Соблазнительная месть - Кэт Шилд

– Спасибо за приятные слова.

– Я сказал их совершенно искренне. И наверное, именно сейчас настал момент, когда мне нужно сделать одно признание.

Лондон едва не вздрогнула, подумав о плохо продуманной идее приблизиться к Харрисону, чтобы затем подобраться к его брату. Ей еще предстоит придумать, как справиться с Тристаном.

– Какое же?

– Я использовал день рождения брата как предлог, чтобы снова увидеть тебя.

– Ого! Значит, ты не нуждаешься в услугах моего агентства?

Столько времени потрачено на подготовку этого мероприятия, и все впустую. Он, конечно, не первый клиент, у которого изменились планы.

– Наоборот. Мама обрадовалась, что всем займусь я и ей не надо об этом беспокоиться. Брат очень придирчив в некоторых вопросах, и лучше, если ему что-то не понравится, недовольство выплеснуть на меня.

– Ты еще не знаешь, что я запланировала, а уже думаешь, будто ему не понравится. – Лондон нахмурилась, но вдруг поняла, что не обиделась.

– Это совсем не то, что я хотел сказать. Я уверен, ты все прекрасно сделаешь. Просто Тристана трудно удивить. Так было всегда.

Лондон вспомнила, что Зои говорила нечто подобное о бывшем муже.

– Что ж, вызов принят.

– Ты не боишься трудностей. Я тоже. Поэтому мы хороши друг для друга.

Эти слова сильно взволновали ее, но радоваться по-настоящему мешало чувство вины перед подругами. Необходимо взять под контроль эмоции.

– Ты не считаешь, что два соперника, стремящиеся к победе, испортят все дело?

– Нет, если они вместе стремятся к чему-то. Если бы мы стали командой, не было ничего на свете, что мы не смогли бы совершить.

Ей пришлось напомнить себе, почему нужно с Харрисоном встречаться. Слишком сближаясь с ним, можно загубить задуманное. И если все это делает ее ужасным человеком, придется научиться жить с этим.

Харрисон смотрел, как его машину с номером 25 вкатывают в грузовик. Он был доволен вторым местом в гонках. До конца сезона оставалась еще одна гонка. В этом году он прочно занял третье место. И если ничего не испортит в следующие выходные, это место будет его.

Машина исчезла в грузовике, и он ощутил опустошенность. Когда заканчивались гонки и интервью с журналистами, он начинал ощущать сильную усталость.

– Ты молодец, – похвалил дядя. – Я немного волновался за тебя вначале.

Сегодня было необычно трудно. Сначала, чтобы сконцентрироваться на треке и машинах, пришлось приложить в два раза больше усилий, чем обычно. Мысли о Лондон и вчерашнем ужине отвлекали его. Ситуация исправилась после сотого круга, когда он полностью включился в гонку и подумал, что нужно выиграть, чтобы произвести на нее впечатление.

– Просто хотел сделать зрелище интересным. – Он хитро улыбнулся.

– И тебе это удалось. Дай знать, когда будешь готов ехать домой сегодня вечером. Мне бы хотелось уехать до полуночи.

– Вообще-то я уже договорился, меня подбросят до Чарльстона.

– Твоя новая подружка?

– Она не моя подружка. Пока.

Последнее слово вылетело случайно, выдав то, в чем Харрисон не признался даже себе. У него особый интерес к Лондон Макаффри. Что с ним творится? Два раза вместе поужинали, а он уже думает о серьезных отношениях. Между ними точно существует некая правильная связь, а инстинкты никогда до этого его не подводили.

– А ты уверен, что она тебе подходит?

У Харрисона засосало под ложечкой.

– А у тебя есть какие-то мысли на этот счет? Полагаешь, она мне не подходит?

– Я расспросил Дикси о ней.

– И?..

– Она выскочка, хочет подняться по социальной лестнице. Они с матерью безуспешно пытаются проникнуть в круг избранных чарльстонского общества.

– Какое это имеет отношение к тому, будем мы встречаться или нет? – Харрисон заранее знал ответ, но хотел, чтобы дядя это озвучил.

– Я переживаю, как бы она совсем не заморочила тебе голову.

– Потому что я не тот, кто ей нужен? – Он уж и сам это понял.

– До Линка Терстона она встречалась только с управленцами и специалистами. Не думаю, что она стала бы встречаться с профессиональным спортсменом, не будь он из старинного рода. Боюсь, они с Линком расстались из-за того, что до него наконец это дошло.

– Не думаю, что она настолько пустой человек. – Харрисон в глубине души надеялся на это. – И мы лишь начали ходить на свидания. Еще непонятно, к чему это приведет.

– Постарайся, так или иначе, разобраться с этим до открытия сезона в феврале. Мне не нравится, когда ты отвлекаешься во время гонок.

– Надеюсь, это не займет много времени.

Джек кивнул, и они разошлись.

Харрисон вернулся в фургон и быстро принял душ. Даже в прохладные дни в болидах жарко, температура достигает 130 градусов по Фаренгейту. Поскольку кондиционер, используемый в обычных машинах, весит слишком много, его нельзя поставить в гоночную машину. Водителя охлаждают при помощи специальной системы вентиляции. Но таким образом охлаждаются голова и ноги. В среднем гонки продолжаются три часа, и гонщику тяжело приходится без кондиционера.

Харрисон переоделся, взял сумку и отправился на встречу с Лондон и ее друзьями. Его заинтересовало то, что у Бо есть лицензия пилота, а Марибэль учится управлять самолетом. Ему понравилась эта пара. Их жизнерадостность хорошо дополняла сдержанность Лондон.

После разговора с Джеком Харрисон снова задумался, во что ввязался, начиная отношения с Лондон. Если это просто секс, то он неправильно себя повел с самого начала. Например, прошлым вечером проводил ее до номера. Он почувствовал, что она не против физического контакта. Но вместо того чтобы сделать с ней все, о чем фантазировал, он поцеловал ее в лоб, даже не разрешая себе поцеловать ее в губы, и с болью в сердце удалился.

Харрисону нравилось ощущать приятный прохладный вечерний ветерок. Он шел широким шагом, чтобы поскорее увидеть Лондон и услышать ее мнение о гонках. Серебристый внедорожник ждал его у ворот. Окно со стороны водителя было открыто, и он узнал профиль Бо. Тот улыбался и жестикулировал, разговаривая с пассажирами.

– Привет. Спасибо, что подвезете.

– Шутишь? – Бо поглядел на невесту. – Это малость, которую мы можем для тебя сделать. Спасибо за прекрасные выходные. Ты дал нам возможность все увидеть изнутри, и это потрясающе.

Харрисон открыл заднюю дверь и увидел Лондон. У него перехватило дыхание. Черт возьми. Эта женщина так красива. Сегодня она в черных брюках, бежевом свитере и джинсовой куртке. Волосы заплетены в нетугую косу, свободные пряди обрамляют бледное лицо. Приветливая улыбка заиграла на ее губах. Ему так хотелось их целовать.