Девочка Демона - Мила Ваниль

До кровати Полина не добралась — разморило от сытости, и она уснула на диване, чуть ли ни с куском пиццы в руке. А проснулась, как всегда, рано, по привычке… и в другой комнате.

От постельного белья приятно пахло лавандой. Полина сладко потянулась, поднялась и подошла к окну. Открывать створку не стала, заметила еще вчера, что в квартире работает климат-контроль, как и у дедушки. Но с удовольствием полюбовалась окрестностями.

Вчера, когда она приехала к дому на такси, уже стемнело, но Полина удивилась тишине. За несколько дней, проведенных в Москве, она так и не привыкла к постоянному гулу. Этот город никогда не спит. А еще, ей показалось, что где-то рядом расположен водоем.

Все верно: из окна виден лесной массив, и среди деревьев сверкает водная гладь то ли озера, то ли пруда. Красота! Сразу захотелось туда, вниз — гулять и наслаждаться свежестью и прохладой раннего утра. Но, увы… Полину ждала трудовая повинность: приготовить завтрак будущему мужу, угадав его вкусовые предпочтения. И хорошо бы для начала прогуляться в ванную комнату.

Только тут Полина сообразила, что ее не только отнесли в кровать, но и переодели. Иначе как объяснить, что вместо вчерашнего платья на ней мужская футболка, едва закрывающая трусики. Хорошо, хоть они на месте! Потому как бюстгальтер…

Полина быстро осмотрелась и обнаружила платье и белье на спинке стула, стоящего у стены.

Как же стыдно! И вообще… какое он имел право!

Она сдернула футболку, пылая праведным гневом, но, одеваясь, успокоилась. Да, стыдно. И это можно считать достаточным наказанием за вранье. Дима не спрашивал, потому что не знал, но и она ни словечком не обмолвилась, что гуляла вчера не одна. Все же это неправильно. Брак фиктивный, но навряд ли Диме понравится такое. Кстати, неплохо бы обсудить кое-какие деликатные моменты уже сейчас.

Например, после свадьбы у них будет… одна спальня?

С Димой Полина столкнулась на кухне. Здесь на улицу выходило не окно, а стеклянная стена, а за ней расположилась лоджия. Он стоял у открытой створки и медленными глотками пил воду из высокого стакана. Заметив Полину, Дима махнул рукой, словно хотел предупредить, мол, не отвлекай. А она, как завороженная, уставилась на кадык, плавно скользящий по шее вверх и вниз. И на водяную струйку, сбегающую с подбородка на шею и исчезающую под темной футболкой, обтягивающей широкие плечи.

— Доброе утро, — сказал Дима, допив воду. — Как спалось?

— Доброе… Хорошо. Я проспала? — забеспокоилась Полина.

— Нет. Я собираюсь на пробежку. Кухня в твоем распоряжении.

— А, хорошо…

Рядом с ним она становилась особенно косноязычной. Он смущал ее одним своим видом! Смущал и… будил желание. Несмотря на время, проведенное в монастыре, Полина помнила, как это бывает: подгибаются колени, кружится голова, и сердце бьется часто и гулко. И этот взгляд… Невозмутимый, спокойный… и обманчиво-равнодушный. Он то обжигал огнем, то обдавал холодом.

И почему с Димой так непросто? Вот вчера она целый день провела с Ильей. Он молодой, симпатичный, обаятельный. Не смеялся над ее неловкостью и наивностью, не пытался командовать. Но к нему она не испытывала и сотой доли того, что испытывает к жениху, которому не нужна! Хотя Илья намекал… И за руку брал, и обнять пытался. Он даже номер телефона выпросил перед тем, как они попрощались. Может, и правда, встреча с ним — знак судьбы? Отказаться от наследства, не выходить замуж за Диму…

— Ушел! — крикнули из прихожей. — Вернусь минут через сорок.

То есть, отдать все без борьбы? Хватит! Это ее шанс, и упустить его — глупость.

Изучив содержимое холодильника и кухонных шкафов, Полина решила приготовить салат из свежих овощей и сырники с абрикосами. Похоже, Дима предпочитает здоровую и нежирную пищу. Даже странно, что вчера он угощал Полину пиццей.

Сырники — запечь, овощи — сбрызнуть капелькой растительного масла. Кофеварку Полина не тронула, побоялась сломать. И накрыла на стол, выставив к сырникам сметану и мед.

Дима вернулся, хлопнув дверью, но на кухню не заглянул, сразу ушел в ванную комнату принимать душ. Полина поняла это по звуку льющейся воды. Что ж, скоро она узнает, угодила ли ему…