Аристократ для пышечки - Тиана Раевская

Пора бы уже собираться. Лед на глаза положить что ли? Не стоит ему видеть ее такой. Спускается на кухню. Там мама. Подкарауливала?

— Влюбилась?

Таня отмахивается. Не сейчас. Ее совсем не тянет на исповедь.

— Мам, отстань.

— Валера просил приглядывать. Это Воронцов?

Ну вот зачем? Она не ребенок уже чтобы нянчиться с ней всей семьей.

— Нет, мама, не влюбилась, ни в Воронцова, ни в кого-то другого.

— Ну-ну, — мама складывает руки на груди, — когда ты последний раз пела такие песни?

Таня отмахивается. Да что ж такое?

— Мне теперь и петь нельзя в своем доме? Просто душа требует любви — вот и слушаю песни о ней, — объясняет она, как маленькому ребенку, специально выбирая подобные интонации.

Маму не проведешь. Она скептически приподнимает бровь и показывает на глаза, мол от этого не плачут.

— Неправда! Когда нет любви, а хочется, то можно и поплакать. От зависти, например. Маша да Ника нашли своих принцев, а я даже сталевара не могу найти!

Мама опешила.

— Кого? Сталевара? Дык откуда ему тут взяться? — она явно не понимает свою дочь. — А давай ты к бабушке съездишь в Магнитку, может, и найдешь там сталевара.

Таня срывается и начинает громко хохотать. До слез. Допрыгалась — истерика.

Мама наливает в стакан воды и капает свои капельки успокоительные.

— Я надеюсь, они без спирта, мне ещё за руль.

— Пей давай, найдешь еще принца, не старуха. Хочешь с конем, хочешь без. А хочешь, сталевара на белом коне?

Теперь они вместе смеются и настроение чуть-чуть приподнимается.

Это дает ей силы собраться и поехать к нему.

Андрей целует в щеку и ведет себя так, будто вчера ничего не произошло. С одной стороны, ее радует — не нужно объясняться, просто подыграть; с другой, бесит, потому что она опять никто.

Воронцов садится в машину.

— Пока тебя не будет, мои действия? — Таня выбирает деловой тон. Так легче пережить его равнодушие.

— Пока ничего. Ждешь меня.

По пути возникли пробки из-за ремонтных работ на трассе, поэтому в аэропорт приехали с опозданием. Регистрация подходила к концу. Андрей сразу направился туда. Скоро объявят посадку.

— Успели, — раздался над ухом его голос, — еще немного и пришлось бы остаться.

Как только он это сказал, объявили окончание регистрации. Следом и о начале посадки.

— Кажется, мне пора. — Андрей взял ее за плечи. Прикосновение снова взволновало ее, в отличие от холодного поцелуя при встрече.

Он долго смотрел ее в глаза, волнующим взглядом, пронизывая насквозь. Она замерла, и ее сердечко тоже. В надежде на что?

— Спасибо за все. Ты провела большую работу, я бы один не справился. — Провел тыльной стороной ладони по ее щеке. Чисто рефлекторно Таня потянулась за лаской и потерлась о его руку, словно котенок. Сама не поняла, что сделала. Глаза мужчины потемнели, из горла вырвался приглушенный стон.

— Не могу улететь, не сделав этого, — не своим голосом произнес Андрей и притянул ее к себе очень близко. Их глаза встретились в тот же момент, что и их губы.

Время остановилось. Вокруг не было никого. Только они во всем мире.

Губы были невероятно нежными и мягкими. Именно такими, как она представляла. Они будоражили и успокаивали, дразнили и обещали.

Фейерверк. Самый настоящий. Никогда не думала она, что так может быть. Множество ярких разноцветных вспышек перед глазами. И ощущение полета, который не должен заканчиваться, он должен длиться всю жизнь! Андрей тоже не выпускает ее из рук.

— Продолжается посадка на рейс номер SU-1153 Компании «Аэрофлот» Геленджик — Москва… — В их вакуум врывается громкий голос диспетчера.

Она не хотела ничего слышать, но сознание медленно и верно возвращалось на свое место, вызывая панику.

Это конец! Назад пути нет. Теперь она не сможет его забыть и горько-сладкий вкус поцелуя останется с ней.

Таня отстранилась, а Андрей очень тихо застонал. В его глазах она увидела, что необычные чувства обуревают не ее одну. Но он выпустил ее из рук и начал двигаться назад, не сводя с нее глаз до последнего. Потом что-то шепнул, показалось: «скоро вернусь».