Секрет запретных ночей - Шантель Шоу

Андреас тяжело вздохнул.

– Отношения между Айлой и папой были не такими, как нам с тобой казалось. Стелиос попросил ее подыграть ему. Их помолвка была спектаклем, который был нужен ему, чтобы отвлечь внимание от его болезни.

– Это папа тебе сказал?

– Нет, Айла мне все объяснила.

– И ты поверил в эту сомнительную историю? Что такого в этой Айле, что заставляет мужчин терять разум? – язвительно спросила Нефели. – Я видела, как ты лапал ее, когда танцевал с ней на моей вечеринке. Мужчины просто идиоты.

Айла бросила на Андреаса умоляющий взгляд.

– Я не заставляла твоего отца включать меня в завещание. На самом деле все было наоборот. Я говорила ему, что не хочу, чтобы он оставлял мне наследство. Я не знала, что он собирается сделать меня совладельцем острова.

Андреас взглянул на Джона Сабаниса.

– Когда мой отец решил составить новое завещание?

– Он позвонил мне несколько дней назад и попросил приехать на Лулуди, – ответил адвокат. – Я слышал новости о его помолвке с Айлой, поэтому не был удивлен, что он хочет позаботиться о ней на случай его смерти. Но я не знал, что он страдал от неизлечимой болезни.

– Мой отец сумел довериться только Айле, – коротко ответил Андреас.

– Я отказываюсь принять Лулуди, оставленный мне Стелиосом. – Айла обратилась к Джону Сабанису. – Остров должен остаться во владении семьи.

– Вообще‑то вы не можете отказаться. – Адвокат пожал плечами. – Нравится вам это или нет, пятьдесят процентов акций острова будут переданы вам в доверительное управление на один год. После этого вы можете продать свою долю, но сначала вы должны предложить ее Андреасу, и цена не может быть меньше рыночной. Текущая стоимость Лулуди составляет сто миллионов евро.

Айла ахнула, и Джон Сабанис, искоса взглянув на нее, продолжил:

– Но вы с Андреасом должны вернуться на остров в первую годовщину смерти Стелиоса и прожить здесь один месяц. Если кто‑то из вас не выполнит условия завещания, то право собственности на Лулуди полностью перейдет ко второму лицу.

– Похоже, моему отцу показалось забавным играть с нами в игры с того света, – проворчал Андреас. – Должны быть основания для оспаривания этих пунктов завещания.

Джон покачал головой:

– Стелиос был в здравом уме и имел полное право распоряжаться своей собственностью так, как хотел.

Нефели пробежала через кабинет и, открыв дверь, резко обернулась и посмотрела на Айлу.

– Ты свела с ума моего отца.

– Клянусь, я ничего такого не делала.

Айла выбежала из комнаты вслед за ней.

– Оставь ее, – сказал Андреас, направляясь за Айлой. – Моя сестра все еще в состоянии шока.

– Мне бы хотелось, чтобы всего этого не было, – проговорила она. – Я поражена завещанием не меньше вас.

Андреас провел рукой по волосам.

– Ты ведь понимаешь, что в любом случае ничего не теряешь, Айла? Ты же знаешь, я сделаю все, чтобы вернуть себе полную собственность на Лулуди, и через год мне придется выкупить твою долю.

– Ну, если я не вернусь сюда через год и не стану здесь жить месяц, тогда я потеряю права на остров.

– Но ты же вернешься. – Он устало улыбнулся, когда она покачала головой. – Конечно, ты это сделаешь. Ты унаследуешь целое состояние.

Андреас задумался, не написал ли Стелиос свое завещание в отместку за то, что много лет назад Андреас заставил его выбирать между семьей в Греции и английской любовницей. Айла была уверена, что Стелиос был влюблен в ее мать. Когда Стелиос узнал, что его рак неизлечим, он позаботился о том, чтобы дочь женщины, которую он когда‑то любил, была обеспечена всем необходимым.

«Любовь превращает людей в дураков», – мрачно подумал Андреас. Его мать так отчаянно пыталась завоевать расположение Стелиоса, что у нее не оставалось ни времени, ни сил на любовь к сыну. То, что он чувствовал к Айле, было всего лишь желанием, не более того, уверял он себя. И все же он не мог заставить себя отойти от нее.

– Мне очень жаль, что я не могла рассказать тебе о болезни отца.

– Не могла? – Он зло рассмеялся. – Ты переспала со мной и ничего мне не рассказала.

– Я дала обещание Стелиосу.

Ее слова были как удар под дых.

– И все же ты решила подарить мне свою девственность. Почему ты убежала из коттеджа, не разбудив меня?

– Я думала, так будет меньше неловкости между нами. – Она прикусила нижнюю губу, и Андреас не мог оторвать глаз от ее сочных губ. – Мне нельзя здесь оставаться, – прошептала она. – Твоя сестра расстроена.

– Я не в восторге от того, что Стелиос оставил тебе часть моего наследства, – язвительно заметил он.

– Неужели ты думаешь, что я заставила его переписать завещание?

– Не знаю, что и думать. – Андреас отвел взгляд. Чутье подсказывало ему, что она сказала правду, но ради сохранения рассудка он должен был держаться от нее подальше. Он напрягся, когда она подошла ближе и он почувствовал аромат ее духов, вызывающий воспоминания.

– Твой отец тебя очень любил, – сказала Айла мягко. Приподнявшись на цыпочки, она поцеловала его в щеку, и у Андреаса перехватило дыхание. Он знал, что, если чуть повернет голову, их губы встретятся. Но если он позволит ей поцеловать себя в губы, то не сможет удержаться от ответного поцелуя.

Через несколько секунд, показавшихся Андреасу вечностью, Айла оторвала губы от его щеки и, тихо вздохнув, повернулась и прошла через холл. Ее чемодана больше не было у входной двери, и он догадался, что пилот отнес его к вертолету.

Айла открыла дверь и вышла на улицу. Он хотел позвать ее, пойти за ней. Но вместо этого сжал руки в кулаки, когда она закрывала за собой дверь с тихим щелчком.

– Андреас. – Джон Сабанис позвал его с порога кабинета. – Вы должны это видеть.

Телефон в кармане Андреаса постоянно вибрировал из‑за приходивших сообщений. Выругавшись себе под нос, он вошел в кабинет и уставился на прямую трансляцию новостей на экране компьютера.

Крупнейшая греческая нефтяная компания «Карелис корпорейшн» столкнулась с враждебным поглощением со стороны французской фирмы «Moulet energie», которая объявила, что близка к приобретению контрольного пакета акций «Карелис корпорейшн».

– Какого черта? – Как только он переключил свой телефон с беззвучного режима, он зазвонил, и начался кошмар.

Этого не может быть! Ноги Айлы подкосились, и ей пришлось присесть на край ванны. Она уставилась на тест на беременность, который держала в руке. Положительный. Но как это могло случиться? Андреас предпринимал меры предосторожности в тот единственный раз, когда они занимались сексом.

Она подавила рыдание, вспомнив, как после отъезда с Лулуди она изо дня в день надеялась, что он свяжется с ней.