Прости и спаси - Наталья Шагаева

— Добрый вечер, Вероника, — вновь с укором повторяет мое имя, а я кусаю губы, прячась под огромным зонтом. Нужно что-то сказать, завязать непринужденную беседу, а я не знаю, с чего начать. Я вообще не понимаю, о чем говорить с этим мужчиной. Киваю Виталию и нервно тереблю ручки сумки. Мужчина загадочно улыбается и жестом руки предлагает пройти к машине. Он галантно открывает для меня двери, помогает сесть, сам обходит машину, садится за руль.

— Надеюсь, вы любите итальянскую кухню, я заказал нам столик в «Сорренто», — непринужденно сообщает он, заводит двигатель и выезжает cо стоянки, а я просто киваю, осматривая салон машины. Здесь тоже все идеально, ни одной пылинки, пахнет холодным парфюмом и кожей. — Вы всегда такая молчаливая? — интересуется Виталий, заполняя неловкое молчание. Α я не знаю, какая я. Я не встречалась раньше ни с кем, кроме Марка. Но на свиданиях с мужем я постоянно хохотала, поскольку он всегда смешил меня. На самом деле я борюсь с желанием сбежать домой. Ведь встречи с мужчиной обязывают к близости, и дают ему повод понять, что я готова сблизиться. А я не готова!

— Спасибо за цветы, — произношу я.

— Это намек или упрек? — усмехается Виталий.

— Это простая благодарность за розы.

— Ну хорошо, намек понял, — Виталий резко тормозит, возле торгового центра. — Я недолго, — усмехается, выходит из машины и скрывается в центре. Ничего не понимаю, какой-то странный разговор. Надеюсь, Виталий адекватный или я разучилась понимать мужчин. Проходит пятнадцать минут, и Виталий садится в машину с букетом из розовых роз, упакованных в красивую бумагу.

— Для прекрасной женщины, которая покорила меня своими глубокими, но почему-то всегда грустными глазами, — произносит он, вручая мңе цветы.

— То есть это не вы сегодня прислали мне бордовые розы? — спрашиваю я.

— Нет, — Виталий заводит двигатель и продолжает путь.

— Извините, так неловко вышло, я совсем не напрашивалась на цветы, я просто думала… — пытаюсь оправдаться, потому что становится неловко. Боже, какая я дура! Тогда кто прислал мне цветы?! Становится не по себе, в голове сразу возникает текст на открытке, и по спине бежит неприятный холодок. Со мной происходит что-то странное и необъяснимое. Письмо со стихами, отражающими мое душевное состояние, цветы с посланием, и уже несколько раз мне звонил незнакомый номер, и кто-то молчит в трубку, а қогда я перезваниваю, автоматический голос сообщает, что телефон недоступен.

— Вероника, вы меня слышите?! — приводит меня в себя Виталий, и я вздрагиваю, когда мужчина прикасается к моему плечу. Я настолько ушла в свои мысли, что не заметила, как мы припарковались на стоянке ресторана. Господи, чувствую себя героиней дешевого фильма ужасов. У меня паранойя!

— Что? Простите, я задумалась.

— Я заметил, с вами все в порядке?

— Да, все хорошо, — натянуто улыбаюсь и отвожу взгляд. И вроде, приятный заботливый мужчина, а мне с ним не по себе, и глаза у него пугающие, кажется, что смотришь в бездну. Виталий выходит из машины, открывает для меня двери и протягивает мне руку. Оставляю букет на панели, опираюсь на его руку и выхожу из машины, в глаза бросаются круглые белые шрамы на его руке, словно об него тушили окурки, вдавливая горящею сигарету. Виталий так и не отпускает мою руку, сжимает ладонь, щелкает брелоком, блокируя машину, и ведет меня в ресторан.

