Попала! Замуж за злодея - Елена Солт

Один из них медленно двинулся в нашу сторону. Старик смял в морщинистых руках шерстяную шапку и сказал тихо, пряча глаза:

— Ваше Высочество, помогите детям!

— Детям? — переспросила сестра.

Старик с готовностью закивал, его лицо озарилось надеждой:

— Сиротский приют, Ваше Высочество! Если позволите…

— На территории герцогства?

— Да, но…

— Не моя компетенция, — отрезала Алисия и, после того, как подошедший стражник оттеснил просителя, продолжила путь с гордо поднятой головой.

Мы с фрейлинами поспешили за ней. Перед поворотом я оглянулась, и сердце сжалось: плечи старика поникли, и он словно сделался ниже ростом.

— Я догоню вас! — сказала громко и под удивлённым взглядом сестры повернула обратно.

Подошла ближе и окликнула старика:

— Простите?

Он оглянулся было с надеждой, но увидел меня и разом сник. Склонил голову и сказал устало:

— Ваша Светлость.

Вот так, значит? В принцессе все видят великую надежду, а в её младшей сестре лишь бесполезное приложение? Меня такое не устраивает! Спросила участливо:

— Чем я могу помочь вам? Вернее, детям? Каким детям, откуда они?

Старик выпучил глаза, затем недоверчиво начал:

— С окрестных деревень, Ваша Светлость. Ребятишки хорошие, кто совсем один-одинёшенек, у кого мамку, у кого обоих родичей шепчущие забрали.

— Боже мой, — прошептала я, поднося ладонь к губам. — И что с ними сейчас? Расскажите же!

Ухватила старика за рукав и оттащила подальше от любопытных к стене. Тот почесал затылок и сказал:

— Староста я тамошний, значит. У нас с женой лавка по продаже сукна, денег не сказать, что много, но и не жалуемся, кхм. Так вот, одного у себя поселил, второго, третьего. Прознали все про то, и давай мне с соседних деревень ещё переть обормотов, а мне их куда? Солить? Не притаскивайте, говорю, не беру больше, да разве ж кто слухает? Когда два десятка стало, переселили их в старую лечебницу, там тепло и места хватает, да только ж это не жизнь, за детьми ж глядеть нужно! А мы что с женой, кормим, присматриваем маленько, да не то всё это. Что из них вырастет без глазу?

— И сколько там сейчас детей? — спросила с замиранием сердца, боясь услышать ответ.

— Десятков пять наберётся, Ваша Светлость, — ответил старик, почёсывая затылок.

— С ума сойти! А возраст какой? Сколько им лет?

— Нуу… троих самых младшеньких-то мы себе забрали, конечно, а остальным по восемь, десять, двенадцать.

— Совсем дети! — ахнула я.

За спиной раздался грубоватый голос леди Стоун:

— Ваша Светлость.

Я оглянулась, фрейлина сказала:

— Её Высочество послала за вами.

— Да, конечно, — ответила ей, а сама обернулась к старику. — Говорите, как вас найти! Я приеду завтра!

— Вы? — спросил старик, но тут же осёкся. — Ваша Светлость?

— Да, я!

— Прямо по дороге, за холмом, спросите дом старосты, вам любой покажет!

— Отлично, ждите меня утром, а сейчас ступайте домой. И, вот, — извлекла из сумочки несколько золотых монет, — возьмите, пожалуйста, купите детям еды и всё, что необходимо!

— Благодарю, Ваша Светлость! — растерянно прошелестел старик, продолжая смотреть на меня с недоверием.

Я шла рядом с Дариной, не разбирая дороги, и только оказавшись в саду, где по дорожке неспешно прогуливалась Алисия в сопровождении фрейлин, пришла в себя. Поспешила к сестре и пересказала ей весь разговор, но её реакция неприятно удивила. Сестра наклонилась, подняла с дорожки большой багряный лист, затем небрежно спросила:

— Не понимаю, тебе нечем заняться, Мэрион? Пригласи портниху, выбери новые платья, займитесь с фрейлинами вышиванием, пока они совсем у тебя не обленились.

Алисия строго посмотрела на отставших от нас девушек. Я заступила ей дорогу и внимательно посмотрела в глаза:

— Помочь невинным детям это не то же самое, что дурацкая вышивка и платья, как ты этого не понимаешь?

— Понимаю, — легко согласилась сестра, взяла меня под локоть и мы с ней продолжили прогулку. — Но понимаю и другое: подобные вопросы не женского ума дело. Оставь это мужчинам.

— Ты же видела ту толпу! До бедного старика дело бы не дошло вовсе!

— Значит, так тому и быть, всегда есть то, что важнее.

— Только не для меня! — горячо воскликнула я.

— Я не узнаю тебя, милая, — вздохнула сестра, затем пристально всмотрелась в моё лицо и использовала последний аргумент. — Даркнайту это не понравится, точно тебе говорю!

— Тем хуже для него!

— Светлый Бог! Какая же ты упёртая… стала! — внезапно сестра рассмеялась. — Прямо как я. Ладно, выкладывай, что ты задумала. Будет лучше, если мы сохраним это в тайне и не станем злить герцога Блэка.

Какое счастье, что Алисия поможет мне, подскажет, как лучше! А Даркнайту лучше не говорить о таких пустяках, у него и без того дел хватает! Так будет лучше! Вот только почему я не вспомнила в тот момент всем известную поговорку о том, что всё тайное становится явным?

7. Поездка в приют

Мэрион.

За ужином моя голова была занята чем угодно, кроме танцев. Играла музыка, но я не слышала мелодии. Смотрела на стол, ломящийся от угощений, и думала, а поужинали ли сегодня бедные дети? Чем их кормили? Почему никто до сих пор не озаботился этой проблемой? Потому что, как сказала сестра, «всегда есть то, что важнее»! Закатила глаза: конечно, важнее армия и новые земли, а мирный народ пусть как-нибудь сам!

Отодвинула тарелку и хмуро посмотрела на другой конец стола. Вздрогнула, натолкнувшись на пристальный взгляд герцога Блэка. Мужчина откинулся в кресле и отпил из кубка, без стеснения меня рассматривая.

Его энергетика била наотмашь, несмотря на расстояние, нас разделявшее. Я словно физически почувствовала его касание вдоль линии декольте. Я сошла с ума?

И тут же в памяти всплыли его слова, которые сказал прошлой ночью.

«Ложись в постель. Давай поскорее покончим с этим».

Горькое