: «В такие – точно попаду!» Минут через десять всё было сделано: колючка не сломалась, чего я очень боялась, противоядие я ввела всё, оставалось только ждать и надеяться, что это поможет. Вытянув шприц, хотя эту конструкцию назвать шприцем можно было с большой натяжкой, и зажав место прокола чистой тряпочкой, я согнула больному руку и попросила Дайка подержать так некоторое время.

Помощник поочерёдно посмотрел на нас и прошептал:

– Никогда такого не видел…

Тон-в-тон Дайк ответил:

– Я тоже.

Ночевали мы прямо в этой же комнате. Так как отравление было на лицо, Дайк и личный помощник решили пока к пархонту никого не допускать. Отравитель ведь не пойман, и кто им может быть – неизвестно. Балмаар принёс мне раскладушку, а Дайку с помощником, кстати, звали его Инван, и в мыслях я сразу окрестила его Ваней, по соломенному тюфяку. Сам же городской глава, продолжая причитать, отправился размещать остальных.

Глава 5

Дайк разбудил нас под утро. Рассвет ещё только-только занимался, и в комнате было довольно темно. Первые лучи еле пробивались сквозь полуприкрытые ставни. При свете нескольких ламп в шесть глаз мы уставились на пархонта, и было похоже, что он спал, просто спал. Бледное лицо, но уже без зелёного оттенка, лунки ногтей обычного, нормального цвета и жара у него тоже не было.

– Всё, я поехала домой. Уже видно, что противоядие сработало, а вы тут и без меня управитесь.

Дайк улыбнулся и кивнул, а Инван проводил долгим, пристальным взглядом. Моя кобылка так всю ночь и простояла под седлом на конюшне Балмаара. Я похлопала её по холке и погладила по дымчатой морде:

– Загостились мы тут, красавица моя, давай-ка домой двигать, а то Макс и Бумер нас ждут не дождутся, – и вскочила в седло.

А вот Макс был зол как все черти ада! Давно я не видела ангалина в таком взвинченном состоянии. Как только я открыла дверь, волчонок бросился навстречу и, царапая острыми когтями кожу, попытался влезть повыше, прямо на грудь. Я и так уже была расцарапана колючками мирга, а тут ещё и мой любимец добавил. Ящера носило по комнате так, будто в одно место ему вставили мотор! Он сверкал зелёными глазищами, в которых проглядывали красноватые прожилки, золотые молнии мелькали на шкуре и его быстрые, почти неуловимые движения не оставляли никаких сомнений – сейчас что-то будет!

– Явилас-с-сь?!! – взревел он, высоко подпрыгнув.

Я вжалась спиной в дверь, прижимая скулящего и уже такого тяжеленного Бумера.

– Ты!!! Да ты!!! – он даже задыхался.

– Макс, послушай… Успокойся… – попыталась я что-то пропищать.

Но говорить было бесполезно. Его прорвало.

– Я тут кто?!! С-с-смотритель за козой?! С-с-стряпуха?! Или домашняя прис-с-слуга?! Вы бросили меня! А с-с-сами исчез-з-зли! Ты бросила!!! Что проис-с-сходит?! Ты ничего не рассказала!

– Макс, ты же знаешь… Я не успела…

Он метался по комнате, задевая хвостом то стол, то лавки, и от этих звуков я невольно вздрагивала. Потом зачем-то рванул на кухню и оттуда донёсся грохот. Через секунду вылетел, держа хвосторукой котелок с горячей водой.

– Да я тут уже дес-с-сятый раз-з-з чай для вас-с-с завариваю! Только тебе вс-с-сё равно!!! – и, швырнув котелок в стену, бросился в подвал.

– Макс! Постой! Не убегай! – но его и след простыл.

Целую зиму всё было достаточно спокойно. Никаких серьёзных конфликтов между нами не возникало, и я радовалась, что ужиться вместе оказалось несложно. Мы же прекрасно ладили все эти месяцы! Но как ни крути, а вспыльчивый характер Макса всё-таки дал о себе знать, чтобы я так не расслаблялась, наверно.

– Ну что, Бумер? Будем ждать, пока наш Максик успокоится и остынет. Похоже, напугал он тебя, малыш?

Волчонок ткнулся в меня мордой и вылизал ухо.

Несмотря на предыдущий насыщенный день и беспокойную ночь заснуть я так и не смогла, хотя честно пыталась. Погода была хорошая, и, прибравшись в доме после буйства ангалинской психики, а также на конюшне, мы с Бумером спустились к морю. Вот там, сидящей на