Прислушиваюсь к себе — что я чувствую? Теплая, мягкая ладонь и больше ничего. У Марка были шершавые ладони, и я трепетала, когда он брал меня за руку в наши первые встречи. Мы сплетали пальцы и ходили вместе как подростки, а когда он подарил мне кольцо, то все время его поглаживал на моем пальце. Боже, зачем я их сравниваю?! Виталий — не Марк! Мне нужно вычеркнуть его из своей жизни и начать все заново. Мы проходим в небольшой, но очень уютный итальянский ресторан. Я не была в этом месте, ресторан открылся недавно и славился не только прекрасной кухней и настоящим итальянским шеф-поваром, но и баснословными ценами. Но если у тебя есть деньги, то это стоит того. Достоинство этого ресторана — дровяная печь из камня, в которой выпекают настоящую итальянскую пиццу.

Нас встречает милая блондинка, которая общается с Виталием так, словно он постоянный гость этого заведения. Девушка мило улыбается, кокетничает, привлекая к себе внимание и недовольно стреляет голубыми глазками в мою сторону. Α меня забавляет эта сцена, выглядит так, словно я увела у нее Виталия.

Мы заказываем пасту с креветками в винном соусе, Виталий сам выбирает вино, а я отмечаю, что он неплохо разбирается в этом напитке.

— Так что вы говорили мне в машине? — сама завязываю разговор, буквально через силу заставляя себя присмотреться к этому мужчине.

— Я предлагал перейти на «ты» и негодовал, от того что кто-то ещё дарит тебе цветы.

— Ну раз вы уже перешли на «ты», получается мой ответ вам не нужен, — усмехаюсь я, пытаясь флиртовать. Надеюсь, это выглядит не глупо.

— Всегда надо брать все в свои руки, Вероника, — мужчина салютует мне бокалом, и я отмечаю, что улыбка не трогает его глаза, они остаются холодными. Виталий не прекращает смотреть на меня, следя за каждым жестом. Вот я отпиваю вина, а его взгляд падает на мои губы, ставлю бокал на стол, прокручивая его, а он осматривает мои руки и все с сексуальным подтекстом, с блеском в холодных глазах. Мы взрослые люди и это нормально, но, как оказалось, я к этому совсем не готова.

— Прекрати так произносить мое имя.

— Как «так»? — спрашивает Виталий, тоже покручивая бокал в руках, играя напитком.

— Будто упрекаешь, что я тебе солгала в первую встречу, — допиваю вино, пытаясь расслабиться.

— Это не так, я просто пробую твое имя на вкус и с каждым разом оно раскрывается все больше и больше, как этот напиток. — Он умеет красиво говорить, была бы я не разочарована в мужчинах и не знала, что слова ничего не значат, наверное, бы повелась на красивые речи.

— Виталий, давайте откровенно, — произношу я, набирая в легкие воздуха. Χочется расставить все точки, и не вводить мужчину в заблуждение.

— Не думал, что мы так быстро перейдем к откровенному, но я не против, — усмехается мужчина.

— Я серьезно, — прекращаю улыбаться и с лица Виталия тоже сползает улыбка. Мужчина кивает, и жестом руки указывает официанту наполнить мой бокал. — Знаете, два года назад я пережила довольно болезненный развод, отголоски которого до сих пор не дают мне спокойно дышать. Поэтому я не готова вновь кинуться в омут с головой. Я согласилась на этот ужин, что бы напомнить себе, что жизнь продолжается. Мне приятно ваше общество, но не более, пока я не готова к более близкому общению. Я пойму, если вы больше не захотите со мной встречаться, — на одном дыхании произношу я и делаю глоток вкусного вина.

— Дело в том, что я вдовец, и думаю мой «развод» был более болезненный, чем ваш. Но я нашел в себе силы жить дальше, поэтому прекрасно вас понимаю, Вероника, — становится грустно, наверное, это страшно потерять любимого и знать, что его больше нет. Лучше знать, что человек живет и у него все хорошо, даже если вы не вместе и вам больно, чем похоронить свою любовь по — настоящему. — Поэтому, давай для начала станем друзьями. Кто-то сказал, что из крепкой дружбы рождается самая преданная любовь, — Виталий тянет кo мне бокал и мы чокаемся и отпиваем вина.