Назови меня женой - Майя Бэнкс

И тотчас же он успокоился. Смятенные мысли исчезли из его головы.

Он встал из-за стола.

— Как ты себя чувствуешь? Не устала?

— Со мной все в порядке, Крисандер. Ты излишнеe беспокоишься обо мне. Меня не надо баловать. Ведь я не первая беременная женщина на свете.

— Ты первая женщина, которая носит моего ребенка, — сказал Крисандер.

Она засмеялась.

— Только поэтому я и терплю твою чрезмерную опеку. Когда у нас будет следующий, думаю, ты поведешь себя более разумно.

Каждый мускул его тела напрягся, и тень пробежала по лицу. Еще один ребенок? Это предполагает постоянство. Длительные отношения. Да, Крисандер хотел предложить ей — не очень настойчиво — выйти за него замуж, но не задумывался о том, что последует дальше.

Может, его брат был прав? Может, следовало поселить Марли в отдельной квартире, нанять работников, которые обслуживали бы ее, а после рождения ребенка расстаться с ней навсегда?

— Крисандер? Что-то не так?

Он поднял глаза, увидел, что она с беспокойством смотрит на него, и выругался про себя. Нельзя волновать ее.

Крисандер протянул к ней руку.

— Нет, дорогая. Ничего особенного.

Марли нерешительно постояла на месте, затем обошла стол и села к нему на колени, прикусив нижнюю губу.

— Ты разве не хочешь еще детей? — спросила она.

Он склонил голову набок, стараясь принять небрежный вид.

— Я пока не думал об этом. Пусть сначала родится наш первый сын.

Марли кивнула.

— Я понимаю. Я просто предположила, что, раз у тебя есть братья, ты захочешь иметь большую семью.

Не в силах вынести ее расстроенный вид, Крисандер прижал губы к ее лбу.

— Не беспокойся об этом заранее. У нас впереди масса времени. Сначала тебе надо выйти за меня замуж.

Сияющая улыбка появилась на ее лице, и у него перехватило дыхание.

— Я счастлива слышать это от тебя, — выдохнула Марли. — Ведь у меня никогда не было семьи. Порой я чувствую себя очень одиноко.

— Ты не одинока, — возразил он мягко. — У тебя есть я, и у нас есть наш сын.

Эти слова прозвучали словно клятва.

— А теперь иди отдыхай, — распорядился Крисандер. Он все еще не решался полностью сблизиться с женщиной, которая причинила ему такое зло.

Марли нахмурилась. Она встала с его коленей.

— Я вполне отдохнула, Крисандер. Прогулка по пляжу придала мне сил.

— И все же небольшая передышка тебе не помешает, — сказал он. — У меня есть работа, которую надо закончить. Я приду к тебе, когда управлюсь с делами, и мы вместе пообедаем.

Марли разочарованно кивнула головой и молча вышла из комнаты.

Она прикрыла дверь и увидела Патрисию, шедшую навстречу.

— Как у вас дела? — спросила с улыбкой Патрисия.

Марли вздохнула.

— Честно? Я бы стукнула Крисандера подушкой по голове — он все время настаивает на том, чтобы я отдохнула!

Патрисия с трудом сдержала смех.

— Не хотите ли выпить чашку чая на террасе вместо предписанного им отдыха?

Марли немедленно просияла:

— Звучит заманчиво.

Они с Патрисией направились к застекленным дверям. Когда Марли вышла наружу, в лицо ее подул прохладный соленый ветерок.

— Не возражаете, если к нам присоединится доктор Кароунис? — (Марли заметила, что щеки Патрисии при этом немного порозовели.) — Мы каждый день пьем здесь чай.

— Конечно, нет, — ответила Марли, усаживаясь за маленький столик.

Патрисия ушла готовить чай, а Марли задумалась. Каждый раз, когда между Крисандером и ею возникала близость, он немедленно отступал назад, будто считал это недопустимым.

— Уверяю вас, дела не так уж плохи, — успокаивала ее Патрисия, ставя на столик поднос. — А вы выглядите так, будто на плечах у вас лежит огромная тяжесть.

Марли вымученно улыбнулась.

— О, ничего серьезного. Я просто задумалась.

Пришел доктор Кароунис и раскланялся с Марли.

Несмотря на свою тревогу, Марли улыбнулась, взглянув на двух пожилых людей. Они явно наслаждались легким флиртом. Приятно было смотреть на это.

Марли вздохнула и поднесла к губам чашку. Она любовалась прекрасным садом. Может быть, ей хочется получить слишком много за слишком короткое время. Может быть, она давит на Крисандера и тем самым вынуждает его отстраняться от нее.

Но ведь ей во что бы то ни стало надо достучаться до его сердца. И она придумает, как это сделать.