Синдром властного негодяя - Катя Водянова

— Ты у меня тоже кое-что подглядывала, здесь один-один.

И подмигнул, самую малость улыбаясь краешками губ. Стены кухни будто сдавили со всех сторон и стало невыносимо жарко. А еще страшно от того, что сегодня предстоит ночевать в одной квартире с Денисом. Таким же, как утром, но при этом невыносимо другим. На контрольных и экзаменах мы, не сговариваясь, всегда садились рядом. Аня злилась на меня, хотя сама знала все на отлично, а если нет — то писала такие шпаргалки, что ни один преподаватель не мог ее поймать, Ирка и другие вроде как друзья Дениса косились на него, но никто и никогда не вмешивался в нашу с Дубровским молчаливую традицию быть рядом в сложные моменты. И не столько я к нему подглядывала, ну может раз или два за семестр, но чувствовала присутствие рядом, знакомый запах, слышала, как он тихо стучит носком обуви по полу, когда нервничает — и необъяснимо успокаивалась. От одной мысли, что если вдруг забуду правильный ответ — просто подсмотрю у Дениса.

— А сейчас — пойдешь? — он доел, убрал за собой тарелки и включил кофемашину. А потом вынул из нее чашку латте, которую протянул мне. Надо же, запомнил, какое кофе люблю.

— Нет! У тебя Маха.

— А по условиям договора не имеешь права отказывать.

Он чуть приподнял бровь, будто еще раз повторил: “А ты читала договор?”. Да, я такая дура, которая не читает то, что подписывает.

— Это попадает под пункт о недопустимости насилия! — сзади я упиралась в стол, отступать некуда. А этот… негодяй пользуется!

— Я же теперь не миллионер, не вожу дев по тайным комнатам, никакого насилия. Кстати, Маха заставила меня посмотреть этот фильм, теперь в курсе, чего ты от меня ждала.

Ой! Я отклонилась назад и бочком поплелась к двери, лишь бы отдалиться от Дениса. Он же сам отошел назад и сделал еще одну кружку кофе, темного и без сахара, как и пил в университете. Неужели мозговой червь все-таки ослабил хватку?

Я даже попыталась разглядеть его шею, но Денис заметил это и нахмурился. После тайком написала Ане в мессенджере с вопросом, не знает ли она о таинственном брате-близнеце Дена. У подруги хватало связей во всех возможных сферах, и ее мама вроде бы жила рядом со старшим Дубровским. Но Анька выяснила только о младшей сестре, которая сейчас в Штатах вместе с матерью, то ли четвертой, то ли третьей женой Павла.

Получается, я придумываю все эти различия между Денисом утренним и Денисом вечерним? Или нет?

Вот сейчас он сидит в гостиной, прикрыл глаза и слушает что-то из репертуара Джей Эм Фастера. Потом биты внезапно обрываются и на смену им приходит тот самый примитивный гитарный перебор, который играют во дворах. И слова тоже такие, "дворовые":

"Уехал парнишка на службу, не страша-а-ася конца. А младая девчонка не дождала-а-ася бойца…"

Денис остановил запись и сделал несколько пометок в блокнот, и пока он не успел заново включить прекрасное, я поспешила вставить вопрос:

— Тебе вправду нравится это слушать?

— Я помогаю им с текстами, — пояснил он. Моя челюсть отпала: ничего себе какой альтруизм! И где же результат? Не в "младой девчонке же"? Ден заметил это и пояснил: — да, до этого они были ещё хуже.

"От души прямо в сердце, ваши Жека Шустрый и Ратмир. Не грустите, пацаны, нормальных девчонок все равно больше" — закончили они, после вновь включился рэп. А ребята, оказывается разножанровые исполнители.

— Понимаешь, это же уличная музыка, превалирование формы над содержанием и посыла над ритмикой и художественной ценностью текста, — Ден будто бы застеснялся своего хобби, но по мне так здорово же. Червоточина делает яблоко даже на вид натуральнее, а человека — естественнее. Так что любовь к уличной музыке — большой плюс для Дубровского. Теперь рядом с ним чувствую себя увереннее. Да. Вот с таким неидеальным Деном я бы даже на свидание сходила.

— Понимаю, — поддержала я. — У каждого должна быть отдушина, что-то такое, что делаешь с удовольствием.

— Да, — отрезал он, захлопнул блокнот и встал. — Но это не тот случай. Сегодня нужно пораньше лечь: завтра тяжёлый день.