Понты и пуанты - Светлана Кондр

Андрес подошел ко мне и ласково приобнял, играя в идеального мужа.

- Все благодаря вам, - ответил он.

Дмитрий Викторович искренне улыбнулся и похлопав Андреса по плечу, произнес:

- Молодцы! Ну идите отдыхайте. Хотя Андрес, постой…

Они остались что-то обсуждать, а я пошла к своей гримерке, неся охапку цветов. Проходя по коридору, Андрес догнал меня и дернул на себя.

- Тебе не стыдно?

Я откинула его руку и подошла к двери, с такой же табличкой как и у Андреса - «А. Ортега». Когда-то я мечтала об одинаковых табличках, которые должны были стать символом, подчеркивающим наше единство. Теперь же она олицетворяла мой приговор, тянущий меня на дно и портящий мне настроение. Как только мы разведемся, я сменю её на старую, и вновь верну отцовскую фамилию.

- Андрес, что тебе ещё от меня нужно? – мы прошли в мою гримерку и я присела на стул. Положив цветы на стол, я аккуратно наклонилась и стала развязывать пуанты, не взирая на боль в ребрах.

- Чтобы ты перестала меня позорить, - проорал он и стукнул по столику, где располагался мой реквизит и косметика. – Зачем ты пригласила на выступление своего любовника? Чтобы выставить меня дураком?

- Мы с тобой уже всё решили. И этот парень здесь оказался случайно. Клянусь тебе - я не знала, что он будет на выступлении, - уставшим голосом ответила я, стараясь не показывать свой страх перед ним.

- Амелия, это ты все решила, а не я, - он стал ходить по тесному помещению, держась за свою голову. - И я постараюсь помешать нашему разводу. Его не будет.

- После того, что ты вчера сделал, я больше не хочу, чтобы что-то было между нами. Ты обещал меня больше не трогать, а сегодня, по твоей вине, я с трудом исполняла партии, скрывая за улыбкой боль и слезы, - проговорила я, смахивая с глаз слезинки.

Я не хотела вчера ехать домой, но мне пришлось. Если бы не сегодняшнее выступление, я могла бы поехать к родителям, но всё, что мне было нужно конечно же находилось в нашей, пока еще совместной, с Андресом квартире. Страшно вспоминать, что он стал вытворять, когда вернулся домой. В приступе бешенства он ударил меня ногой по ребрам так сильно, что мне стало трудно дышать. Я боялась, что не попаду на концерт. И теперь я хочу окончательно вычеркнуть из своей памяти навсегда и его жестокие поступки и его самого.

- Бедняжка, - издеваясь произнес он. - Ты сама виновата в этом. Если бы ты была верной женой, я бы никогда тебя не ударил, - он начал распаляться, но я не стала прокручивать из раза в раз одну и ту же пластинку и сказала:

- Я больше не хочу это обсуждать, - я сняла пуанты и стала растирать ноги. - После Нового года я подаю на развод, и пожалуйста, придумай причину, по которой мы расстанемся, а лучше сразу скажи правду своим родителям. Также вы не сможете присоединиться к нашей поездке в Куршевель, ведь мы больше не вместе.

Я решила, что именно там, в последний день отдыха я расскажу своим родителям, что мы с Андресом расстались. Не хочу портить им праздники. Лучше мы проведем эти дни как в старые добрые времена, втроем – мама, папа и я, наслаждаясь совместным отдыхом.

- Вот как ты заговорила. А ничего, что мы тоже заплатили за аренду дома и за билеты на самолет.

- Я тебе все возмещу, не переживай. Это время я хочу провести только со своей семьей, а не с тобой.

- Семья. Мы с тобой семья! Правда ты её не бережешь. Если бы я знал, что ты такая сука, никогда бы на тебе не женился.

Я промолчала, чтобы не спровоцировать его.

Андрес ушёл, оставляя меня одну и громко хлопнул дверью. Я снова заплакала. Кроме слез, переживаний и грубой физической силы, этот брак мне больше ничего не принес и на этот раз я решила всё прекратить. Хватит с меня мучений и страданий, я так больше не могу. А любовь? Я уже не уверена, что по-настоящему любила его, ведь моё решение стать свободной не вызывало страданий, а наоборот, от мыслей, что теперь мы будем врозь, мне становилось легче.

Я встала и начала снимать с себя корсаж. После замужества в этом мне всегда помогал Андрес. Он одевал меня и раздевал, но теперь мне нужно было справиться самой. Я была здесь одна и постанывая начала расстегивать крючок за крючком, но с больным ребром мне было очень трудно это делать. Я плакала и ерзала, но неожиданно в дверь постучали.

- Кто?

- Зайка, это мама, - она приоткрыла дверь улыбаясь.

- Мамочка, заходи, - радостно сказала я.

Мама, как и в детстве, пришла посмотреть на моё выступление и сейчас мне так не хватало её поддержки, только я совсем не ожидала, что она застанет меня в таком виде.

- Ты плакала? Что случилось, родная? - улыбка на её лице сменилась беспокойством.

- На репетиции упала, теперь всё болит, - я показала рукой на ту область тела, где находился синяк. Мне снова приходилось ей врать. Как же это тошно молчать и не говорить правду самому близкому человеку. Я плохая дочь. Я просто не заслуживаю такой мамы. Ведь мы всегда во всем доверяли друг другу, а теперь я обманывала её смотря в заботливые глаза.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- Так, я сейчас тебе помогу, - она обошла меня и помогла расправиться с крючками. - Дай посмотрю, - мама наклонилась и внимательно оглядела мой синяк, а потом перевела взгляд на руку, где я старательно перед выступлением замазала желтые следы от пальцев Андреса.

- Это он сделал? Посмотри на меня, - она нежно взяла меня за подбородок и взглянула в мои глаза. – Говори. Мне многое пришлось повидать и это точно следы побоев.

Я опустила взгляд, не зная как признаться ей…

- И как мы раньше ничего не предприняли, я же видела, что с тобой что-то не так. Ты даже перед свадебным путешествием к нам не заехала. Признавайся, когда он стал поднимать на тебя руку? – она стала серьезной и голос превратился в лед. Мама требовала объяснений, а я закрыла лицо ладонями и зарыдала. Мне было так стыдно перед ней…

- Он ударил меня в первую брачную ночь.

- Почему? – озаботилась она.

- У меня не было крови от потери девственности, - прошептала я.

Мама выпрямилась и с ненавистью проговорила:

- Он что? Совсем идиот. Вот латентный п… - мама осекла себя. Она обняла меня и по голосу я поняла, что она тоже плачет. - Как он мог поступить так с тобой. С моей невинной доченькой, - приласкав, она отпустила меня и гневно произнесла: - Нет, не быть ему больше премьером, я такой скандал устрою. Боже, а что будет когда Ник узнает, он же ему ноги переломает. Вот только отец вернется… А пока я сама с ним разберусь, - она вылетела из гримёрки в поисках Андреса, а я накинув на себя джемпер, кинулась за ней.